Колдунья из Даршивы - Эддингс Дэвид - Страница 62

– Где он?

– Ждет снаружи, ваше величество.

– Ну так приведите его сюда, – вздохнул Закет и посмотрел на Бельгарата. – Это займет всего несколько минут.

Гарион вспомнил тощего капрала, как только тот, шатаясь, вошел в палатку. Парень безуспешно попытался стать по стойке «смирно», а потом попробовал хлопнуть себя по кирасе в качестве салюта, но вместо этого заехал себе кулаком по носу.

– Ваше импраторшкое величштво, – заплетающимся языком произнес он.

– Что же мне с вами делать, Актас? – устало осведомился Закет.

– Я вел шебя как пошледняя шкотина, ваше величштво, – признался Актас.

– Что верно, то верно. – Закет отвернулся. – Пожалуйста, Актас, не дышите в мою сторону. У вас изо рта пахнет, как из разрытой могилы. Уведите его, Атеска, и заставьте протрезветь.

– Я лично брошу его в реку, ваше величество, – пообещал Атеска, скрывая усмешку.

– Вам это доставит удовольствие, верно?

– Мне, ваше величество?

Закет хитро прищурился.

– Ну, Сенедра? – сказал он. – Вы ведь тоже за него отвечаете. Что мне с ним делать?

Сенедра небрежно махнула рукой.

– Повесьте его, – равнодушно произнесла она и внезапно воскликнула, разглядывая свою руку: – Великий Недра! Я сломала еще один ноготь!

Выпучив глаза и дрожа всем телом, капрал Актас рухнул на колени.

– Пощадите, ваше величество! – взмолился он, тотчас же протрезвев.

Закет посмотрел на королеву Ривы, печально разглядывающую сломанный ноготь.

– Уберите его, Атеска, – распорядился он. – Через пару минут я сообщу вам окончательное решение.

Атеска отдал честь и поставил на ноги все еще лепечущего Актаса.

– Вы ведь говорили не всерьез, Сенедра? – спросил Закет, когда генерал и капрал вышли.

– Конечно нет, – ответила она. – Я ведь не чудовище, Закет. Вымойте его как следует и отправьте домой к жене. – Сенедра задумчиво постучала пальцем по подбородку. – Только установите возле его дома виселицу, чтобы он подумал, прежде чем напиваться в следующий раз.

– Неужели ты по собственной воле женился на этой женщине? – воскликнул Закет, обернувшись к Гариону.

– Это было условлено между нашими семьями, – тут же ответил Гарион. – Мы не имели права голоса.

– Не говори гадости, Гарион, – упрекнула его Сенедра.

Выйдя из палатки, они сели на приготовленных лошадей и поскакали по направлению к подъемному мосту через глубокий, утыканный кольями ров, образующий часть внешних укреплений. Когда они очутились на противоположной стороне рва, Закет облегченно вздохнул.

– В чем дело? – спросил у него Гарион.

– Я боялся, что кто-нибудь найдет способ удержать меня здесь. – Он бросил тревожный взгляд через плечо. – Как по-твоему, мы не могли бы сразу пуститься в галоп? Не хотел бы, чтобы кто-то из них догнал меня.

У Гариона снова появились дурные предчувствия.

– Вы уверены, что с вами все в порядке? – с подозрением спросил он.

– За всю жизнь я никогда не чувствовал себя более свободным! – ответил Закет.

– Этого я и боялся, – пробормотал Гарион.

– Что-что?

– Лучше не будем особенно торопиться, Закет. Мне нужно кое-что обсудить с Бельгаратом. Я сейчас вернусь. – Он поскакал назад, к своему деду и тетушке Пол, погруженным в беседу. – Закет абсолютно вышел из-под контроля, – сообщил им Гари он. – Что с ним случилось?

– Впервые в жизни он не чувствует тяжести половины мира, лежащей на своих плечах, Гарион, – спокойно объяснила Польгара. – Скоро он придет в себя. Дай ему день или два.

– А у нас есть эти день или два? Он ведет себя совсем как Лелдорин или даже Мандореллен. Можем мы это позволить?

– Поговори с ним, – предложил Бельгарат. – Процитируй ему «Книгу алорийца», если понадобится.

– Но я не знаю «Книгу алорийца», дедушка, – возразил Гарион.

– Знаешь. Она у тебя в крови. Ты даже лежа в колыбели мог в точности цитировать ее. А теперь возвращайся к нему и постарайся вразумить, прежде чем он окончательно отобьется от рук.

