Русский Рэмбо для бизнес-леди - Звягинцев Александр Григорьевич - Страница 85

Глава 29

От респектабельного вида генерала Кострова, вышедшего из подъезда своего престижного дома на Сухаревке, Кобидзе оторопел поначалу и, спохватившись, распахнул перед ним дверцу иномарки. Под наброшенным на плечи длинным, до пят, замшевым пальто Кострова был парадный смокинг и галстук-бабочка, а на пальце левой руки сверкал украшенный алмазами платиновый перстень.

"Целое состояние в цапке! – пронеслось в голове Кобидзе. – Эх, удалось бы Романову раскрутить плешивого!.."

Кобидзе ухмыльнулся и, скосив на пассажира нахальный глаз, увидел, как он барабанит пальцами по подлокотнику. "Что стряслось у плешивого? – подумал Кобидзе. – Нервничает…"

Кострову было от чего нервничать.

На днях из одного высокого кабинета ему сообщили по секрету, что какой-то настырный полковник с Лубянки, проигнорировав постановление прокуратуры о прекращении дела по факту гибели Ольги Коробовой, продолжает собственное расследование. Есть веские основания считать, что под прикрытием расследования дела о покушении на Коробову полковник выявляет круг лиц, причастных к нелегальным поставкам оружия из в Чечню.

– Хозяина кабинета особенно напугал этот полковник тем, что основательно сунул нос в отчетность посреднической фирмы "СКИФЪ" и в договоры, заключенные ею в последние годы. На многих договорах красовалась звонкая фамилия его сына, бывшего офицера штаба ЗГВ, а ныне преуспевающего коммерсанта. Кроме того, он сообщил Кострову, что на днях Инквизитор вроде бы просил у своего начальства санкцию на его арест, но пока получил отказ.

Костров высказал сомнение в достоверности информации, чем успокоил перепуганного "радетеля" за Отечество, на имя которого сам не раз переводил солидные суммы в швейцарский банк. Но сегодня утром, просматривая содержимое личного домашнего сейфа, он неожиданно опытным глазом обнаружил вместо оригинала предсмертного письма Ольги Коробовой Скифу невесть откуда взявшийся ксерокс с него. Само письмо бесследно исчезло. На сейфе не было следов вскрытия. Костров знал, что так чисто умеет работать только одно ведомство… Именно то, где служат Инквизитор и настырный полковник… "Несмотря на отказ в санкции на мой арест, продолжают копать под меня, – понял он. – Письмо Ольги – улика косвенная, но серьезная. Может, найдется еще письмо, зря так переживаю", – вздохнул Костров и покосился на сотовый телефон, лежащий на сиденье.

"Чертов Инквизитор! – вздохнул Костров. – Опередил я тебя. Инквизитор, опередил! – потер ледяные руки Костров. – Коробова с того света показаний тебе не даст. Ух и взбеленился, видно, ты!.. Медвежатников на мой сейф напустил, надо же!.. Знаешь, старая сволочь, что Костров к прокурору не побежит… Не побегу. У Кострова другая метода – око за око, зуб за зуб".

Заверещал сотовый телефон. Костров послушал и сердито спросил:

– Хорошо искал, оболтус?.. Тогда покрутись у метро, тебя найдут…

"Что-то сорвалось у плешивого", – подумал Кобидзе, провожая взглядом обогнавшую их "Ауди" с милицейскими мигалками на крыше.

– Чертов полковник, как бельмо в глазу! – бросив телефон на сиденье, чертыхнулся Костров. "Нейтрализуй его своими людьми", – вспомнил он приказ хозяина высокого кабинета. "Вот, племя интендантское воровское!.. На халяву баксы – тут как тут. А потянуло паленым – пожар туши Костров. Дерьмо вы дерьмом без Кострова, господа, а гонору-то, гонору…

Но тот прыщ прав – полковника пора нейтрализовать. Может, тогда и Инквизитор поймет наконец, что все мы под богом ходим…"

– Инструмент тот, для работы, с собой? – покосившись на Кобидзе, спросил он.

– Ну-у, – ответил тот.

– Притормози, милок, разговор есть.

Кобидзе прижал машину к тротуару.

– Адрес этого клиента знаешь? – Костров показал ему фотографию.

Кобидзе скривился.

– Знаешь, – усмехнулся Костров. – Знать еще должен: все ниточки в его руках. Ниточки-удавочки на твою шею…

– Сколко "зелеными"? – сглотнул слюну Кобидзе.

– Больше, чем за самолет, пожалуй, раза в два.

– Мы работаем с гарантией – двое… Каждому – в два раза…

– Грабители с большой дороги! – скорбно затряс розовыми щечками Костров. – Но интересы государства вынуждают меня согласиться с вашими условиями.

– Когда?..

– В твоих интересах сделать работу сегодня, пока я буду на презентации. А потом домой меня отвезешь.

Там всю заработанную "зелень", милок, и получишь сполна.

– Пачему в моих интересах – сэгодня?..

– Завтра он будет шерстить аэродромную обслугу.

Показаний на твой словесный портрет наберет выше крыши…

– Вопрос снят.

– Мою машину оставишь на стоянке перед отелем, чтоб на виду у милиции. А сам на метро. Учти, у клиента жена в больнице…

– При чем жена?

– Ребеночка-то из садика сам забирает… Садик во дворе. Я своего Тотошу в него водил. Хороший садик, показательный.

– Понял, не дурак.

– Дурак, еще какой дурак! Наследил, милок, с блядьми-то?..

– Романов заложил? – вскипел Кобидзе.

– Заложить всегда найдется кому, – улыбнулся Костров. – Твой этот, с лисьей мордой… Взял я его вчера за жабры, он мне и выложил про блядей-то.

– Щэ гижо! – скрипнул зубами Кобидзе. – Язык вырву!

– С головой, милок. Вместе с головой… Его доля тебе одному достанется, да еще тыщонки три сверху кину. Кстати, он тебя у метро "Сухаревская" ждать будет.

Кобидзе чему-то усмехнулся и кивнул кудлатой головой.

Он с шиком развернул автомобиль перед подъездом "Президент-отеля" и с услужливостью вышколенного лакея распахнул перед Костровым дверцу.

Тот, небрежно кивнув, с достоинством понес свое дородное тело к державным дверям.

– Николай Трофимович, на минутку! – шагнул к нему усатый орудовец.

– Чего тебе, начальник?..

– Не узнали – богатым буду! – хохотнул тот. Голос показался Кострову знакомым.

– Ты, што ль, Романов?.. Нашел место…

– Уж извиняйте, дело срочное, – ответил Романов, увлекая его за колонну.

– Слушаю, – раздраженно бросил Костров. – Выкладывай.

– Я, собственно, вон за того ишака хотел вам кое-что сообщить, – Романов кивнул на Кобидзе, тусующегося среди господской шоферни.