Колдунья из Даршивы - Эддингс Дэвид - Страница 38

– Далеко до границы Даршивы?

– Вообще-то не очень, но мы выбрали неподходящее время. Весной ночи становятся короче, и мы теряем время, обходя солдатские лагеря. – Он нахмурился. – На границе у нас могут возникнуть проблемы. Нам придется пересечь реку Маган, а если все отсюда бегут, лодку найти будет трудновато.

– А Маган действительно так широка, как говорят? – спросил Сади.

– Это величайшая река мира.Она тянется на тысячи лиг, и стоя на одном ее берегу, невозможно увидеть противоположный.

Дарник поднялся на ноги.

– Хочу проверить лошадей, прежде чем двигаться дальше, – сказал он. – Мы ведь ехали в темноте, а это всегда немного опасно. Нам вовсе не нужно, чтобы одна из лошадей охромела.

Эрионд и Тоф также встали, и все трое направились туда, где были привязаны лошади.

– Я полечу впереди, – сказал Бельдин. – Даже если здесь только пельданские солдаты, все равно лучше обойтись без неожиданностей. – Превратившись в ястреба, он взмыл в безоблачное утреннее небо и полетел на запад.

Гарион лежал на животе, опираясь на локти.

– Должно быть, ты устал, – сказала Сенедра, садясь рядом с ним и нежно прикоснувшись к его лицу.

– Волки не устают по-настоящему, – ответил он. – Я чувствую, что мог бы бежать еще целую неделю, если понадобится.

– Ну, этого не понадобится, так что не беспокойся.

– Да, дорогая.

Сади поднялся, держа в руках красный короб,

– Пока мы отдыхаем, я, пожалуй, поищу что-нибудь, чтобы покормить Зит, – сказал он, слегка нахмурившись. – Знаешь, Лизелль, – обратился он к Бархотке, – пожалуй, ты была права там, в Замаде. Она действительно прибавила несколько унций.

– Посади ее на диету, – предложила блондинка.

– Не уверен, стоит ли это делать. – Евнух улыбнулся. – Трудно объяснить змее, почему ты моришь ее голодом, а я не хочу, чтобы она на меня сердилась.

Они поехали дальше – Тоф жестами указывал направление.

– Он говорит, что мы, возможно, найдем деревню к югу от большого города на реке, – объяснил им Дарник.

– Ферра, – подсказал Шелк.

– Очевидно. Я уже некоторое время не заглядывал в карту. Как бы то ни было, Тоф утверждает, что на этом берегу есть несколько деревень, где мы сможем нанять лодку, чтобы перебраться в Даршиву.

– Следовательно, эти деревни не покинуты, – добавил Шелк.

Дарник пожал плечами.

– Это мы узнаем, только когда доберемся туда. Утро было теплым – они ехали под безоблачным небом по холмистым пастбищам Пельдана.

– Думаешь, Польгара будет возражать, если мы с тобой немного поскачем галопом? – спросил Эрионд у Гариона, подъехав к нему. – Может, вон туда? – Он указал на большой холм к югу.

– Вполне возможно, что она будет возражать, – ответил Гарион, – если мы не найдем убедительную причину.

– Давай скажем, что моя лошадь и Кретьен хотят побегать?

– Ты ведь давно ее знаешь, Эрионд. Неужели ты думаешь, что она станет слушать такие доводы?

– Скорей всего, не станет, – вздохнул Эрионд.

Гарион посмотрел на вершину холма.

– Впрочем, нам нужно взглянуть на север, – задумчиво промолвил он. – Беспорядки ожидаются именно там, а этот холм – отличный наблюдательный пункт, верно?

– Верно, Бельгарион.

– Нам даже не придется ей лгать.

– Я и не думал этого делать.

– Разумеется! И я тоже.

У обоих в глазах мелькнули лукавые огоньки.

– Лучше я скажу Бельгарату, куда мы собираемся, – заявил Гарион. – Пусть он сам объяснит Польгаре.

– Он это сделает лучше, – согласился Эрионд.

Гарион протянул руку и коснулся плеча своего полусонного деда.

– Эрионд и я решили проехаться до того холма, – сказал он. – Я хочу посмотреть, нет ли поблизости признаков битвы.

– Что-что? Да, отличная идея. – Бельгарат зевнул и снова закрыл глаза.

Гарион и Эрионд поскакали в сторону от дороги.

– Куда это вы? – окликнула их Польгара.

