Обитель чародеев - Эддингс Дэвид - Страница 78

– Труби в рог, – приказала она рыцарю.

– Мы вдали от наших собственных войск, ваше величество, – напомнил он. – Умоляю вас – будьте умеренны в своем выступлении. Даже мне не так-то легко остаться лицом к лицу с легионерами Толнедры.

Она улыбнулась и сказала:

– Ты же знаешь, Мендореллен, мне можно довериться.

– Я бы, не задумываясь, доверил вам свою жизнь, ваше величество, – ответил он, поднося к губам рог.

Когда смолкли последние призывные звуки, Се'Недра, несмотря на привычное чувство тошноты, приподнялась на стременах и произнесла:

– Легионеры! Я – принцесса Се'Недра, дочь вашего императора. – Возможно, это было не самое удачное обращение, но приходилось больше полагаться на убедительность тона и жестов, чем на красивые слова. – Я прибыла сюда, чтобы успокоить вас, – продолжала она. – Армия, которая стоит перед вами, прибыла с мирными намерениями. Это красивое зеленое поле… эта священная толнедрийская земля сегодня не должна превратиться в кровавое поле битвы. По крайней мере сегодня ни один легионер не прольет свою кровь, защищая империю.

Вздох облегчения прокатился по радам толнедрийцев. Какими бы ни были профессионалами солдаты, известие о том, что сражение не состоится, всегда встречалось гулом одобрения. Се'Недра набрала в легкие побольше воздуха, задержав дыхание. Теперь нужно сделать небольшой поворот… сказать что-то такое, что логически подводило бы к главному.

– Сегодня вас не призывают умирать за медные полкроны, которые вы получаете каждый день. Я не могу говорить о том, что случится завтра, – продолжала она. – Никто не знает, когда дела, вершащиеся в империи, потребуют, чтобы вы отдали свои жизни. Возможно, однако, что именно завтра интересы какого нибудь богатого торговца потребуют вашей крови. – Она с огорчением развела руки. – Но, с другой стороны, так было всегда. Разве я не права? Легионеры умирают за медные гроши, чтобы другие владели золотом.

Ее слова были встречены одобрительным гулом. Се'Недра не раз слышала, как солдаты её отца ворчали по этому поводу, и прекрасно понимала, чем можно пронять сердце каждого легионера в мире. Кровь и золото… «наша кровь и их золото» – эти слова стали едва ли не девизом легионеров. Она уже завладела их вниманием. Тошнота в животе пропала, и голос окреп.

Затем она поведала им историю, слышанную много раз в детстве. Это была история о хорошем легионере, который выполнял свой долг и копил деньги. Его жена прошла сквозь все страдания разлуки, которые обычно выпадают на долю женщины, вышедшей замуж за легионера. Когда он уволился из своего легиона, они купили маленький магазинчик, и все годы, принесенные в жертву, были потрачены не зря.

– Но однажды его жена серьезно заболела, – продолжала рассказывать Се'Недра, незаметно развязывая мешок, привязанный к седлу, – а врачу надо было платить И много. Вот столько, – и с этими словами она вынула из мешка три красные монеты и подняла их вверх, чтобы было видно всем. – Наш легионер отправился к богатому торговцу и занял у него денег, чтобы расплатиться с врачом. Но врач, как и большинство врачей, оказался никудышным, и деньги легионера оказались выброшены на ветер. – Как бы в подтверждение своих слов она высоко швырнула золотые монеты. – Добрая и преданная жена солдата умерла, а к легионеру явился богатый торговец и сказал: «Где деньги, которые я одолжил тебе? – Она вынула еще три монеты и вытянула вперед руку. – Где то червонное золото, которое я дал тебе, чтобы ты уплатил врачу?» Но у легионера не осталось золота. Его руки были пусты. – Се'Недра разжала пальцы, и золотые монеты посыпались на землю. И тогда торговец забрал лавку бедного легионера. Богатый стал богаче. А что же стало с легионером, лишенным всего?.. У него остался лишь меч. Будучи хорошим солдатом он никогда не забывал его точить. Похоронив жену, он взял меч и отправился в поле, неподалеку от города, и упал на него. На этом моя история заканчивается. Всматриваясь в суровые лица легионеров, Се'Недра поняла: они пойдут за ней. Конечно, рассказанная ею история им давным-давно известна, но золотые монеты, которые она швыряла направо и налево, придавали ей совершенно иной смысл. Она вынула новые монеты энгараков и, рассматривая их, как бы видя впервые, обратилась к стоявшим перед нею неустрашимым воинам:

– Почему, по-вашему, золото, которое мы видим в эти дни, червонное? Я всегда думала, что оно должно быть желтым. Откуда же это золото?

