Колдунья из Даршивы - Эддингс Дэвид - Страница 56

– Шел бы ты спать, Гарион!

– Я думал, тебе одиноко. Атеска приходил этим утром?

– Нет. Возможно, он слишком занят. Ему ведь нужно продумать план кампании к прибытию Закета. – Маленький человечек плюхнулся на один из складных стульев.

– Что бы ни придумал Бельдин, за нами пустится в погоню по меньшей мере целый полк, когда мы отсюда смоемся. А я терпеть не могу, когда меня преследуют.

– Нас преследуют с той ночи, когда мы покинули ферму Фалдора. Ты уже должен был к этому привыкнуть.

– Я привык, Гарион. Но мне это не нравится.

Через час с небольшим начали просыпаться остальные, и вскоре те же солдаты в красных мундирах подали им завтрак.Эти двое были единственными, кого видели путешественники после того, как их отвели в палатку.

Остаток утра они скоротали, вяло переговариваясь друг с другом. По молчаливому согласию никто не упоминал об их теперешней ситуации.

Около полудня в палатку вошел генерал Атеска.

– Его императорское величество скоро прибудет, – сообщил он. – Корабли уже приближаются к причалам.

– Благодарю вас, генерал, – отозвался Бельгарат. Атеска поклонился и вышел.

Польгара поднялась со стула.

– Пошли, дамы, – обратилась она к Сенедре и Бархотке. Нам необходимо подготовиться к встрече с императором.

Сади окинул взглядом свои панталоны и тунику.

– Едва ли подходящий наряд для аудиенции у правителя Маллореи, – заметил он. – Может, нам переодеться?

– К чему беспокоиться? – пожал плечами Бельгарат. – Не надо создавать у Закета впечатление, будто мы принимаем его всерьез.

– А разве это не так?

– Возможно, так, но ему незачем знать об этом.

Вскоре император Маллореи вошел в палатку вместе с генералом Атеской и министерством внутренних дел. Как обычно, на Закете была простая льняная мантия, но поверх он накинул алый военный плащ. Взгляд его был печальным, а бледное лицо – бесстрастным.

– Добрый день, ваше величество, – спокойно обратился он к Гариону. – Надеюсь, вы хорошо себя чувствуете?

– Сносно, ваше величество, – ответил Гарион. Видимо, сегодня Закет отдавал предпочтение официальному тону.

– Ваше путешествие, наверное, было утомительным, – в той же манере продолжал Закет, – особенно для дам. Я позабочусь о том, чтобы облегчить вам обратный путь в Мал-Зэт.

– Ваше величество очень добры, но мы не собираемся назад в Мал-Зэт.

– Ошибаетесь, Бельгарион. Вы собираетесь именно туда.

– Сожалею, но у нас неотложная встреча в другом месте.

– Я передам ваши сожаления Зандрамас, когда увижу ее.

– Уверен, что это сообщение наполнит ее радостью.

– Ненадолго. Я твердо решил сжечь ее, как ведьму.

– Желаю вам удачи, ваше величество, но боюсь, вы найдете ее не слишком легко воспламеняемой.

– Вы не замечаете, что ведете себя глупо, господа? – осведомилась Польгара. Она переоделась в голубое платье и сидела за столом, спокойно латая носки Эрионда.

– Глупо? – переспросил Закет, сверкнув глазами.

– Вы все еще друзья, и оба знаете это. Так перестаньте же вести себя, как пара школьников.

– Думаю, вы заходите слишком далеко, госпожа Польгара, – ледяным тоном произнес Закет.

– В самом деле? – усмехнулась она. – А мне казалось, что я правильно охарактеризовала ситуацию. Вы не собираетесь заковывать Гариона в цепи, а он – превращать вас в редиску, поэтому перестаньте задирать друг друга.

– Думаю, мы можем продолжить дискуссию в другое время, – резко сказал Закет. Он кивнул Польгаре и вышел из палатки.

– Не было ли это немного чересчур, госпожа Польгара? – спросил Сади.

– Едва ли, – ответила она. – Это избавило нас от изрядного количества вздора. – Польгара аккуратно сложила заштопанные носки. – По-моему, Эрионд, тебе пора остричь ногти на ногах. Ты рвешь носки быстрее, чем я успеваю их штопать.

– Он становится таким, каким был раньше, не так ли? – печально произнес Гарион. – Я имею в виду Закета.