Гарион выругался и поскакал к Закету.

– Неприятности? – окликнул его Шелк.

– Не хочу об этом говорить.

За следующим поворотом их поджидал Бельдин.

– Кажется, все сработало, – заметил маленький горбун. – Но зачем вы потащили его с собой?

– Цирадис убедила его ехать с нами, – ответил Бельгарат. – А тебе как пришло в голову обратиться к ней?

– Стоило попытаться. Пол сообщила мне несколько вещей, о которых Цирадис говорила Закету в Хтол-Мургосе. Она как будто заинтересована в нем. Хотя я не думал, что он должен присоединиться к нам. Что она ему сказала?

– Что он умрет, если не поедет с нами.

– Разумеется, это показалось ему увлекательным. Привет, Закет!

– Мы с вами знакомы?

– Я вас знаю – по крайней мере в лицо. Я не раз видел вас прогуливающимся по улицам Мал-Зэта.

– Это мой брат Бельдин. – Бельгарат представил Закету уродливого горбуна.

– Не знал, что у вас есть братья.

– Родство между нами сомнительно, но мы служим одному хозяину, что делает нас в некотором роде братьями. Нас было семь человек, но осталось только четверо.

Закет слегка нахмурился.

– Ваше имя звучит знакомо, господин Бельдин, – сказал он. – Это не ваши изображения вывешены на всех деревьях на шесть лиг во всех направлениях от Мал-Яска?

– Думаю, мои. Я заставил Урвона слегка понервничать. Он, кажется, думает, что я намерен расщепить его надвое.

– А это и в самом деле так?

– Вообще-то такие мысли пару раз приходили мне в голову. Но, пожалуй, я бы предпочел вытянуть из него кишки, развесить их на колючем кустарнике и пригласить туда стервятников. Уверен, что его позабавило бы наблюдение за их трапезой.

Закет слегка побледнел.

– Стервятникам тоже нужно есть, – пожал плечами горбун. – Кстати, о еде. Пол, у тебя имеется что-нибудь съестное? В последние несколько дней мне удалось съесть только тощую крысу и пяток вороньих яиц. Похоже, во всей Даршиве не осталось ни одного кролика или голубя.

– Занятный тип, – сказал Закет Гариону.

– Он покажется еще более занятным, когда вы узнаете его получше, – улыбнулся Гарион. – В Ашабе Бельдин напугал Урвона почти до полусмерти.

– Он преувеличивает, не так ли? Я имею в виду насчет стервятников?

– Может, и нет. Он действительно не прочь выпотрошить последнего апостола Торака, как свинью.

– Ты не думаешь, что ему может понадобиться помощь? – оживился Закет.

– Среди ваших предков случайно не было арендийцев? – с подозрением осведомился Гарион.

– А что?

– Нет, ничего, – вздохнул Гарион.

Присев на корточки в дорожную грязь, Бельдин впился зубами в холодного цыпленка.

– Ты пережарила его, Пол, – упрекнул он Польгару.

– Его готовила не я, дядюшка, – ответила она.

– Почему? Забыла, как это делается?

– У меня есть чудесный рецепт приготовления вареных грубиянов, – сказала Польгара. – Уверена, что кто-нибудь захочет попробовать.

– Опять ты злишься, Пол, – промолвил Бельдин, вытирая жирные пальцы о рваную тунику. – Твой ум становится таким же дряблым, как твой зад.

Лицо императора Маллореи вспыхнуло от гнева, но Гарион удержал его.

– Не вмешивайтесь, – сказал он. – Они уже тысячи лет переругиваются между собой. Все уже привыкли. Очевидно, это своеобразное проявление любви.

– Любви?

– Алорийцы не похожи на ангараканцев, – продолжал Гарион. – Мы редко кланяемся друг другу и прячем свои чувства под шутками.

– Разве Польгара алорийка? – удивленно спросил Закет.

– Посмотрите на нее как следует. У нее темные волосы, но ее сестра-близнец светловолосая, как пшеничное поле. Взгляните на ее скулы и челюсти. Я правлю Алорийским королевством и знаю, как они выглядят. Она и Лизелль могли бы быть сестрами.

– Они в самом деле похожи, не так ли? Как я этого раньше не замечал?

– Вы поручили Брадору быть вашими глазами, – ответил Гарион, поправляя кольчугу. – А я не очень-то полагаюсь на глаза других.