Алмазный трон - Эддингс Дэвид - Страница 71

— Если мы должны будем пойти этим путем, то мы и пойдем им, — спокойно сказал Спархок.

— Ну, тогда будьте осторожны там. Рендорцы сейчас чем-то возбуждены.

— Это их обычное состояние.

— Сейчас это несколько другое. Эрашам в Дабоуре проповедует новую священную войну.

— Помнится, он занимается этим уже третий десяток лет. Всю зиму он раздувает огонь в сердцах рендорцев, а летом они расходятся по своим кочевьям.

— Вот в этом-то и разница, Спархок. Они оставили в покое кочевников и занялись горожанами. А это уже гораздо серьезнее. Эрашам теперь на коне, и он твердо держит своих пустынников в Дабоуре. У него там целая армия.

— Но горожане в Рендоре как будто не настолько глупы. Что же их-то так впечатляет в его проповедях?

— Прихвостни Эрашама распространяют среди горожан побасенку, что в Северных Королевствах с благоговением отнесутся к возрождению эшандизма.

— Экая чушь, — усмехнулся Спархок.

— Еще бы. Но им удалось убедить в этом довольно многих, и сейчас даже в Киприа, впервые за многие века, восстание против Церкви имеет шанс на успех. Да еще откуда-то сюда везут оружие, и премного, по крайней мере ходят такие слухи.

У Спархока зародилось подозрение.

— А вы не знаете, кто их распространяет?

Настоятель пожал плечами.

— Купцы, путешественники с севера и прочие чужестранцы. Они обычно останавливаются в квартале около эленийского консульства.

— Вам в этом не видится ничего любопытного? На меня напали как раз когда я шел в консульство по вызову консула. Консулом здесь по-прежнему Эллиус?

— Да, он. К чему ты клонишь, Спархок?

— Позвольте еще один вопрос, отец мой. Вам или вашим людям не приходилось видеть беловолосого человека, входящего или выходящего из консульства?

— Гм… Вряд ли я смогу чем-либо тебе помочь. Я не приказывал своим людям следить ни за чем таким. У тебя что-то на уме, Спархок?

— Да, мой Лорд, — Спархок поднялся и стал расхаживать по комнате. — Попробую-ка я еще раз призвать на помощь эленийскую логику, Сефрения. Первое, — сказал он, загибая палец. — Первосвященник Энниас метит на трон Архипрелата. Второе: все Четыре Ордена настроены против этого, и их противостояние — серьезное препятствие амбициям Энниаса. Третье: чтобы получить золотой трон, ему надо отвлечь внимание Рыцарей Храма. Четвертое: здешний консул — его кузен. Пятое: у консула и Мартэла и раньше были какие-то общие дела, и десять лет назад я получил этому персональное подтверждение.

— Я не знал, что Энниас в родстве с первосвященником, — удивился настоятель.

— А они стараются и не распространяться об этом, — сказал Спархок. — А теперь Энниас хочет, чтобы Рыцарей Храма не было в Чиреллосе, когда дело дойдет до выборов нового Архипрелата. Что будут делать Рыцари Храма, если в Рендоре случится религиозное восстание?

— Мы обрушимся в полном боевом порядке на мятежников! — вскричал настоятель, забывая, что тем самым полностью подтверждает все подозрения Спархока.

— Да, и это прекрасное средство убрать Воинствующие Ордены со сцены во время выборов в Чиреллосе.

Сефрения взглянула на Спархока.

— А что он за человек этот Эллиус?

— Обычный подхалим. Немного ума, еще меньше воображения.

— Не слишком впечатляющая фигура.

— Не слишком.

— Тогда и кто-нибудь другой тоже мог бы ему указывать?

— Именно так, — подтвердил Спархок и снова обратился к настоятелю: — Мой Лорд. Можете ли вы отправлять послания Магистру Абриэлю так, чтобы их невозможно было перехватить?

Настоятель бросил на него холодный взгляд.

— Мы договорились быть откровенны друг с другом, мой Лорд, — напомнил ему Спархок. — Я вовсе не хочу как-то повредить вам, но дело это не терпит отлагательств.

— Хорошо, Спархок, — проговорил настоятель слегка принужденно. — Да, я имею возможность отправлять Лорду Абриэлю такие послания.

