Окна Александра Освободителя - Жоров Алексей Андреевич - Страница 49

49

Пару дней обменивались с ними сигналами, из-за близкой дистанции даже не кодированными, уже хотела плюнуть на предчувствия и опять полезть на берег. Но не успела, в километре от нас от дна ко льду стал всплывать шар, метров пять в диаметре. Подштанники намокли у многих на судне, даже у меня, но это оказалась, всё же, не бомба. Сменившие исподние вояки хотели уже пострелять по подлёдной мишени, но я заартачилась, это же обещанный трофей! ФСБ его, конечно. заберёт, но, перед этим, позволит мне в нём покопаться. Ничего сложного в шаре не было, для сегодняшнего дня всё было примитивно. Носителем информации так вообще выступала пластиковая бумага. Лишь пара баллонов с газом, элемент питания на изотоп, да маломощный компьютер старой закалки.

База была убита в 1957, янки всё время хитрили, их не устраивали крохи немецких технологий, по соглашению с дойчами о ненападение, подписанному спустя месяц после бесславного возвращения Берда. Обе стороны надували друг друга, но янки на выстрелах в спину поднаторели поболе, практика наследников Альбиона, это великая вещь. Как только узнали координаты базы, сразу же первый их передвижной атомный заряд поплыл к цели. В январе 57-го лодка дошла до назначенной точки, и, ничего не подозревающий капитан, включил рубильник. Базу и окрестности затопило радиоактивное цунами. В Новой Швабии уцелело 15 человек, все учённые геологи, отличники боевой и политической, тихо ковырялись на полукилометровой глубине. Как они выбрались на поверхность достойно отдельной повести, но резервную систему «Мёртвой руки» они включили, у одного из них был необходимый допуск. 30 небольших атомных зарядов встали на боевой взвод и на неизвлекаемость. Двенадцать человек к этому времени схватили дозу такую, что не могли даже ходить, оставшиеся решили оставить информацию для Русских.

Материалы были уже подготовлены. Немцы угрожали, что передадут информацию главным врагам янки в холодной войне, последняя троица лишь докатила аппарат до берега, присоединила к подводному тягачу, а сама легла умирать. Когда янки полезли первый раз, а это произошло через две недели, под ними взорвалось три заряда, через семь лет такая же судьба постигла следующую экспедицию. Больше попыток не было. Самым ценным в шаре были не знания, почти все они технически перекрыты за эти годы, все, кроме летающих дисков, главное другое. Были даны координаты ещё трёх прибрежных городов Еттунов, над которыми не было пустого пространства, один лишь лёд. Немцы их не разрабатывали, но о них знали, даже провели несколько археологических экспедиций.

Альтернативная История. Российская Империя.Февраль 1839.

Сегодня хороший день, общее суточное производство реактивных снарядов достигло тысячи штук. Сей архиважный для государства продукт, производят десять заводов в Петербурге, два в Москве, один в Севастополе и два в Царьграде. Заводы в бывшей турецкой столице располагались близ ставки Лазарева на азиатском берегу Дарданелл, сейчас они работали исключительно на флот, как и семь питерских предприятий. Всего на флот идёт семь из десяти выпускаемых снарядов. Почему так много? Они тут же расходуются. Корабли бороздят морские воды близ Европы, уничтожая конкурентов. Но всё чаще и чаще в море для них не находится целей, приходится уничтожать европейские ценности на берегу. Из списка нейтралов, а, фактически вассалов, пришлось вычеркнуть всех, кроме шведов. Остальные не вняли предупреждению и пользуясь союзническими флагами торговали рыбой с Альбионом после запрета. Шведы же оказались самыми последовательными, теперь их наёмники под русским флагом хозяйствуют на землях перебежчиков.

