Синтез империи - Живой Алексей Я. - Страница 72

Глава двадцать шестая

Траур и свадьба

После того, как от руки Наставника погиб Хосе Мануэль Родриго эль Сарагосса и большая часть высших чиновников солнечной системы на экстренном заседании «Союза Рас Земли» новым президентом был выбран Виталий Севастьянов. Он немедленно объявил траур на один месяц во всей солнечной системе.

Все прорвавшиеся к земле крейсера были уничтожены силами адмирала Гримальди, за исключением одного. Того самого, на котором по всей видимости находился Наставник. Из пушек именно этого крейсеры и была расстреляна яхта президента. Атака на Плутон, согласно анализу центрального биокомпьютера ВКР имела своей целью уничтожить ученых-хронистов. После мощнейшей орбитальной бомбардировки был разрушен именно этот сектор базы, хотя подземный бункер все же уцелел. Чем комендант Бразини в тайне гордился и не упускал случая напомнить о том, что его база даже после нападения врага оставалась для ученых самым защищенным местом во всей солнечной системе.

Но Красс думал иначе. Если бы не своевременно поступившая Наставнику от неизвестного контакта информация, то бомбардировка могла бы продолжиться и тогда ученые, находись они там, вряд ли бы остались живы. Была и другая мысль, – их не хотели убивать. Базу следовало только разрушить, а затем высадить десантников, которые сделают последний ход. Алекс считал, что так бы оно и произошло, но в этот момент у Наставника появилась новая цель, которую он не смог игнорировать. Как бы то ни было, ученые остались живы, и находилась в безопасности.

Став президентом, Севастьянов немедленно, несмотря на траур, приказал Крассу проинструктировать капитанов кораблей ударного флота обо всех возможных неожиданностях, которые могут ждать их после начала вторжения в систему Наставника. После рапорта Красса было принято решение немедленно разгромить гнездо Мункэ в системе партагов, не дожидаясь пока созреет его армия «звездных кочевников», передовой отряд которых уже ступил на Землю, но был уничтожен с большим трудом и потерями со стороны землян.

По итогам операции Шиллу Бристоль, Астру и все подразделение «Невидимых» представили к награде за революционные открытия и отличную службу. Отмечена, правда устной благодарностью, была так же и Ли Цыси, которая сразу же после битвы у Буэнос-Айреса подала прошение о переводе в спецподразделение «Невидимых». Красс не возражал. Шилла тоже этого ожидала. Даже генерал Джазз смирился, но с официальным ответом решили повременить до окончания траура по погибшему президенту. Вручение орденов тоже отложили до истечения этого срока. Кроме того, капитан Красс, как и все остальные, очень надеялся, что Исиро и Астра успеют за это время вернуться со своего задания с новой информацией.

До окончания траура было решено отложить и еще одно радостное событие. Прибыв из центра галактики, Красс неожиданно для себя решил больше не ждать и сделал Шилле Бристоль предложение. А она, не раздумывая, согласилась. Генерал Джазз, который уже неоднократно заставлял центральный биокомпьютер ВКР строить на эту тему прогнозы, делал вид, что поражен известием, но был в душе очень рад, что все, наконец, состоялось. Бойцы, давно ожидавшие такой развязки, потихоньку поздравляли капитана. А Гарри не дожидаясь свадьбы, даже подарил ему свое любимое ружье, сделав на стволе праздничную голограмму.

Сами новобрачные в предвкушении события, несмотря на траурную обстановку, все же пребывали в прекрасном расположении духа. Красс получил заслуженный отпуск, ни одного дня из которого он не провел в кампании с бутылкой виски, – отпуск полностью ушел на подготовку к грандиозной свадьбе. Поскольку Шилла хотела именно «гран-ди-озную» свадьбу, не жалея слушать о чем-то более компактном. Впрочем, поразмыслив на досуге, Красс согласился на грандиозный праздник. В конце концов, женился он в первый, и, наверняка, в последний раз, поскольку невероятно устал только за время подготовки к этому событию. Совершенно обезумевшая от радости Шилла ежедневно таскала его по салонам, примеряя белоснежные свадебные платья, и просто замучила вопросами, какая фата ей больше к лицу.

2007 год

Санкт-Петербург