Ария князя Игоря, или Наши в Турции - Экслер Алекс - Страница 111

Нацепив первый вариант, Сергей посмотрел на себя в зеркало — и только грустно вздохнул. Мятые джинсы и светлая рубашка без рукавов — этот персонаж даже на мелкопоместного дворянчика не тянул. Максимум — на еще не до конца спившегося пионервожатого. Пришлось пробовать другой вариант — светлые шорты с рубашкой. Изображение в зеркале заметно получшело, но до истинного аристократизма было далеко. Сергей попытался было компенсировать недостатки в одежде, для чего сделал «надменное и аристократическое» выражение лица, но зеркало отобразило только типичного загорелого программиста в рубашке и шортах, у которого так перекосило лицо, как будто ему предложили сделать сеть на коаксиале под Windows 3.11.

«Плохо дело, — подумал Сергей. — Аристократизма — полный ноль». Тут он внезапно вспомнил, что его приятель отсоветовал другу брать на отдых «вечерний прикид», схватил трубку телефона и набрал номер «молодоженов». К телефону подошел Игорь.

— Неужели тебе нечего надеть? — раздалось в трубке вместо приветствия.

— А ты откуда знаешь? — изумился Сергей.

— Нетрудно догадаться, — хладнокровно ответил Игорь. — Наверняка Лена сказала, что наденет вечернее платье, поэтому ты перерыл весь чемодан, нацепил лучшее из того, что было, но в зеркале увидел нечто непотребное, поэтому обругал меня последними словами и позвонил, чтобы высказать это лично.

У Сергея округлились глаза.

— Слушай, — сказал он, — я всегда был высокого мнения об уровне твоего знания человеческой психологии, но сейчас я просто в шоке — все так и есть! Именно тебя я и материл, потому что это именно ты отговорил меня взять хотя бы одни запасные брюки.

— Ну, милый, — сказал Игорь. — Я же не знал, что у тебя тут будет такое романтическое приключение, которое потребует партикуляра. Я думал, что тебе вообще придется только раздеваться…

— Тем не менее, — твердо сказал Сергей, — ситуация критическая. Я не могу появиться на последнем ужине с любимой в неприличном виде.

— А что у тебя там есть? — поинтересовался Игорь. — Ты же вроде в каких-то штанах сюда летел…

— В джинсах, — напомнил Сергей. — Они все мятые. Да и если не мятые — все равно смотрится ужасно. Я хотел, чтобы был какой-то легкий налет аристократизма. Пока же получается только легкий налет идиотизма.

— Ну, милый, — насмешливо сказал Игорь, — налет аристократизма — он во взгляде и манерах. Например, меня хоть в скафандр одень — я все равно коктейль буду пить, изящно отставив в сторону мизинчик.

— Разговор не о тебе, — рассердился Сергей. — Какая мне разница, что именно ты можешь оттопырить в скафандре?!! Речь идет обо мне. О твоем друге, между прочим. Или что — между нами все кончено?

— Подожди, подожди, — перепугался Игорь. — Я же не говорю, что не хочу помочь. Не боись, все решим. Штанов нормальных у тебя нет? Будут тебе штаны. У нас же телосложение похожее. Я имею в виду — от пола до пояса. Рост примерно одинаковый. Вот только задница у тебя от сидения за компьютером больше, чем у меня, но вроде ненамного…

— Игги, ты нагло гонишь, — холодно сказал Сергей. — Задницы у нас совершенно одинаковые. Тем более что ты на работе тоже сидишь с утра до вечера. За тем же компьютером, между прочим. Но я пока не понимаю, к чему ты клонишь.

— Ладно, одинаковые так одинаковые, — ответил Игорь. — Речь, собственно, о том, что, раз тебе все это так важно, я могу другу на сегодняшний вечер одолжить одни из своих брюк. У меня их пять. Это разобьет мне сердце, потому что я не люблю давать свои вещи, но ради тебя я готов почти на все…

— Ничего себе! — возмутился Сергей. — Так ты взял пять нормальных брюк, а мне посоветовал не брать ни одних?!!

— А тебе-то зачем? — хладнокровно спросил Игорь. — Ты же один ехал. А я с невестой. Это же невеста, Серег, не жена! Вот когда поженимся, тогда я буду брать на отдых только дырявые тренировочные. Но сейчас я должен перед ней выглядеть гоголем.