Ла-Манш перекрыт наглухо, редкая птица долетит теперь до его середины. Осветительные ракеты взлетают ввысь, как только начинается тёмное время суток. Морские Львы оказались очень уязвимыми против полной блокады и продовольственного террора. Когда все склады с продовольствием стали хорошо охраняться, диверсанты всерьёз принялись за колодцы. По дорогам Альбиона и материка скользят по ночам тени, которые днём забиваются в норы, молясь своим богам, русским, шведским или ирландским, чтобы доведённые до ручки местные жители их не нашли. Из оружия у них нож и крысоловка, их враг чистая вода. Проблема с питьевой водой оказалась наиважнейшей, ибо для людей чистую воду найти ещё можно, а вот на всю скотину уже не хватает. Реки, правда, мы ещё травить не научились, но и с тем что есть получаем положительный эффект.

Поступил в войска первый десяток наполовину аэростатов наполовину дирижаблей. Да, сие есть гибрид и очень неудобный, он годится для артиллеристской корректировки и одной прицельной атаки на противника. Вооружение, одна шестипудовая или двенадцать полупудовых бомб с хвостовыми стабилизаторами, двигатель пневматический с воздушным винтом. Сейчас на сиих аппаратах в глубине территории день и ночь тренируются кандидаты. Научить людей летать оказалось архисложно, к огненным стрелам ракет они приспособились быстро, а хороших пилотов пока мало. Только молодые и тянут лямку, если человек чуть в возрасте, то при приземлении его приходится с силой отдирать от поручней, несколько сошли с ума. Кнутом здесь действовать бесполезно, поэтому работаем пряником. На данный момент набрали пять пилотов, от семнадцати годков и до двадцати трёх, каждый с километровой высоты попадает в круг пятидесяти метров в диаметре одну учебную бомбу из двух. Эх, жаль всё же, что паровые движители и те, что на нефти для воздушных судов пока слишком массивны

Уже семьдесят тысяч человек осели в Калифорнии и на просторах Орегона. Городища и крепостцы строятся строго по плану и, сразу же, ощетиниваются стволами пушек и направляющих. То, что при прежних царях было брошено, восстанавливается, местные индейцы же, с охотой, проводят штурмовые отряды в мексиканские крепости Калифорнии. Сопротивления почти нет, залпа из пары направляющих для недовольных и непонятливых обычно хватает, церковники, а им в Калифорнии принадлежит четверть земли, попробовали сопротивляться, теперь индейские товарищества, обычно под предводительством одного старосты из мятежных российских крестьян, располагаются на месте развалин. Камень от монастырей не пропадает, из него получаются отличные коровники. Индейцев крестим массово, своих же ритуальных обрядов творить не запрещаем, при приёме в казачье ополчение оружие выдаём без колебаний. Стычки с белыми поселенцами, испоганившими безудержным севом свои прежние наделы и, как саранча, двигающимися путями, разведанными для них Льюисом и Кларком, постоянны.

Остатки вырезанных индейских племён и родов вступают в Орегонское Казачье войско, от мала до велика, считая его своеобразным сверхплеменем. Объединение же таких племён под началом единого вождя, это и есть, по их мнению, Российская Империя. Но поселенцы и Кавалерия Штатов успокаиваться и не думает, лишь своевременно доставленные в пару важных фортов ракетные станки позволяют русским индейцам, в целом, владеть инициативой. Форты бостонской торговой компании оказались очень кстати, больше половины купцов правильно поняли политическую целесообразность и с усердием учат русский, а не кормят рыб. Доверяю я им полностью, ибо тех кто сносно говорит и понимает на русском допускают государственными старателями на Аляску, а возвратившиеся оттуда, с оттопыренными от золотых червонцев карманами, соотечественники, лишь подстёгивают новоявленных полиглотов повторять раз за разом «Аз», «Буки», «Веди», а не пытаются бунтовать.

Из взбаламученной моими людьми Европы просачиваются к границе Империи будущие переселенцы. Беру лишь немцев, самых лучших специалистов из их числа доставляю в колонии морским путём. Остальные идут и идут, образуя городки на том пути, где в мире будущего прошла КВЖД, где были возведены мосты и крепости, телеграфная линия дошла уже в район Байкала, на берегах рек, через которые пока нет мостов, устанавливаются радиоаппараты, либо обыкновенные семафоры. Немцы образуют товарищества, у каждого из них есть бумага на землю, но каждый знает, что через три года, если владелец не сможет её без запинки прочитать, она становится недействительной.