Камень Света - Зинделл Дэвид - Страница 71

Мэрэм указал на Огонька, огненной бабочкой порхавшего над цветами.

– Раз ты способен видеть тимпумов… тимпимпири, как ты их называешь – тогда ты, должно быть, жил в одном из вильдов.

– Да неужели?

– Мы в Братстве проводим всю жизнь в поисках знаний, однако даже наш Великий мастер мог бы многому поучиться у тебя, – заметил мастер Йувейн, держа на коленях книгу.

Кейн улыбнулся и ничего не ответил.

– Но как ты отыскал вильд и вошел в него? – спросил я.

– Так же, как и вы.

Он сказал, что всю жизнь странствует по Эа в поисках знаний – и кое-чего ещё.

– Я тоже ищу камень Света.

– Зачем?

– Чтобы положить конец Морйину и всем его творениям! Я вспомнил его бездонную ненависть к Морйину, которую почувствовал еще при нашей первой встрече в замке герцога Резу, вспомнил ненависть в глазах Кейна и содрогнулся.

– Но что он тебе сделал?

– Должен ли Палач что-то сделать, чтобы человек противостоял ему?

– Чтобы ненавидеть его так, как ты, – да.

– Тогда скажем просто, что он отнял у меня самое дорогое.

Мы и раньше предполагали, что Красный Дракон убил его семью; я молча склонил голову.

– У тебя странный акцент… откуда ты родом? Где твой дом.

– У меня нет дома. И нет страны – она разграблена Морйином.

– А из какого ты народа?

– Мой народ погублен Морйином.

– Ты очень похож на валари.

– Я и есть почти валари. И враг Морйина.

Глядя в его темные, дикие глаза, я не мог не вспомнить историю Столетних Скитаний. После того как Эрйи убил Элахада и бежал в Северное море, сын Элахада, Эрахад, собрал флот из десяти кораблей и с оставшимися валари отправился в погоню. Десять лет они скитались от острова к острову, встретили множество бурь и испытаний. Наконец, обогнув весь Эа, они на пяти кораблях вернулись в Трайю.

Эрахад тогда решил – ошибочно, – что Эрйи и изгои валари укрылись где-то на континенте. Он и его последователи продолжили поиски на суше. Так начались Столетние Скитания. Валари Эрахада обошли почти все земли Эа, разыскивая потомков Эрйи и камень Света. Наконец, после смерти Эрахада, его сын Шэвэшер привел остатки племени валари в Утренние горы; там они отказались от поисков и осели. Но говорят, что некоторые валари потеряли надежду еще раньше и откололись от остальных перед тем, как те пришли в Утренние горы. В каких землях эти потерянные валари могли остаться, не говорят даже легенды. Кейн, наверное, один из их потомков.

– Ты просто загадка.

– Не больше, чем Единый, создавший загадку жизни. Не важно, кто я, – важно, что я делаю.

Я повернулся к залитому солнцем лугу, чтобы глянуть на работу, проделанную Кейном. Я все еще не мог поверить в то, что он убил шестерых Серых, не получив ни царапины.

– Ты имеешь в виду это? – Я указал на тела.

– Я противостою Морйину всеми силами.

– Да, убивая его слуг. Как ты их отыскал? Ты преследовал их – или нас?

Кейн поколебался секунду, потом вздохнул и посмотрел на меня.

– Я искал тебя, Вэлаша Элахад, искал около года. Когда я услышал, что убийцы Морйина нашли тебя первыми, то кинулся в Меш так быстро, как только мог.

– Зачем я тебе понадобился? И как ты узнал об убийцах?

– Мои люди в Меше послали мне голубя.

– Твои люди? – Я встревожился.

– Отважные мужчины и женщины в разных странах, объединившиеся, чтобы сражаться с Палачом.

– Из Черного Братства, да?

Этот вопрос он оставил без ответа.

– Услышав, что ты сражался в поединке с принцем Сальмелу и что тебя преследуют по Северной дороге ишканы, я поспешил через Эньо в замок герцога Резу.

– Но откуда ты узнал, что мы там появимся? Мы сами не знали этого, пока не выбрались из Черной трясины.

Глаза Кейна загорелись, как угли в горне. Он свирепо улыбнулся.

– Я предполагал. Герцог Бэрвэн ест из рук ишканов, как пес, так что с какой стати было бы вам ехать в его владения? Но как еще вы могли пересечь Эньо? Где еще могли оторваться от ишканов, если не в Трясине?