– Из Ктол Мергоса, – послышались голоса.

– Вот как? – Она с явным отвращением посмотрела на монеты. – А разве золоту мергов место в Толнедре? – И она швырнула монеты далеко в сторону.

Ряды легионеров, привыкших к железной дисциплине, дрогнули, и они разом сделали непроизвольный шаг вперед.

– Понятно, что простому солдату не видать столько червонного золота. Зачем мергу подкупать простого солдата, когда он может подкупить офицера… или сильных мира сего, которые решают, когда и где легионерам умирать, истекая кровью? – Она опять вынула монету и показала её солдатам. – Знаете, я думаю, что каждая из них – из Ктол Мергоса, – произнесла она, с презрением отбрасывая от себя золотую монету. – Вы не считаете, что мерги пытаются скупить Толнедру?

Глухой ропот прокатился по рядам легионеров.

– Огромные запасы червонного золота должны лежать в королевствах энгараков, если они задумали такое, разве не так? Я слышала, шахты Ктол Мергоса бездонны, а реки в Гар Ог Недраке сверкают, как потоки крови, потому что камни, по которым они текут, из чистого золота. Ну что же, выходит, золото дешевле грязи в землях Востока. – Она взяла очередную монету и, бросив на неё беглый взгляд, откинула в сторону.

Невольно легионеры сделали еще один шаг вперед. Последовали команды со стороны офицеров стоять на месте, но они тоже пристально смотрели на высокую траву, в которую принцесса беззаботно кидала золотые монеты.

– И может случиться так, что армия, которую я веду, пересчитает все золото, которое лежит в землях энгараков, – доверительно сообщила Се'Недра. – Мерги с гролимами занимались обманом в Арендии, Сендарии и олорнских королевствах. Мы идем, чтобы наказать их за это. – Она умолкла, словно ей в голову пришла неожиданная идея, потом задумчиво проговорила:

– В моей армии всегда найдется место хорошим солдатам. Конечно, легионеры преданы императору и испытывают любовь к Толнедре, но, может, найдутся те, кого не устраивают медные полкроны в день? Я уверена, что их с радостью примет моя армия. – Она опустила руку в изрядно похудевший мешок и вынула очередную красноватую монету. – Вы верите, что это золотая монета мергов? – спросила она, выпуская монету из пальцев.

Нечто очень похожее на стон вырвалось из тысяч глоток.

– Ах да, я совсем забыла, – со вздохом сожаления произнесла принцесса. – Моя армия выступает немедленно, а легионеру на увольнение требуются недели.

– При чем здесь увольнение? – раздался крик из толпы.

– Вы же не хотите дезертировать? – недоверчиво спросила она.

– Принцесса предлагает золото! – подхватил второй громогласный голос. – Пусть медяшки остаются у Рэн Боруна!

Се'Недра в последний раз запустила руку в мешок и, вынув горсть монет, звонким, почти детским голосом спросила:

– И вы последуете за мной ради этого? – Потом разжала ладонь, и золотые монеты со звоном полетели на землю.

В это время штаб императора совершил фатальную ошибку, направив кавалерийский отряд для того, чтобы взять принцессу под стражу. Завидев всадников, скачущих к тому месту, где Се'Недра так щедро разбрасывала сокровища, и не поняв их намерений, легионеры устремились, топча и давя офицеров, за золотом.

– Умоляю вас, ваше величество, – взмолился Мендореллен, обнажая меч. – Укройтесь в безопасном месте!

– Минутку, сэр Мендореллен, – совершенно спокойно ответила Се'Недра, устремив взор на легионеров, бегущих к ней. – Моя армия выступает немедленно, – повторила она. – Если императорские легионы желают присоединиться, добро пожаловать. – Закончив говорить, она повернула коня и понеслась галопом к своим войскам.