Демоны не спят - Пирс Энтони - Страница 109

ОТ АВТОРА

Настоящая книга была задумана мною как описание игры, однако игры особенной. Будучи писателем, а не программистом, я ставил перед собой задачу не придумать сюжет, действительно пригодный для компьютерной игры, а показать, как мечты и фантазии воплощаются в действительность. Для игроков первым шагом в этом направлении является фокусирование взгляда на трех точках, что позволяет сделать изображение на мониторе объемным. Замечу, что это никакая не магия, а модификация издавна применявшегося в Обыкновении приема, позволявшего делать плоские изображения на киноэкране жизнеподобными. Обыкновены именуют данный фокус стереоэффектом. Почему — это вы у меня не спрашивайте. Стереометрия, как подсказывают мне воспоминания, является одной из обыкновенских пыток, рассчитанных на старшеклассников, но вот надо же — оказывается, с ее помощью можно добиться не только эффекта устрашения. Приемчик этот всегда производил на меня немалое впечатление, так что в конечном счете я решил применить его и в своей игре. Стоит заметить, что даже это удается не всем — иные сколько ни пялятся на три точки, а актрисы на экране так и остаются плоскими. Что же до следующего шага, то сделать его, то есть искренне поверить в магию, гораздо труднее. Конечно, желание получить награду может оказаться более чем сильным стимулом, однако желание желанием, а вера верой. Думаю, что для многих чтение этой книги послужит своего рода тренировкой: кто-то решит, что все это вздорные выдумки, но для некоторых происходящее в Ксанфе уже давно стало неотъемлемой частью их жизни.

Вообще-то реальные, живые люди поселяются в Ксанфе в качестве персонажей весьма нечасто. Эльфесса Дженни со своим котом Сэмми попала туда три книжки назад, когда Дженни из Обыкновении сбил пьяный водитель. Настоящая Дженни хоть и медленно, но поправляется: учится сидеть без опоры и даже, хотя лишь ненадолго, привстает на своей коляске. Она учится в специальной школе, однако мечтает вернуться в обычную, с нормальной программой. Она хорошо владеет компьютером.

А вот в эту книгу попало реальное животное — собака Греза. Сначала ее подобрал и дал ей имя наш сосед; у нас в то время жили ее родственницы, такие же беспородные Муха и Удача. Потом вышло так, что нам пришлось подобрать и Грезу, тем более что наши старые собачки умерли одна за другой в 1988 и 1991 годах. Мы приучили Грезу к дому, и она, уже в возрасте двенадцати лет, стала из дворовой собаки комнатной. Вся наша семья полюбила ее, но вот беда: крупные собаки по сравнению с мелкими недолговечны, а наша новая подруга тянула на добрых семьдесят фунтов. Было очевидно, что она долго не протянет. Так и вышло, собака умерла, когда я работал над этой книгой, не дожив до тринадцатого дня рождения. Для всех в доме это стало тяжелой потерей. Будучи помесью невесть кого с невесть с кем, она тем не менее ни красотой, ни уж, более того, сообразительностью ничуть не уступала собакам с длиннющей родословной. Вот я и решил продлить ей жизнь, переместив ее в Ксанф, чтобы там ее подобрала Ким. Больше о Грезе рассказывать не буду: она описана в книге, и вы, если уж добрались до авторских заметок, знаете о ней достаточно.

Так уж получилось, что незадолго до начала работы над этой книгой я испытал еще одно потрясение — умерла наша старая лошадь по кличке Голубка. Ей было уже тридцать четыре — возраст для лошади более чем почтенный, — а четырнадцать лет назад именно она стала прототипом Промашки-Ромашки, сначала ночной, а потом дневной кобылицы. Одно к другому: так и получилось, что Голубке-Ромашке выпало переправить Грезу в Ксанф, туда, где грезы становятся реальностью. Они жили бок о бок в Обыкновении, так пусть же не разлучаются и в Ксанфе. Наша конюшня и наш дом опустели, но в мыслях и памяти четвероногие друзья всегда с нами. Но вот заводить домашних животных снова мы пока не собираемся: четверть века они привязывали нас к дому, так что теперь мы решили расслабиться и отправиться путешествовать. Ну а потом… потом видно будет.

В промежутке между написанием прошлой и этой книги случилось еще одно интересное событие: цветок, новый сорт ириса, был назван в честь эльфессы Дженни. Том Эриксон, занимающийся разведением ирисов, прислал мне письмо с просьбой об этом, так что теперь эльфесса из Двухлунии попала в Обыкновению в виде уникального цветка. Другой сорт Том по моей просьбе назвал в честь Джанет Хайнс, больной девочки, находящейся еще в более тяжелом состоянии, чем Дженни. Страшный недуг лишил ее зрения и возможности двигаться, но она рада была услышать от меня о существовании цветка, носящего ее имя. А я рад тому, что у меня есть такие отзывчивые читатели, как Том.

А еще я, к стыду своему, узнал, что, назвав демонессу (первую жену Хамфри) Даной, совершил ошибку. Вы спросите, как это может быть, как можно ошибиться, коль скоро и имя, и сам этот персонаж мною и выдуманы? Объясняю — исправила ошибку та самая читательница Алиса Лин, которая этот персонаж и предложила. Эту демонессу звали не Даной, а Дарой, так и запомните.

Талант стирания, выигранный Ким, был подсказан пару книжек назад Стефани Эрб. Мне трудно сказать, объявится ли Ким в следующих книгах, но если да, то она сможет пользоваться этим замечательным талантом, позволяющим начисто стирать или подчищать подчистую все, что угодно. Есть, скажем, на двери замок, а она сотрет его, и следа не останется. Можно заходить без ключа. Можно также стереть перед собой участок реки и перейти ее посуху, а то и нападающее чудовище. Имя и образ самой Ким, победительницы игры, были подсказаны Доном Бэйкером, но вот к ее роману с Дагом он не имеет ни малейшего отношения. Это уж она сама.

В заключение мне хотелось бы искренне поблагодарить и всех прочих читателей, приславших и продолжающих присылать мне каламбуры. И если кто не встретил предложенной им шутки в прочитанной книге, то пусть не огорчается. Приключения в Ксанфе продолжатся, и ни одна идея не пропадает бесследно. Особенно если в ней, как следует из прочитанного, содержится… что бы вы думали?

Ну конечно, рациональное зерно.