Я кивнул, тогда как Мэрэм и мастер Йувейн смотрели на меня, молча вспоминая ужасы той ночной поездки.

– Я знал, что, если я в вас не ошибаюсь, вы выберетесь из Трясины – и отыщете путь в вильд локии.

– Но что такое Черная трясина? – спросил Мэрэм, содрогнувшись. – Не хотел бы я видеть такое место на земле.

– Надо сказать, что Трясина не вполне принадлежит земле.

Кейн рассказал, что есть места силы – обычно в горах, – где токи земли собраны в огромные пучки огня. Если их нарушить, как это сделали древние ишканы, уничтожив при помощи огнекамня целую гору, то происходят странные вещи.

– Миры, что вращаются вокруг других солнц, имеют свои токи. И все эти линии во вселенной связаны между собой, как и земли разных миров. В местах, таких как Трясина, возможно попасть из одного мира в другой.

– Выходит, мы попали в такой же мир, как Земля? – спросил Мэрэм.

– Нет, не такой же. Говорят, Трясина связывает Эа только с Темными мирами.

Я смотрел на солнце, льющее лучи на зеленую листву и разноцветные лесные цветы, и не хотел даже представлять, на что похож Темный мир. Похоже, Мэрэма и Атару тоже посетили такие мысли, они казались очень озадаченными словами Кейна. Однако мастер Йувейн медленно кивнул, листая книгу.

– Темные миры упоминаются в «Трагедиях». Это миры, отвернувшиеся от Закона Единого. «Солнце там не светит, люди не смеются, и не поют птицы». Один из таких миров – Шэйтар, Дамуум – другой. Там заключен Ангра Майнью.

Конечно, даже я слышал об Ангра Майнью, Темном Ангеле – повелителе Тьмы. Рассказывают, будто он был величайшим из Галадинов, перед тем как пал и начал войну против Единого. Валорет и Ашторет, вместе с великим творцом ангелов, в конце концов победили его и заточили в мире Дамуум. Наверное, этот мир как-то затемнился из-за его присутствия.

– Следовало повнимательнее читать «Сэганом Эли», – упрекнул нас мастер Йувейн. – Тогда вы разбирались бы в истинной природе тьмы.

Я подавил дрожь и мрачно улыбнулся. Мне не требовались книги для того, чтобы помнить о безнадежности, наполнявшей Черную трясину.

– Если мы попали из Эа в другой мир через Черную трясину, не могут ли существа из того мира попасть в наш? – спросил я у Кейна.

– Нет такого пути, – ответил Кейн, следуя моим мыслям. – Нет карт, ведущих из Трясины в другие места. Проходы в иные миры открываются случайно и исчезают без предупреждения, словно дым. Тот, кто оказывается пойман там, вскоре сходит с ума, ослабевает, теряется. Разум не в состоянии определить, где выход, и замыкается в себе, как мы замкнуты в своих телах. Однако порой что-то уходит из одного мира и отыскивает путь в другой. Как Серые; возможно, изначально они пришли из Темных миров. Может быть, даже с самого Дамуума.

Завтрак наполнил меня новыми силами, и я неожиданно понял, что могу встать и потянуться. Чувствовать под ногами землю было прекрасно. Прекрасно жить в таком мире, как Эа, где солнце встает каждый день и птицы распевают чудесные песни.

– Серые взяли наш след еще до того, как мы покинули Эньо.

– Да, – ответил Кейн. – Когда клирики Морйина не смогли убить тебя, он решил послать своих самых сильных слуг.

– Ты следовал за нами с самого замка герцога, да? И знал, что нас преследуют Серые?

Кейн кивнул, потом встал рядом со мной.

– Ты был в великой опасности и не понимал ее источника. А я понимал. Понимал я и то, что они тебя достанут – сперва мысленно, а потом и ножами, – если я не поеду следом и не убью их первым.

– Если ты и в самом деле хотел нам помочь, то что-то долго ждал… – промолвил я, глядя на луг.

– Другого выхода не было. Невозможно подкрасться к Серым и атаковать их, пока их разумы не сосредоточатся на жертве.

– Выходит, ты использовал нас, как наживку?

– А было бы лучше, если бы я попал в их ловушку и погиб вместе с вами?

Я кивнул, так как его слова имели смысл.

– Мы должны поблагодарить тебя за то, что ты пошел на такой риск, спасая наши жизни.