— Ты больше похож на Крылова, милый, — вдруг раздался в трубке голос Иры. — Еще бы халат — был бы один в один. Гоголь — он же симпатичный был, такой волосатик-волосатик…

— Мать, — сказал Игорь в сторону, — еще один подобный звук, и я на торжественный ужин пойду, как Серега: в трусах, ластах и майке с какой-нибудь дурацкой программистской надписью. Серег, — Игорь повернулся к трубке, — одолжишь мне свою компьютерную майку? Там еще надпись какая-то дурацкая, как для прачек. Что-то там мыльте чем-то там. Я, правда, не понимаю, почему она программистская…

— «Шлите мыло зухелем» там написано, — сообщил Сергей. — Эту майку я тебе не дам, потому что это светлая память о «Комтеке» 1996 года. И вообще, — рассердился он, — хватит переводить разговор на другое. Что мне делать с одежкой? Помогай давай! Из-за тебя страдаю.

— Я же сказал, — ответил Игорь. — Дам тебе свои брюки на вечер. Лучшие брюки. Очень дорогие, имей в виду. Поэтому будь с ними очень осторожен, даже нежен. Лучше всего — вообще не садись, а просто вежливо стой рядом со стулом.

— Какого цвета? — поинтересовался Сергей, не обращая на издевательства Игоря никакого внимания.

— Что какого цвета? — не понял Игорь.

— Штаны, — объяснил Сергей.

— Это не штаны, а брюки, — возмутился Игорь. — Фирменные, дорогие. Светлые они. Затрудняюсь даже цвет назвать. Вероятно, «белая ночь» или что-то в этом роде. Да, в туалет в них тоже нельзя ходить. Точнее, можно, но прежде чем пописать, их надо снимать, а надевать обратно только после того, как ты сделаешь не менее десяти прыжков на месте.

— Белые не пойдут, — сообщил Сергей. — Нереально. Даже если я буду стоять в них весь вечер. Ты что, меня не знаешь? Мне же нельзя есть цветную пищу, кроме как в скафандре. Черно-белую, впрочем, тоже. Поэтому белые брюки исключены — вся еда на них окажется.

— Что-то я за тобой такого не замечал, — с сомнением сказал Игорь.

— Да потому что я все съедаю за пять минут, — объяснил Сергей. — Уронил — салфеткой вытер. Уронил — вытер. Когда в шортах, то вообще никаких проблем. Только душ потом нужно принять. Главное — я не нарочно. Просто организм такой: все роняет на штаны. Ничего сделать с этим не могу. Могу, конечно, постоянно следить, но в этом случае полностью теряется удовольствие от еды.

— М-да, дела, — задумался Игорь. — Слушай, я не знаю, что делать. У меня все брюки светлые. Кто ж в сорокаградусную жару темные брюки надевает?

— Что, — расстроился Сергей, — вообще никаких темных? Может, не черные, а, например, коричневые?

— Увы, — сказал Игорь. — Только светлые, старик, только светлые. Есть бежевые. Но они тоже светлые, такой вот парадокс. Кстати, ты в них будешь хорошо смотреться. Загорелый Серега в светлых брюках — девушки будут в отпаде.

— Говорю же, — сердито сказал Сергей, — тогда ужин исключен.

— Иди на ужин в шортах, а на дискотеку наденешь брюки, — предложил Игорь. — Все равно сегодня колбасить полночи будем.

— Не вариант, — огорченно сказал Сергей. — Лена платье на ужин наденет. Как я буду в шортах?

— Ну, старик, — развеселился Игорь, — человек сам кузнец своего счастья. Давай надевай мои штаны и контролируй себя за ужином. Бери какую-нибудь стерильную пищу — булочки, например. Уронишь на штаны — следов не останется.

— О, — обрадовался Сергей, — это мысль! Как я сразу не догадался? Точно, булочки — это выход!

— Но с напитками, — безжалостно сказал Игорь, — как ты понимаешь, не судьба. Никакой текилы и даже водки. Только чистая питьевая вода. От всего остального остаются пятна.

— Ну вот, — расстроился Сергей. — Что же я, в последний вечер ничего не квакну?

— Можешь квакнуть, — успокоил друга Игорь. — Но для этого придется сначала снять штаны. Незаметно, под скатертью.

— Думай, что говоришь, — оборвал друга Сергей. — А если меня Лена попросит для нее за чем-нибудь сходить? Что я ей скажу — «подожди, любимая, я только штаны натяну, а то пришлось их снять, чтобы текилы хлопнуть»?

— Ну, не знаю, старик, это ты сам решай, — утомился Игорь. — То тебе не так, это тебе не эдак. Хочешь аристократизма — ешь булки с водой. Хочешь пожрать и квакнуть — надевай шорты и действуй салфетками, как обычно.