Русский Рэмбо для бизнес-леди - Звягинцев Александр Григорьевич - Страница 78

Глава 26

Прокуратура очень быстро провела следствие и прекратила дело. Никаких прямых доказательств на покушение установить не удалось. Экспертиза тоже ничего не прояснила. Самолет, хотя и по касательной, промчался по тонкому льду почти километр, но от удара о твердь развалился на куски, кабина и двигатель ушли под воду. "Черного ящика" на этой "Сессне" не было.

Но еще до прекращения дела родным передали какие-то обугленные тряпки и смятую игрушку.

Ольгу хоронила только мать с дальними родственниками. Было еще объявлено, что старый Коробов находится в Японии, потрясен случившимся, но прилететь не может.

Гроб не открывали. Перед тем как опустить в яму, наспех заколотили крышку. Речей почти не говорили, только опасливо перешептывались.

Но все без исключения чистосердечно горевали, что по чьей-то злой воле или по велению рока из жизни ушла молодая красавица, ставшая символом новой России.

И даже природа безутешно оплакивала свою любимицу. Природа ведь любит красивых и здоровых. За день до похорон погода окончательно испортилась, с юга подул теплый сырой ветер, который за сутки слизал снег на дорогах. А теперь вот беспрерывно моросил мелкий дождик.

Скиф с Анной подъехали к воротам кладбища, когда вокруг могилы суетились телеоператоры с камерами и осветительными приборами, снимая для программы "Новостей" немногочисленные надгробные речи. Оставив "жигуленок" на стоянке у входа, рядом с завалом кусков нерастаявшего льда, они подошли к толпе провожающих и встали в сторонке.

А в это время на стоянке возле кладбищенских ворот показались двое. У одного из них, худого и жилистого, с лисьей вытянутой мордочкой, в руках был сверток. Они подошли к "жигуленку" Скифа, и Лисья мордочка, воровато оглянувшись и открыв багажник, сунул туда сверток. После того как они исчезли из вида, полковник Шведов оторвался от окошка машины "техпомощи", стоявшей на другой стороне дороги, и приник к зажатой в руке портативной рации. Скоро на стоянку въехали два самосвала. Они остановились у завала льда. Рабочие в оранжевых куртках принялись разбивать ломами лед и кидать лопатами в кузова автомобилей. Один из рабочих под прикрытием самосвала открыл багажник "жигуленка", вынул оставленный Лисьей Мордочкой сверток и сунул себе под куртку…

Когда Скиф и Анна подошли к "жигуленку", их уже ждали двое в штатском. Едва Скиф сел за руль, как один из них махнул рукой, и из автобуса, стоявшего в десятке метров от "жигуленка", выскочили омоновцы в бронежилетах и с автоматами. Они вырвали из-за руля Скифа и несколько раз огрели дубинками.

– Руки на капот! Не шевелиться! Стреляем без предупреждения!

Пока штатские обыскивали Анну и салон, омоновцы обшмонали Скифа и, не найдя ничего, кроме документов, заломили руки и потащили его к багажнику.

– Открой! – приказал штатский.

– Ключи у тебя, ты и открой! – наливаясь яростью, бросил Скиф.

Штатские перерыли весь багажник, и лица у них вытянулись. Они растерянно сверили номер машины с номером в техпаспорте и развели руками.

– Чего ищете? – спросил Скиф. – Скажите, помогу.

– Пошел ты!.. – процедил штатский и со злостью бросил документы на капот. – Вали отсюда, пока я с утра трезвый!..

Перед домом Ани Скиф уже наметанным глазом сразу выделил трех скучающих молодых людей и невесело усмехнулся:

– В нашей норе гости, можешь не сомневаться.

Гости, а точнее, гость, полковник Шведов, ждал их на лестничной клетке перед дверью.

– Чего церемониться? – насмешливо сказал Скиф. – Зашли бы без нас, чайку попили.

– Мы же на "ты", Скиф, – напомнил Шведов.

В квартире он, не снимая плаща, осмотрел фотографии на стенах и только после этого протянул Скифу пластиковый пакет.

– Мне?.. Откуда?..

– Оттуда, откуда не возвращаются, к сожалению, – грустно усмехнулся Шведов. – У Ольги Коробовой была еще одна квартира в Марьиной Роще…

Появлялась она там редко, а за квартирой присматривала одна лахудра. Русская, из Казахстана. Ольга, перед тем как в последний свой полет уходить, попросила ее передать пакет тебе. А лахудра его прямиком к своему шефу Кострову. На похоронах его люди подбросили пакет в багажник твоей машины и, разумеется, сразу стукнули муровцам. Слава богу, там тоже есть нормальные ребята, предупредили нас… А то бы ты уже сегодня кормил клопов на нарах в Бутырке.

– Что там?

– Смотри сам.

Скиф в недобром предчувствии отдал пакет Ане, и та опасливо вскрыла его.

В пакете было свадебное платье Ольги и конверт с надписью: "Любимому Скифу от нелюбимой бывшей жены".

Аня, вспыхнув, ушла на кухню. Скиф вскрыл конверт.

В письме было всего несколько строчек, и написано оно было на бланке фирмы "СКИФЪ":

"Ты прав! Ты во всем прав – такая дрянь, как я, не имеет права на жизнь… Не осуждаю тебя… Твой приговор справедлив. Если не ты это сделаешь – сделает кто-то другой…

Похорони меня в этом платье, ты помнишь его?..

Прошу тебя только об одном. Нику не забирай у отца.

Не ты, а он сможет дать ей все и воспитать как надо.

Нику не забирай у отца!"

Письмо было написано в день гибели Ольги.

– Она что? – спазма душманским арканом перехватила горло Скифа. – Она думала, что я… Что я собираюсь убить ее, да?..

– Подделка, – вложил письмо в конверт Шведов. – Обыкновенная подделка. Но подпись подлинная – Коробовой. Руководители фирм на случай своего отсутствия иногда подписывают чистые бланки.

– Значит, в конверте было другое.., письмо? – спросил Скиф.

– Было, – кивнул Шведов и протянул сложенный лист бумаги. – Чтобы получить его, пришлось побывать в квартире экс-генерала Кострова в.., в его отсутствие,.

Дрожащими пальцами Скиф развернул второе письмо.

"Любимый мой, вот и состоялось свидание с судьбой. Она такая обманщица!.. Рано или поздно приходится платить по счетам, куда деваться!.. И самый большой счет – за преданную мною любовь к тебе.

Пришел ты из своих пустынных горизонтов, и поняла я – у любви нет цены: ни в долларовом, ни в карьерном, ни в каком ином эквиваленте… Цена ей – жизнь.

А поняв эту простую истину, я не могла больше делать ставки на "ярмарке тщеславия". Неважно теперь, кто и каким образом отомстит мне за это… Не верю никому, только тебе. Если со мной что-нибудь случится, похорони меня в этом платье – ты помнишь его?.. А потом скорее забудь меня и не печалься, любимый. Умоляю, не отдавай Нику моему отцу! Не отдавай Нику моему отцу!!!"