— Спасибо, отец мой. Сефрения знает все подробности, она познакомит вас с ними. А мне и Кьюрику придется кое-чем заняться.

— Так что же ты все-таки надумал? — спросил настоятель.

— Я собираюсь нанести Эллиусу визит. Он знает, что тут происходит, и, как мне кажется, я смогу заставить его поделится с нами этими знаниями. Мы должны найти подтверждение всем этим догадкам, до того, как вы отошлете послание в Лариум.

— Это слишком рискованное предприятие.

— Гораздо менее рискованное, чем допустить Энниаса на трон Архипрелата. У вас здесь не найдется какой-нибудь надежной пустующей кельи?

— Есть в подвале. Келья для кающихся грешников. Дверь в нее запирается.

— Мы приведем Эллиуса сюда, чтобы допросить как следует. Потом вы его там запрете, поскольку он узнает, что я здесь, а Сефрения не одобряет излишних убийств.

— А если он будет кричать, когда вы попытаетесь его схватить?

— Вряд ли, мой Лорд, — сказал Кьюрик, похлопывая по рукоятке своего тяжелого топора. — К тому же он уже, наверняка, будет спать.

Облака, что днем закрывали небо, исчезли и звезды сверкали над тихими улицами спящего города.

— Луны сегодня нет, — прошептал Кьюрик, когда они со Спархоком тихо крались по пустынным улицам. — Это нам на руку.

— Сейчас она поднимается позже, — сказал Спархок.

— Намного?

— У нас еще есть в запасе пара часов.

— А мы успеем обернуться за это время?

— Должны успеть.

Спархок остановился на перекрестке и заглянул за угол. Человек в коротком плаще с копьем в руках сонно брел по улице.

— Охранник, — затаил дыхание Спархок, и они с Кьюриком вжались в глубокую тень дверного проема.

Охранник протащился мимо них. Фонарь раскачивался в его руке и отбрасывал тени на стены домов.

— Он не слишком хорошо исполняет свои обязанности, — проворчал Кьюрик неодобрительно.

— При таких обстоятельствах твое чувство долга не слишком уместно, Кьюрик.

— Правила есть правила, — упрямо проворчал Кьюрик.

Когда шарканье охранника затихло вдали, они выбрались из своего укрытия и прокрались дальше по улице.

— Мы что, пойдем прямо к воротам консульства? — спросил Кьюрик.

— Нет, подойдем поближе, а там по крышам.

— Я не кошка, Спархок. Скакать с крыши на крышу — развлечение не для меня.

— Там дома построены впритык, и крыши не хуже дороги.

— А, — проворчал Кьюрик. — Ну, тогда другое дело.

Консульство королевства Эления помещалось в большом доме, окруженном беленой стеной. Вдоль стены шла узкая дорожка, на каждом углу освещаемая факелами, закрепленными на высоких столбах.

— А что, эта тропинка окружает весь дом? — спросил Кьюрик.

— По крайней мере так было, когда я был здесь в последний раз.

— Ну, в твоем плане есть здоровая дыра, Спархок. Не знаю как ты, а я не могу прыгнуть отсюда на ту стену.

— Да и я не смогу, — нахмурился Спархок. — Пойдем-ка обойдем его вокруг, посмотрим, что там.

Они прошли задами домов к стене консульства с другой стороны. Откуда-то выбежала собака и принялась лаять. Пришлось Кьюрику запустить в нее камнем. Она заскулила и побежала куда-то в темноту.

— Теперь я понимаю, каково бывает взломщикам, — пробормотал Кьюрик.

— Туда, — указал Спархок.

— Куда?

— Вон туда, справа.

Какой-то заботливый хозяин собрался заняться починкой крыши, и несколько длинных досок стояли, прислоненные к стене.

— Пойдем, взглянем, насколько они длинны.

Они прошли переулком к куче строительного материала. Кьюрик постоял перед ней прикидывая длину досок и сказал:

— Может сойдет, а может и нет.

— Мы не узнаем, пока не попробуем.

— Хорошо, ну а как мы попадем на крышу?

— Подставим наклонно доски и попробуем взбежать, а потом затащим их за собой.

— Спасибо еще, что ты не решил построить осадную машину, — мрачно заметил Кьюрик. — Ну ладно, давай попробуем.

Они наклонили несколько досок против стены, и Кьюрик, ворча и отдуваясь, взобрался на крышу.