Гарри Поттер и Методы Рационального Мышления - Ронг Ленс - Страница 49

Адреналин хлынул в кровь Гарри. Он не знал, какие выводы сделал профессор Квиррелл из своего расследования, но вряд ли хорошие.

– Эм, профессор Квиррелл… – начал Гарри.

– Вы думаете, что я пришёл к неверному ответу, мистер Поттер? – весело поинтересовался профессор Квиррелл. – Со временем вы перестанете меня недооценивать. – Профессор выпрямился, встав со стола. – Мистер Поттер, у всего есть привычное применение. Назовите мне десять необычных способов применения предметов в этой комнате для ведения боя!

Секунду Гарри ошеломлённо осознавал, с какой лёгкостью его прочитали, а потом идеи забили ключом.

– Столы здесь довольно тяжёлые: можно убить противника, если бросить такой с большой высоты. У стульев металлические ножки, если сильно ими ударить, то можно кого-нибудь проткнуть. Если воздух из комнаты убрать, в ней все умрут, потому что человек не может жить в вакууме. Кроме того, воздух можно использовать как переносчик ядовитых газов.

Гарри остановился, переводя дух, и профессор Квиррелл вставил:

– Это только три, а нужно десять. Остальные ученики думают, что вы перебрали все вещи в классе.

– Ха! В полу можно сделать волчью яму с кольями на дне, потолок можно на кого-нибудь обрушить, стены могут послужить материалом для трансфигурации в бесконечное множество смертельно опасных предметов – ножей, например.

– Уже шесть. Но теперь-то у вас заканчиваются варианты?

– Я только разогреваюсь! Есть же ещё люди! Заставить гриффиндорца атаковать врага – слишком банальная идея…

– Я бы такое и не засчитал.

– …но в его крови можно кого-то утопить. Когтевранцы славятся своими мозгами, но и другие их органы кое на что годятся: можно, например, продать их на чёрном рынке, чтобы нанять киллера. Слизеринец же не только ценный убийца, но и тридцать-сорок килограммов диетического, легкоусвояемого мяса. Если его швырнуть с достаточной скоростью, то можно расплющить оппонента. Пуффендуец хороший работяга, но вдобавок у него хорошие кости, заострив которые, можно кого-нибудь заколоть.

К этому времени весь класс с ужасом таращился на Гарри. Даже слизеринцы остолбенели.

– Десяток есть. Правда, когтевранцев я засчитываю со скрипом. Ну а теперь за каждый способ применения предмета, который ещё не называли, вы получите по одному очку. – Профессор Квиррелл дружески улыбнулся Гарри. – Ваши одноклассники считают, что уж теперь-то вы влипли: вы ведь назвали всё, кроме мишеней, и вы ни малейшего понятия не имеете, как их можно использовать.

– Вот ещё! Я назвал всех людей, но не их одежду. Моей мантией можно кого-нибудь придушить, если её обмотать вокруг головы врага, мантию Гермионы Грейджер можно порезать на ленты и из них связать верёвку, на которой можно кого-нибудь повесить, а с помощью мантии Драко Малфоя можно устроить поджог…

– Три очка, – сказал профессор Квиррелл, – и больше никакой одежды.

– Мою волшебную палочку можно воткнуть в мозг врага через глазное яблоко…

Кто-то сдавленно охнул.

– Четыре очка, дальше без палочек.

– Мои наручные часы можно запихнуть врагу в глотку, и он задохнётся…

– Пять очков, закончим на этом.

Гарри фыркнул:

– Один балл факультету за десять очков Квиррелла, так? Зачем вы меня остановили, я бы мог продолжать, пока не завоюю кубок школы. Я даже не начал перечислять содержимое моих карманов.

А также кошеля-скрытня, хотя упоминать мантию-невидимку и Маховик времени нельзя. Да и насчёт мишеней что-нибудь тоже можно придумать…

– Хватит, мистер Поттер. Ну что же, теперь все поняли, почему мистер Поттер самый опасный ученик в этом классе?

Тихое согласное бормотание.

– Так озвучьте, пожалуйста. Терри Бут, что делает вашего соседа по комнате опасным?

– Э-э… кхм… он изобретательный?

– Чушь! – проревел профессор Квиррелл и крепко саданул кулаком по столу, и от магически усиленного звука все подпрыгнули. – Все идеи мистера Поттера были более чем бесполезными!

