Утро магов - Бержье Жак - Страница 101

Гипотеза соблазнительна. При нынешнем состоянии научных знаний ее невозможно проверить. Никакое анатомическое исследование не дает информации об умственном развитии, например, у Анатоля Франса был необычно легкий мозг. Нет никаких оснований для того, чтобы делать вскрытие мутанта, за исключением возможного несчастного случая, тогда как обнаружить мутацию, — исследуя клетки мозга? Поэтому не совсем безумно допустить возможность существования Высших среди нас. Если мутации управляются одной случайностью, то некоторые из них благоприятны. Если они управляются организованной естественной силой, если они соответствуют воле к возникновению живого, как думал, например, Шри Ауробиндо, они должны быть еще более благоприятными. Наши преемники уже смогут достичь этого.

Все заставляет думать, что они в точности походят на нас. Или, вернее, — ничто не позволяет их отличить. Некоторые авторы научной фантастики, естественно, приписывают мутантам анатомические особенности. Ван Вогт в своей знаменитой книге «Слэн» воображает, что их волосы имеют особое строение — это род антенн, служащих для телепатической связи, — и он строит на этом прекрасную и ужасную историю охоты на Высших, скопированную с преследования евреев. Но случается, что романисты коечто добавляют к природе, чтобы упростить проблемы.

Если телепатия существует, она не передается посредством радиоволн, и нет никакой нужды в антеннах. Если верить в управляемую эволюцию, то можно допустить, что мутант для обеспечения своей защиты располагает едва ли не совершенными средствами. В животном царстве можно постоянно видеть преследователя, обманутого жертвой, с поразительной точностью «переодевшейся» в сухие листья, в сучки, даже в экскременты. «Хитрость» иных видов доходит в некоторых случаях до подражания окраске «несъедобных». Как заметил Андре Бретон, если среди нас толпятся «великие призрачные», то возможно, что эти существа ускользают от нашего наблюдения «благодаря камуфляжу какогонибудь характера, который трудно вообразить, и осуществить который могут только они одни, что и подтверждает теория формы и учение мимикрии животных».

«Новый человек живет среди нас! Он здесь! Вам этого довольно? Я вам открою тайну: я видел нового человека. Он бесстрашен и жесток! Я боюсь его!» — кричал, дрожа, Гитлер.

Другой ум, охваченный ужасом, пораженный безумием — Мопассан, посиневший и обливающийся потом, наспех пишет один из самых беспокоящих текстов во всей французской литературе: «Орля».

«Теперь я знаю, я догадываюсь. Царство человека кончилось. Он пришел. Тот, кто пугал первыми страхами наивные народы. Тот, кто заколдовал обеспокоенных священников, кого волшебники поминали темными ночами, еще не видя его появления; кому предчувствия проходящих учителей мира придавали чудовищные или изящные формы гномов, духов, гениев, фей, домовых. На фоне грубых представлений о примитивных ужасах более проницательные люди предчувствовали яснее. Мастер угадал его, и врачи уже десять лет назад открыли природу его силы, прежде чем он использовал ее сам. Они играли этим оружием нового Господина, таинственной властью над человеческой душой, ставшей рабыней. Они называли это магнетизмом, внушением, мало ли чем? Я видел, как они забавлялись этой ужасной силой как неосторожные дети! Горе нам! Горе человечеству! Он пришел… Как его зовут?.. Мне кажется, что он кричит свое имя, а я его не слышу… Да… он кричит… я слушаю… я не могу… повторяю… Орля… я слышал… Орля… Это он… Орля… Он пришел!» В своем безумном понимании этого видения, полном восхищения и ужаса, Мопассан, человек своей эпохи, приписывает мутанту гипнотическую власть. Современная научнофантастическая литература, более близкая к работам Раина, Сола, МакКоннела, чем к работам Шарко, предоставляет мутантам «парапсихологическую» власть: телепатию, телекинез. Авторы идут еще дальше и показывают нам Высшего плавающим по воздуху или проходящим сквозь стены — это только фантазии, отражение архетипов волшебных сказок. Так же, как остров мутантов или галактика мутантов соответствует древней мечте о счастливых островах, сверхнормальная власть соответствует архетипу греческих богов. Но если стать на реальную точку зрения, можно отметить, что вся эта власть, все эти силы совершенно бесполезны живым существам в современной цивилизации. На что нужна телепатия, если есть радио? Зачем телекинез, если есть самолет? Если мутант существует — во что мы пытаемся поверить, — то он располагает силой, значительно превышающей все, что можно вообразить. Силой, которую обычный человек совершенно не использует, — он обладает умом.

