Глаз кота - Желязны Роджер Джозеф - Страница 38

38

Алекс Мансин решил уйти в монастырь; он слышал, что есть такой в Кентукки.

О деньгах от торговли можно позаботиться; собак накормит владелец хижины — бедный байстрюк. Но это все мелочи.

Айронбэр повернулся и боком прошел по узкой тропе между скалами. Он шел вперед, а его способность читать следы возрастала и усиливалась, как в давно забытые дни в Арктике. Сейчас, входя в каньон, чувствовал, что скоро след оборвется.

Он не остановился, чтобы рассмотреть развалины, а шел в зону между обугленными кустами и травой, где следы на земле рассказывали о происшедшей схватке.

Он долго сидел на корточках, прежде чем заняться изучением места. Кусочки бирюзы, застывшая кровь…

Здесь случилось что-то жестокое.

Наконец, он встал и пошел к развалинам слева. Кто-то полз или кого-то тащили в том направлении. Он настроился и попытался осторожно прозондировать обстановку, но ничего не обнаружил.

Неясные образы бродили в его мозгу, когда Айронбэр приблизился к руинам. Он был как бы частью существа, придуманного Сэндсом, сформировавшегося здесь при символических обстоятельствах; чувствовал телепатическую энергию, чувствовал проклятья. Но все прошло. Он был подавлен, уничтожен и уже не мог идти дальше.

…И потом он увидел его, прижатого к стене возле угла развалин. Сразу трудно было сказать, дышит ли он, хотя глаза были открыты и смотрели на него.

Подойдя ближе, он увидел пиктограмму Зингера, нарисованную на стене его кровью. Это был большой круг с двумя точками рядом, окружающими третью. Ниже была выгнутая дуга.

Глубоко вздохнув, Айронбэр потряс головой: до того все было необычно и мощно. Вероятно это не продлится вечно. Жизнь — азартная игра. Но именно в этом мгновении было что-то высокое.

Высоко на огненной горев тайном убежище Старого Некто,пламя стихает справа от меня,слева от меня,спереди, сзади, сверху, снизу.Я встречусь с моим чинди,чинди — я сам.Сейчас назову свое имя,чтобы он меня съел?Я иду по радуге.По времени из льда и пламенив тайное убежище Старого Некто.Я встречу своего чинди,станет мой чинди мной.Я путешествую по мирам.Я — охотник во всех местах.Мое сердце разбито на четыре частии съедается ветрами.Я восстановлю его.Я сижу в центре Вселенной,распевая свою песню.Я везде, как дома,и все существа возвращаются ко мне.Я иду по тропе моей жизнии встречу себя на ее конце.Красота вокруг меня.Нэйенезгани пришел за мной в дом Мрака,положил рядом свой жезл;извивающиеся существа, переменчивые существа.Черный охотник вспоминает меня;небесные люди вспоминают меня,эта земля помнит меня,Старый Некто помнит меня,я помню себя сам.Поднялся в мир.Сижу на огромном рисунке на пескеиз Динетаха, здесь в его центре.Их мощь помнит меня.Койот зовет из-за темной ограды…Я ем себя и делаюсь сильнее.Все прекрасно вокруг меня.Передо мной, за мной, справа и слева от меня.Пыльца, кукуруза и радуга.Белый амулет поднимает меня своей рукой.Танцор живет в сердцах всех существ,поворачивается пыльным дьяволом…Моя молния-бусина разбита.Я установил свой закон.Мой враг — я сам возродился в том танцоре.Моя тропа, мой разум заполнены звездами,что вертятся в огромном колесе к весне. Звезды.Я похож на дождь с ветроми всех растущих существ.Белое зелье поднимает меня своей рукой.Здесь пропавший Люкачукай, я говорю ему:— Охоте нет конца.Дорога прекрасна.Зелье дает силу.Призрачный поезд не остановится здесьбольше. Я — охотник.Целюсь в глаз. Если я позову,они придут ко мне с горы Мрака.