– Дедушка тебе объяснит, тетушка Пол! – крикнул ей Гарион. – Мы скоро вернемся. – Он посмотрел на Эрионда. – Теперь скачи быстрее.

Они помчались галопом на север; высокая трава хлестала лошадей по ногам. Гнедой и серый скакали бок о бок, стуча копытами по плотному дерну. Гарион склонился к шее коня, полагаясь на крепкие мышцы Кретьена. С радостным смехом он и Эрионд натянули поводья на вершине холма.

– Это было здорово! – воскликнул Гарион, соскакивая на землю. – Такое нам не часто удается, верно?

– Совсем нечасто, – согласился Эрионд, также спешиваясь. – Здорово мы все устроили, правда, Гарион?

– Конечно. Королям лучше всего удается дипломатия.

– Думаешь, мы ее одурачили?

– Мы? – рассмеялся Гарион. – Одурачили тетушку Пол? Ты смеешься, Эрионд!

– Очевидно, ты прав. – Эрионд состроил кислую физиономию. – Она, наверное, будет нас ругать?

– Разумеется, но скачка стоила того, разве не так?

Эрионд улыбнулся. Затем он огляделся по сторонам, и улыбка сбежала с его лица.

– Смотри, Бельгарион! – Он указал на север. Гарион увидел на горизонте клубы дыма.

– Вроде бы началось, – мрачно произнес он.

– Да, – вздохнул Эрионд. – Зачем они это делают?

Гарион опустил голову на грудь.

– Очевидно, из гордости, – ответил он, – и жажды власти. Иногда из мести. Как-то в Арендии Лелдорин сказал, что зачастую люди не знают, как это прекратить.

– Но все это так бессмысленно!

– Конечно. Арендийцы не единственные дураки на земле. Если два человека хотят заполучить одну и ту же вещь, жди драки. А если у них достаточно сторонников, то драку называют войной. Если два человека в чем-то не сошлись, это чревато сломанным носом и несколькими выбитыми зубами, но когда вмешиваются армии, то сотни и тысячи людей убивают друг друга.

– Значит, ты и Закет собираетесь воевать?

Это был неприятный вопрос, и Гарион был не вполне уверен, что ему известен ответ.

– Право, не знаю, – промолвил он.

– Закет хочет править миром, – продолжал Эрионд, – а ты не хочешь этого допустить. Разве не по таким причинам начинаются войны?

– Трудно сказать, – печально ответил Гарион. – Кто знает, если бы мы не покинули Мал-Зэт, мне удалось бы его переубедить, но нам пришлось бежать, и я упустил шанс. – Он вздохнул. – Может быть, Закет настолько переменился, что откажется от этой идеи, а может, и нет. С такими людьми, как Закет, трудно что-либо предвидеть. Надеюсь, что он выбросил эти мысли из головы. Я не хочу ни с кем воевать, но и не собираюсь склоняться перед ним. Мир не предназначен для того, чтобы им управлял один человек – тем более такой, как Закет.

– Но он тебе нравится, не так ли?

– Да, нравится. Хотел бы я встретиться с ним, прежде чем Таур-Ургас сломал его жизнь. – Он сделал паузу. – Вот с кем я в любое время был готов воевать. Таур-Ургас осквернял мир самим своим существованием.

– Но ведь это не его вина. Он был безумен, и это его оправдывает.

– Ты очень снисходительный парень, Эрионд.

– Разве не легче прощать, чем ненавидеть? Пока мы не научимся прощать, такие вещи будут продолжаться. – Он указал на столбы дыма на северном горизонте. – Ненависть ни к чему не приведет, Бельгарион.

– Знаю. – Гарион снова вздохнул. – Я ненавидел Торака, но в конце концов, наверное, простил его – скорее всего из жалости. Хотя мне все равно пришлось его убить.

– Каким, по-твоему, станет мир, если люди перестанут убивать друг друга?

– Возможно, более приятным.

– Тогда почему бы нам не сделать его таким?

– Тебе и мне? – Гарион рассмеялся.

– Почему бы и нет.

– Потому что это невозможно, Эрионд.

– Мне казалось, что ты и Бельгарат давно решили проблему невозможного.

Гарион снова рассмеялся.

– Полагаю, ты прав. Хорошо, пускай не невозможно, а очень трудно.

– Никакое достойное деяние не может быть легким, Бельгарион. Все, что легко достигается, не имеет большой цены. Уверен, что мы сумеем найти ответ. – Он произнес это с такой убежденностью, что Гарион на миг уверовал, будто эта дикая идея и впрямь осуществима.