Наши действия иррациональны, и ум принимает только очень слабое участие в наших решениях. Можно вообразить ультрачеловека, новую ступень жизни на планете как рациональное существо, а не только разумное, — существо, обладающее постоянным объективным умом, принимающим решение только после ясного, полного изучения массы информации и своих возможностей. Существо, чья нервная система — крепость, способная противостоять любому штурму негативных импульсов. Существо с холодным и быстрым разумом, обладающим всеобъемлющей, непогрешимой памятью. Если мутант существует, он, вероятно, и есть существо, физически похожее на человека, но радикальным образом отличающееся тем простым фактом, что оно контролирует свой ум и пользуется им без мгновения промедления. Это видение кажется простым. И при этом оно более фантастично, чем все, внушаемое нам научнофантастической литературой. Биология начинает провидеть химические изменения, которые были бы нужны для создания этой новой породы. Опыты с транквилизаторами, с лизергиновой кислотой (ЛСД) и ее производными показали, что достаточно будет очень слабого следа некоторых органических составов, еще не известных нам, чтобы защитить нас от излишней уязвимости низшей нервной системы и таким образом позволить нам во всех случаях проявлять объективную разумность. Так же, как существуют фенилкетонические мутанты, чей химизм хуже нашего приспособлен к жизни, законно допустить, что существуют мутанты, чей химизм приспособлен к жизни в этом преобразующемся мире лучше, чем наш. Это те мутанты, чьи железы самопроизвольно выделяют успокаивающие и развивающие мозговую активность вещества, это провозвестники породы, призванной заменить человека. Их место жительства — не таинственный остров или запретная планета. Жизнь была способна создать существа, приспособленные к бытию в подводных пропастях или в разреженной атмосфере самых высоких горных вершин. Она также способна создать ультрачеловеческое существо, для которого идеальное обиталище — Метрополия, «дымящаяся Земля заводов, Земля, трепещущая делами, Земля, впитавшая сотни новых радиаций…» Жизнь никогда не бывает достаточно приспособленной, но она стремится к совершенному приспособлению. Почему она должна была отказаться от этой тенденции с тех пор, как был создан человек? Почему бы ей не подготовить начало лучшего, чем человек, среди людей? И этот послечеловеческий человек, может быть, уже родился. «Жизнь, — говорит доктор Лорэн Эйзели, — это большая мечтательная река, текущая через все проемы, меняющаяся и приспосабливающаяся по мере того, как она движется вперед» («НьюЙорк Геральд трибюн», 23 ноября 1959 г.). Ее видимая стабильность — иллюзия, порожденная краткостью наших собственных дней. Мы не видим, как человеческая стрелка делает оборот вокруг циферблата; так же мы не видим и форм жизни, вытекающих одна из другой.

Цель этой книги — изложить факты и подсказать гипотезы, но ни в коем случае не учредить культы. Мы не утверждаем, что знаем мутантов. Однако если мы допускаем мысль, что совершенный мутант совершенно закамуфлирован, мы тем самым допускаем мысль, что природе порой не удаются ее старания творить по восходящей и она пускается в производство несовершенных мутантов, которые нам известны.