Парри Хоттер и изнанка магии - Эллис К. С. - Страница 24

– А тут четырнадцати страниц не хватает! – сообщила она, подсчитав в уме.

– Но, ради такого случая, мы можем вручить ее вам безвозмездно, то есть даром, – сказал Дамиан, отдавая Парри английскую часть инструкции.

– Только не говори своим друзьям! – предупредил Ганнибал.

Дамиан взял Парри за грудки и приподнял, стянув ему шею воротником.

– И на этот раз мы говорим серьезно! Никому не говори, понял?

– Было очень приятно иметь с вами дело. Рады будем снова вас повидать. Надеемся, что ваши покупки доставят вам немало приятных часов. Сделки обратной силы не имеют. Уплаченные деньги не возвращаются, – сказал Дамиан.

– Претензии не принимаются, – закончил Ганнибал.

– Ты будешь на празднике сегодня вечером? – спросил Дамиан у Гормошки. Гормошка тут же расслабилась и улыбнулась.

– Да, буду!

– Жалко, – сказал Ганнибал.

– Ну ничего, – сказал Дамиан, – может, все-таки там появятся какие-нибудь свежие лица.

– Ага, – согласился его брат, – свежие лица все время появляются.

Лицо Гормошки выглядело довольно кислым.

«Приветствуем всех учеников Свиноморда, старых и новых!» – гласил плакат, натянутый над помостом Большого Зала. Сбоку свисало написанное на простыне приложение – длинный список учеников, которых тут не приветствуют, и тех, кого желает повидать директор. Живыми или мертвыми.

К тому времени, как в зал явились Парри, Фредди и Гормошка, празднество было уже в разгаре. Праздники в Свиноморде всегда начинали заранее – отчасти нарочно, потому что слушать приветственные речи все равно никто не приходил, отчасти просто потому, что так получалось.

Гормошка потратила уйму времени на сборы. Когда парни спросили, чего она так застряла, она ответила, что делала прическу. Фредди предположил, что она, наверно, побрилась налысо и отращивала волосы заново, и был вознагражден болезненным пинком в лодыжку.

На взгляд Парри, прическа Гормошки ничем не отличалась от обычной, но что-то необычное было в самой Гормошке. Она сделалась как-то привлекательнее, больше бросалась в глаза. Но в чем тут дело, он понять никак не мог.

Зал был уже полон возбужденных первоклашек. Те прослушали речи преподавателей и получили расписание занятий и списки рекомендованной литературы для внеклассного чтения. И теперь они кишели между столами различных школьных клубов и кружков, подыскивая себе место, куда можно приложить избыток сил, где можно завести друзей и провести свободный вечер.

Между первоклашек хищно бродили ученики постарше, в основном с факультетов Де-Сада и Лучников, стараясь завязать с новичками опасные связи. Немало тут было и таких, кто пришел сюда только в надежде поживиться. Ужин отменили, поскольку Большой Зал был занят, так что единственное, чем можно было перекусить, – это бутербродами и прочей фигней. И потому многие из старших учеников пришли сюда в надежде, что удастся перехватить чего-нибудь более существенное.

Парри здешний шведский стол особого доверия не внушал. Он подозревал, что здесь и в самом деле могут кормить убиенными шведами. Но в конце концов он отыскал сыр и ананасы на шпильках и наполнил ими свою тарелку. Если не обращать внимания на то, что сыр был с черными прожилками, ужин получился довольно сносный.

Гордон в обществе двух шестиклассников восседал за столиком, принадлежащим клубу юных садоводов. Клуб пользовался удивительной популярностью. Популярность его объяснялась тем, что здесь первоклассники могли угостить плотоядные растения сырым мясом – а иногда и собственными пальцами. Растения алчно хватали предложенное угощение и забавляли ребятишек тем, что, наевшись, иногда смачно рыгали.

Фредди завел горячий спор с ребятами, которые сидели за столиком под вывеской «Спасем троллей!». Он желал знать, каких именно троллей они собираются спасать, приходятся ли эти тролли ему родственниками и не принадлежат ли они, часом, к отдельным тролльским кланам, которые, как уверял Фредди, представляют собой сборище отвратительных уродов и вполне заслуживают, чтобы их разнесли вдребезги кувалдами, зубилами и кирками.