Гарри удивлённо вздрогнул.

– Сделать волчью яму? В бою отвлекаться на такую смехотворную ерунду нет времени, а если бы оно было, то есть тысяча лучших способов его использовать! Трансфигурировать стены? Но мистер Поттер не умеет этого делать! У мистера Поттера была одна-единственная идея, которую он на самом деле смог бы сразу претворить в жизнь, прямо сейчас, без длительной подготовки, услужливого врага или неизвестной ему магии: это ткнуть волшебной палочкой врагу в глаз! Но и тогда палочка скорее сломается, чем убьёт его противника! Другими словами, мистер Поттер, вынужден с прискорбием сообщить, что ни одна ваша идея яйца выеденного не стоит.

– Что? – возмутился Гарри. – Вы просили необычных идей, а не практичных! Я старался мыслить нестандартно! Как бы вы использовали что-нибудь в этой комнате, чтобы убить?

Лицо профессора Квиррелла выражало неодобрение, однако в его глазах пряталась улыбка.

– Мистер Поттер, а я разве требовал кого-нибудь убивать? Иногда полезно оставлять оппонента в живых, и на уроках в Хогвартсе это обычно даже предпочтительно. Отвечая на ваш вопрос: я бы просто ударил его по шее краем стула.

Слизеринцы захихикали, но скорее в поддержку Гарри, а не над ним. Остальные онемели от ужаса.

– Мистер Поттер только что показал нам, почему он самый опасный в классе ученик. Я попросил его назвать необычные способы применения вещей в бою. И он мог бы предложить укрыться от проклятия за столом, или сделать стулом подножку, или обмотать одежду вокруг руки, создав импровизированный щит. Но каждое предложение мистера Поттера было атакующим, а не оборонительным, и более того, смертельным или потенциально смертельным.

Что? Нет, не может быть… У Гарри внезапно закружилась голова. Он попытался вспомнить все свои идеи: должен же найтись контрпример…

– Другие, менее смертоносные приёмы мистер Поттер счёл недостойными рассмотрения, – продолжил профессор Квиррелл, – и поэтому ему пришлось придумывать невесть что, лишь бы в итоге оно приводило к смерти врага, стандарту, который он сам для себя установил. Это указывает на наличие черты характера, которую называют готовностью убить. Она есть у меня. Она есть у мистера Поттера, и именно благодаря ей он сумел выйти победителем в схватке с пятью старшекурсниками из Слизерина. У Драко Малфоя такой черты нет – пока нет. Мистер Малфой способен не моргнув глазом рассуждать про обычное убийство, но даже он был шокирован – да, мистер Малфой, я видел это по вашим глазам, – когда мистер Поттер предложил использовать в качестве орудий убийства части тел своих однокурсников. В вашем разуме есть ограничители, которые заставляют от таких мыслей отворачиваться. Но мистер Поттер думает только об убийстве врага. Он не будет церемониться при выборе метода, отворачиваться от подобных мыслей, у него нет ограничителей. Даже несмотря на то, что его гениальное воображение ещё не заточено на генерацию практичных решений, готовность убить делает Гарри Поттера самым опасным учеником в классе. Ещё один, последний балл – пожалуй, даже балл факультету – присуждается ему за обладание этим незаменимым для истинного боевого мага качеством.

Рот Гарри был широко раскрыт в безмолвном удивлении. Он отчаянно искал, чем возразить. Это же совершенно не обо мне!

Но он видел, что остальные ученики уже начинали верить сказанному. Разум Гарри лихорадочно искал возможные опровержения, но не нашёл ничего, что могло бы выстоять против авторитетного мнения профессора Квиррелла. На ум не приходило ничего лучше, чем: «Я не психопат. Я просто мыслю творчески». Звучало довольно зловеще. Нужно было сказать что-то неожиданное, чтобы все остановились и пересмотрели…

– А теперь, – сказал профессор Квиррелл, – мистер Поттер. Огонь!

Ничего, конечно, не произошло.

– Ладно, – вздохнул профессор Квиррелл. – Все когда-то были новичками. Мистер Поттер, выберите ученика и используйте на нём заклятье Простого удара. Я не закончу сегодняшний урок, пока вы этого не сделаете. И я буду отнимать баллы у вашего факультета, пока вы не решитесь.