Скоморох - Железнов Свенельд - Страница 23

Волки не подозревали о готовящейся каверзе и продолжали нападать внезапными наскоками. Во время одного из них Радим подловил смельчака. Зверь рванулся в сторону человека, пасть раскрылась, обнажая клыки, а скоморох, вместо того чтобы испуганно отмахнуться, развернулся и, отпустив «зуб», сделал круговое движение рукой, сжимавшей конец шнура. Клинок поразил зверя, порезав ему правый бок. Дико завыв и поджав хвост, волк отпрыгнул в сторону. Рана была не опасной, поверхностной, зверь мог бы продолжать преследование. Однако скомороху повезло — раненый волк заскулил и побежал прочь. За ним последовала вся стая. А Радим прибавил ходу.

Голоса за спиной постепенно утихли. Возможно, охотники потеряли след, может, пошли за волками. Скоморох буквально валился с ног. Один раз он, споткнувшись, упал в небольшую ямку и потом мучительно долго вставал на ноги. Только неимоверное упорство позволило продолжить бег.

Тем более сказкой показалась ему невысокая избушка, замершая посреди чащи. Из трубы валил дым, в одиноком оконце виднелся свет. Радим понял, что это его спасение. Если он отправится дальше в лес, тот непременно станет его могилой. Сил оставалось самая малость, а охотники были недалече.

Скоморох приблизился к двери, снял лыжи и постучал. Первый стук вышел почти бесшумным, потому кулак опустился на доски с утроенной силой. Дверь зашаталась на ветхих петлях, внутри послышались шаркающие шаги. Радим ожидал, что его встретят недоверием и вопросами, однако никто даже не спросил: «Кто там?» Заскрипели деревянные засовы, и дверь распахнулась.

— Заходи, гость ночной, — голос принадлежал женщине, но увидеть хозяйку мешал яркий свет, резавший глаза.

Прищурившись, Радим перешагнул порог. С его губ слетели слова благодарности, замерзшее тело с удовлетворением приняло теплоту хорошо натопленной избы.

— Ставь свое добро сюда. Присаживайся, будь как дома, гость дорогой. — Ласковые слова женщины были приятны, но одновременно необычны. Она будто ждала Радима. Вот и стол был накрыт свежей скатертью, в глиняной плошке дымились свежие щи, кувшин источал медовый аромат.

Скоморох освоился с ярким светом, льющимся из очага и множества лучин. Он смог внимательнее рассмотреть хозяйку. И обмер… Это была та самая старуха, которую он видел в людской и около хлева. Ее морщинистое лицо и крючковатый нос Радим помнил так же хорошо, как собственное имя. Чего он раньше не видел, так это ее глаза. Они были поистине ужасны. Очи ведьмы сочились непроглядным мраком. Их тьма высасывала силы и прижимала к земле.

Первым позывом было — сломя голову броситься прочь из дома. Оказаться в глухом лесу наедине с ведь-лой… Не так мечтал скоморох закончить жизнь. Луч-ще уж замерзнуть в сугробе или сгинуть под копьями охотников, чем испытать злобные чары. Однако дверь была затворена, а на пути стояла ухмыляющаяся хозяйка. Пришлось бы толкнуть ее, а то и за руку потянуть. Это ведьму-то! От одной мысли о таком побеге у Радима начали бегать мурашки по коже.

— Угощайся, гость сердечный. Заждалась я тебя.

Стол ломился от блюд. В каждом вкуснятина, пальчики оближешь. Тут и мясо парное, и пиво пенное, и оладьи со сметаной. Однако хоть и был скоморох голоден, есть в такой обстановке ему совершенно не хотелось.

— Брезгуешь моим угощением? — В голосе хозяйки прозвучала угроза. — Щи кислые, мед сладкий. Не обижай.

— Ты кто? — выдавил с трудом Радим.

— Зови меня Хозяюшкой. Кушай, кушай…

Радим испуганно осмотрелся. Черные стены, черный стол, черная скамья… В красном углу, где, по обычаю, должен стоять домовой, — большой человеческий череп. Вокруг него натыканы иглы, унизанные какой-то живностью. Птички там висели или лягушки, скоморох рассматривать не стал. Ему и без этого стало хуже некуда. Колени подогнулись, Радим плюхнулся на скамью.

— Кушай, гость мой ненаглядный!

Скоморох взял ковшик и зачерпнул щей. Он сделал глоток, но дальше пить не стал. Хозяюшка удовлетворенно улыбнулась и заковыляла к скамье, на которой лежали холщовые мешки. Радим воспользовался моментом, чтобы выплеснуть щи на пол. Жидкость не спеша заструилась в щель между досками. Мед отправился следом.

Старуха повернулась к гостю, жуя какую-то зеленую травку. Она загадочно улыбалась. Все это напомнило Радиму сцену в людской, и он не сдержался спросил:

— Это ты потравила Яна Творимирыча и Свирида?

— С чего ты так подумал, гость мой милый?

— Я видел тебя в Ладоге.

— И я тебя видела. Мало того, пыталась предупредить, чтоб не оставался там, бежал куда глаза глядят. Ан нет, не послушал меня.

Радим вспомнил сон в порубе и поежился:

— Зачем мне бежать? Не виновен я ни в чем! Хозяюшка улыбнулась:

— Так уж и ни в чем…

— Уж, по крайней мере, потравою я не баловался, смертоубийством не занимался.

— Боюсь, с завтрашнего утра все будут думать иначе, гость мой бедный. Так что наслаждайся сытною едою, пока угощают.

— Что? Что ты имеешь в виду?

— То, что слышал. Отравитель — это ты, гость мой прекрасный.

— Это ложь!

— Не волнуйся. Теперь уже поздно. Изменить что-либо ты не в силах. Так же как не смог избежать участия в охоте, которую я учинила.

Радим ощутил слабость во всем теле, его волю будто парализовали. Он почувствовал, как безразличие овладевает душой, сердце цепенеет, а кровь стынет в жилах.

— Хочешь спать? — мягко прошептали губы Хозяюшки. — Приляг на скамью, растянись в полный рост. Ты проделал дальнюю дорогу, чтобы добраться сюда. Ты заслужил отдых.

Ведьма явно знала, что испытывает Радим, кроме того, она полагала, что его сильно клонит в сон. Вероятно, из-за угощения, которым она его попотчевала. От отравительницы можно ожидать чего-то подобного.

Скоморох решил подыграть Хозяюшке. Он закрыл глаза и сладко потянулся. На скамье появилась пуховая подушка, а костлявые руки старухи уложили гос-тя спать. Потом она запела, убаюкивая Радима:

— Спи, засыпай! Забудь, что с тобою когда-то было. Спи, засыпай! Забудь о том, что тихо сплыло. Спи, засыпай! Помни лишь то, что я велю. Спи, засыпай! Помни слова, что я скажу.

Смерти Радима ведьма не хотела. Иначе бы он уже давно валялся в луже зеленой рвоты или собственной крови. Сопротивляться ей было бесполезно. Радим решил, что надо ее перехитрить.