Братцы Фредди тоже были в зале. Парри с удивлением обнаружил, что и у них есть свой столик. На вывеске над ним значилось: «Клуб торговли и коммерции».

Перед Дамианом лежал внушительный список имен тех, кто уже вступил в клуб.

– А что вы там делаете, в этом клубе? – поинтересовалась Гормошка.

– Ну-у, – начал Ганнибал, – мы считаем своим долгом…

– …долгом, – эхом откликнулся Дамиан.

– …своим долгом посвятить наших младших товарищей в тонкости и хитросплетения мира коммерции…

– В суровые реалии торговли, – добавил Дамиан.

– …чтобы они могли обеспечить себе долговременное богатство и преуспевание, – закончил Ганнибал.

– А по каким дням вы будете собираться? – с подозрением спросила Гормошка.

Близнецы переглянулись и уставились на Гормошку.

– Это мы еще не решили, – сказал Дамиан.

– Ну, а эти познания в коммерции, которыми вы собираетесь делиться с младшими членами клуба, – продолжала Гормошка, – вы ведь, я так понимаю, будете ими делиться не бесплатно?

Близнецы вновь переглянулись, уже раздраженно.

– Ну, полкроны – не такая уж высокая цена за те уроки, что мы дадим нашим новичкам. Сама понимаешь, для начала следует избавить их от наивности в финансовых вопросах.

– А-а, понятненько! – сказала Гормош-ка. – Значит, вы собираете со всех, кто к вам записался, по полкроны, – на это Ганнибал кивнул, – а никаких собраний устраивать не собираетесь!

Дамиан доверительно наклонился к ней.

– Ну, согласись, не такая уж это большая цена за такой ценный урок! – прошипел он ей на ухо. – Так что, если ты не надумала вступить в наш клуб…

Гормошка презрительно фыркнула.

– Какая-то ты сегодня особенная, Юсти! – заметил Ганнибал, решив сменить направление беседы.

Гормошка была моментально обезоружена.

– О, да это новый кондиционер, знаешь ли! Спасибо, что заметил! – кокетливо ответила она.

– Ну, что бы это ни было, это хорошая штука, – сказал Дамиан.

– Слышь, – спросил Ганнибал, – а ты его в волосы втираешь или в лифчик заливаешь?

Гормошка предпочла не отвечать. Она развернулась на каблуках и стремительно пошла прочь. Хихикающие Парри с Фредди потащились следом за ней. Она привела их к столику «Любительского театра». Судя по всему, Гормошка занималась у них пошивом костюмов и теперь похвасталась, что она одевает всех ведущих актеров. Гормошка заметила, что она, конечно, тоже бы не прочь выступать на сцене, но людей, считающих себя гениальными актерами, пруд пруди, а костюмы шить некому.

– Короче, рожей не вышла! – заметил Фредди, и Гормошка больно ткнула его локтем в бок.

В школе было целых две собственных газеты, которые теперь висели на противоположных концах зала. Редакция «Метрополис – Экспресса» хвасталась смелыми иллюстрациями, близостью к «народным массам» и журналистскими расследованиями – они, в частности, не так давно разоблачили шайку, под видом волшебных напитков варившую обыкновенный самогон.

Газета «Свиномордские новости», со своей стороны, гордилась высокими моральными стандартами и беспристрастными комментариями. В ее передовице говорилось о том, что «Метрополис» сфабриковал обвинение против их бывшего редактора, что двое из главных свидетелей обвинения имеют долю в прибылях конкурирующей газеты и что редакция «Метрополиса» сама подрабатывает производством недозволенных напитков.

Но, пожалуй, самый броский стенд принадлежал «Клубу целительных кристаллов». Гормошка внимательно слушала, как участники клуба рассказывали об энергетических линиях, различных камнях и их целительных свойствах. На Фредди же это особого впечатления не произвело.

Тут, в волшебном мире, Парри, пожалуй, готов был поверить, что в этих кристаллах что-то есть. У себя, в своем реальном мире, он был твердо уверен, что вся эта кристаллопатия – выдуманное лекарство от выдуманных болезней, которыми люди болеют в основном от нечего делать; но тут, в мире магов, разумеется, дело другое…