Скоморох - Железнов Свенельд - Страница 47

— Ты предал князя, Сигват!

— Нет! Я предупреждал! Нельзя было пускать моих людей в стан!

— Но это твои люди!

— Они очарованы тварью с креста! Я предупреждал!

— Ты поплатишься за это, Сигват!

— Я уже расплачиваюсь…

Вершник резко развернул коня и помчался в глубь села. По золоченому шишаку и богатому платью Радим признал в нем Остромира.

— Скоморох! Ты жив! — Норманн заметил Радима. — Они пришли сюда. Они убили наших лучших людей.

— Это никогда не кончится, ежели мы не повергнем их истукана! Надо вести войско к лысой горе…

— Я знаю. Но у меня нет войска. Мои отроки сражаются на стороне татей. Я обречен. Но я погибну с честью!

Сигват закинул секиру на плечо и, повернувшись в сторону, откуда доносились звуки боя, собрался идти на смерть.

— Погоди! Не спеши умирать, господин. Мы обещали Валуне вернуться. Надо держать обещание!

— Валуня мертв. Будь он жив, эти выродки не пришли бы сюда.

В словах норманна была правда.

— Постой! Говорили, вы шли тремя отрядами. Значит, у князя еще осталась дружина. Надобно к нему ехать! Кто-то должен остановить безликих. Где его найти?

— Князь вернулся в Березейку. Молвят, он занемог. Однако после того, что случилось, доверия мне не сыскать.

— Надо опередить все слухи, господин. Мчись к князю немедля.

— Не успеть. Ночью Остромир послал гонца с наветом. Лучше умереть в бою, чем на плахе!

— А ежели плыть по реке? По течению ты окажешься недалече Березейки уже к вечеру.

— Хорошо придумано! — Внезапно глаза ярла задорно блеснули. — Как я раньше об этом не подумал? Ежели булгарский купчина еще не успел переволочь ладью, можно воспользоваться ею. Идем, скоморох!

— Боюсь, я вряд ли смогу тебе помочь в бою… Скорее буду обузой.

— Доныне ты мне только помогал. Идем! Без твоих советов мне не победить порождение Хеля!

Радим с неохотой признал правоту Сигвата. Действительно, ему, Радиму, выпала незавидная, но важная Роль в борьбе с татями. Так уж получилось, что он знал о них побольше многих. Времени на долгие раздумья не было, надо решать: трусливо бежать куда глаза глядят или ввязаться в новое предприятие, рискованное, но благородное. Скоморох после мучительных колебаний выбрал второе. Была не была! За смерть Валуни кто-то должен ответить!

К ладье пришлось прорываться с боем. Неожиданно из-за плетня выскочили тати, размахивающие топорами и косами. Но это оказались холопы, а не бывшие дружинники. В движениях напавших было много ярости, но мало сноровки. Радим, не имея никакого оружия, быстро спрятался за широкую спину норманна. Сигват отразил град ударов щитом и неспешно, но точно одного за другим поразил противников. Двое рухнули, разрубленные пополам, один — с отсеченной ногой.

— Возьми топор! И за мной!

Радим послушался. Вскоре топор ему пригодился.

У причала кипело жестокое сражение. Несколько одетых в кольчуги татей бились с Хельги Тюленьи Яйца и его ребятами. Сталь звонко гремела о сталь, трещали щиты, надрывно скрипели доски настила. Яков и Сара сидели на корме, спрятавшись за кипой тюков. Им было чего опасаться — ведь нападавших приходилось двое против одного защитника.

Сигват без лишних размышлений ввязался в драку. Подбежав со спины к двум разбойникам, он обрушил на них секиру. Отрубленные головы с плеском ушли в воду. Окровавленные личины медленно поплыли по течению.

Радим, размахивая топором, прикрыл норманна сзади. Хельги воспользовался внезапным подкреплением. Его люди, усталые, израненные, обрели второе дыхание. Их мечи буквально за сотню ударов сердца сломили сопротивление врагов и лишили татей жизни. Мета окрасилась в красный цвет.

— Благодарийт, — тяжело дыша, сказал Хельги.

Сигват ответил ему по-норманнски. Они о чем-то заговорили.

— Отплываем! Отплываем! Поспеши, Хельги! — оживился Яков, поняв, что появилась возможность отчалить от негостеприимного берега.

Хельги послушно шагнул на борт. Его люди последовали за ним.

— Куда они? Останови их, Сигват! Пусть возьмут нас! — крикнул Радим.

Речь норманнов становилась все более громкой. Хельги отрицательно качал головой и повторял одну фразу. Сигват пытался его переубедить.

— Что он хочет? — спросила Сара.

— Плый с нами. К князю.

— Нет, нет, нет! — воскликнул Яков, воздев руки. — Ради Бога, хватит мне злоключений! Надо было заплатить этому жадному Пырешке, и он отволок бы нас к Тверце еще вчера! Никаких больше князей! Мы просто отойдем от берега и, когда все закончится, вернемся сюда же.

— Купчина, не помогая мне — ты помогаешь татям. Князь этого тебе не простит, — твердо заявил Сигват.

— Ой, чья бы корова мычала, богатырь! Тебе самому не сносить головы, я был у Остромира, все слышал. Отчаливай, Хельги! И быстрее!

Чал уже был отвязан, поэтому Хельги пришлось только оттолкнуться ногой от пристани. Но ладья далеко не ушла. Быстрым прыжком Сигват перемахнул через борт и принял угрожающую стойку. Хельги выругался. Сигват в долгу не остался.

Перебранка закончилась — как и предполагал Радим — поединком. Хельги сделал оскорбительное движение, тронув себя между ног и потом указав на Сигвата. Тот побагровел и ринулся вперед.

Норманны столкнулись щитами, но ни один не уступил. Потом они пустили в ход оружие. Хельги бился мечом, Сигват рубил секирой. Ладья плавно покачивалась у причала, служа ненадежной опорой для ног. Однако оба норманна были опытными бойцами. Они ловко использовали качку, чтобы избегать чужих ударов и вкладывать в свои дополнительную силу.

Радим с замиранием сердца наблюдал, как два раза меч скользнул по кольчуге Сигвата. К счастью, большого вреда это не принесло: лишь полопались кольца. Затем пришло время Хельги. Секира краем задела его плечо, заставив слегка присесть. Следующий удар пришелся по мечу. Хельги неудачно отступил и, поскользнувшись, рухнул за борт. Фонтан брызг окатил находящихся в ладье.

— Плывем к князю, — сказал Сигват.

Тяжело вздохнув, Яков запричитал на родном языке. Радим прыгнул в ладью. Люди Хельги нехотя сели за весла. В это время из воды, отфыркиваясь, появился Хельги. Он потерял шлем и оружие, скинул под водой кольчугу, но выплыл. Сигват протянул ему руку. На этом вражда двух варягов закончилась.