– Не совсем, – возразила Польгара. – Большей частью это была маска, скрывающая его подлинные чувства. – Она посмотрела на Бельгарата. – Ну, отец, дядюшка Бельдин что-нибудь придумал?

– Этим утром он над чем-то трудился. Я не могу поговорить с ним сейчас, так как он охотится на кролика. Мы вступим в контакт, когда он закончит завтрак.

– Неужели он не может сосредоточиться на деле?

– Брось, Пол! Я прекрасно знаю, что ты тоже порой способна забыть обо всем на свете из-за жирного кролика.

– Нет! – ахнула Сенедра; ее глаза расширились от ужаса.

– Не думаю, дорогая, что ты способна это понять, – вздрогнула Польгара. – Почему бы тебе не принести мне твое серое платье? Я заметила, что оно порвалось, а раз уж я все равно достала коробку с шитьем...

Так прошел день. После ужина они остались за столом поговорить.

Шелк покосился на дверь, за которой стояли часовые.

– Как там дела у Бельдина? – шепнул он Бельгарату.

– Все еще работает – думаю, над чем-то весьма экзотическим. Сейчас он оттачивает детали плана и расскажет мне все, когда соберет их воедино.

– А не лучше ли вам работать вместе?

– Бельдин знает, что делает. Я бы только путался у него под ногами. – Старик зевнул и поднялся. – Не знаю, как вы, но я, пожалуй, пойду спать.

На следующее утро Гарион потихоньку встал, оделся и, стараясь не разбудить Сенедру, вышел из занавешенного отсека.

Бельгарат, Дарник и Тоф уже сидели за столом.

– Не спрашивайте меня, как ему это удалось, – говорил Бельгарат. – Бельдин сообщил мне лишь то, что Цирадис согласна прибыть сюда, когда ее вызовет Тоф.

Дарник и Тоф обменялись несколькими жестами.

– Он говорит, что может это сделать, – перевел кузнец. – Хотите, чтобы она пришла прямо сейчас?

Бельгарат покачал головой.

– Подождем, пока сюда не явится Закет. Я знаю, как утомительно для нее проецировать свой образ на далекие расстояния. – Он скорчил гримасу. – Бельдин предлагает, чтобы мы довели разговор до высшей точки, прежде чем посылать за ней. Иногда горбун бывает склонен к театральности. Мы часто упрекали его за это, но он нет-нет да и возьмется за старое. Доброе утро, Гарион.

Гарион кивнул всем присутствующим и сел за стол.

– Что может сделать Цирадис, чего бы не смогли мы сами? – спросил он.

– Не знаю, – ответил Бельгарат. – Она имеет какое-то влияние на Закета. При виде ее у всесильного императора ослабевает хватка. Бельдин не рассказал мне подробностей того, что задумал, но, судя по голосу, он доволен собой до тошноты. Гарион, в тебе этим утром случайно не проснулись актерские дарования?

– В общем, нет, но я сделаю все, что в моих силах.

– Тебе надо будет подначивать Закета – не слишком, но так, чтобы вынудить его перейти к угрозам. Вот тогда мы и вызовем Цирадис. Только доводи его до этого постепенно. – Старик посмотрел на Тофа. – Смотри на меня, когда Гарион и Закет начнут спорить, – велел он ему. – Я прикрою рот и кашляну – это будет означать, что нам нужна твоя хозяйка.

Тоф кивнул.

– А остальным мы расскажем? – спросил Гарион.

Бельгарат задумался.

– Нет, – решил он. – Они поведут себя более естественно, если не будут знать, что происходит.

Дарник улыбнулся.

– Я бы сказал, что к театральным жестам склонен не только Бельдин.

– Ведь я всегда был профессиональным рассказчиком, Дарник, – напомнил ему Бельгарат. – Я могу играть на публике, как на лютне.

Когда остальные проснулись и подали завтрак, генерал Атеска зашел в палатку.

– Его императорское величество велел, чтобы вы приготовились к отъезду. Через час вас отправят в Мал-Зэт.

Гарион покачал головой.

– Передайте его императорскому величеству, что мы никуда не поедем, пока не закончим разговор, который начали вчера.

Атеска кинул на пленников испуганный взгляд, но быстро пришел в себя.

– С императором так не говорят, ваше величество, – заявил он.

– В таком случае пусть это будет для него приятным разнообразием.