Обретение чуда - Эддингс Дэвид - Страница 20

– Что? – переспросил Гарион.

– Эта драснийская монета, – объяснил Силк, – почти равна серебряному империалу. Перекупщик попытается сторговать наш товар за четверть линка, но ему придётся выложить половину.

– Откуда ты всё это знаешь?

– Обычное дело.

– А сколько у нас репы? – спросил Гарион, старательно обходя кучу мусора.

– Тридцать центнеров.

– Это будет…

Гарион наморщил лоб, пытаясь произвести сложные вычисления в уме.

– Пятнадцать империалов, – быстро насчитал Силк, – или три золотых кроны.

– Золотых? – удивился Гарион. Золотые монеты так редко встречались в стране, что само это слово звучало волшебством. Силк кивнул:

– Предпочитаю именно золото. Легче нести. Серебро слишком много весит.

– В какую же сумму обошлась репа?

– Пять империалов.

– Фермер получает пять, мы – пятнадцать, а перекупщик – тридцать? – недоверчиво охнул Гарион. – Но это несправедливо.

– Так уж устроен мир, – пожал плечами Силк и, показав на внушительное здание с широким крыльцом, добавил:

– А вот и дом торговца. Когда мы войдём, он притворится, что очень занят и не интересуется сделкой, а позже, когда начнём торговаться, обратит на тебя внимание и станет расхваливать.

– Меня?

– Посчитает, что ты мой родственник – сын или племянник, и решит, что я растрогаюсь и сбавлю цену.

– Как глупо с его стороны! – заметил Гарион.

– Ну я уж наговорю ему с три короба, – пообещал Силк, сверкая глазами.

Кончик носа так и дёргался, слова сыпались, как горох из мешка.

– Не обращай внимания на то, что буду говорить, и следи, чтобы твоё лицо ничего не выражало. Запомни, он будет очень внимательно следить за нами.

– Собираешься врать? – потрясение спросил Гарион.

– От меня этого ожидают. Торговец тоже будет лгать напропалую. Кто сумеет лучше обмануть, тот и в выигрыше.

– Но это нечестно!

– Просто игра, – расплылся в улыбке Силк. – Очень азартная игра, в неё играет весь мир. Искусные игроки богатеют, плохие – остаются ни с чем.

– А ты хороший игрок? – полюбопытствовал Гарион.

– Один из лучших, – скромно признался Силк. – Иди сюда.

И повёл Гариона в дом. Торговец был одет в бледно-зелёный костюм с меховой опушкой. На уши натянута шапка Вёл он себя почти так, как и предсказал Силк: встретил их, сидя за столом, и, сосредоточенно нахмурясь, деловито листал какие-то сшитые пергаменты, пока Силк и Гарион терпеливо ждали, когда он наконец заметит гостей.

– Ну хорошо, – наконец сказал он. – У вас что, дело ко мне?

– Привезли немного репы, – довольно униженно ответил Силк.

– Не повезло, дружище, – сочувственно заявил торговец, – пристань Коту завалена репой. Даже если я куплю у тебя товар за мизерную цену, вряд ли смогу сбыть его с рук.

– Ну что ж, – пожал плечами Силк, – может, чиреки или олгары купят. Их рынки не так изобильны, как ваши, – и, повернувшись, позвал Гариона:

– Пойдём-ка, парень.

– Минуту, минуту, дружище, – поспешно перебил торговец. – Вижу по твоей речи, что мы земляки. Может, сделаю тебе одолжение, куплю репу.

– Зачем же отнимать ваше драгоценное время? Если репы много, не стоит и торговаться.

– Я бы смог найти покупателя в другом месте, – запротестовал торговец, – если товар хорошего качества.

Взяв у Гариона мешок, он заглянул внутрь. Мальчик, словно зачарованный, слушал, как вежливо торгуются эти двое, пытаясь перехитрить друг друга.

– Какой милый мальчик! – объявил торговец неожиданно, как бы впервые заметив Гариона.

– Сирота, – пояснил Силк, – я о нём забочусь, пытаюсь обучить, как вести дела, но он довольно туповат.

– Вот оно что… – с лёгким разочарованием кивнул торговец.

И тут Силк сделал непонятный жест пальцами правой руки. Глаза торговца чуть расширились, но он сделал ответный жест. После этого Гарион совершенно потерял представление о происходящем. Руки спорящих выписывали в воздухе прихотливые узоры, мелькая иногда так быстро, что взгляд не успевал за ними следить. Тонкие длинные пальцы Силка, казалось, исполняют такой-то танец: глаза торговца были прикованы к ним, на лбу от напряжения блестели капли пота.

– Ну что, по рукам? – спросил наконец Силк, прерывая молчание.

– По рукам, – с некоторым сожалением согласился торговец.

– Как приятно иметь дело с честным человеком! – объявил Силк.

– Многому я сегодня выучился и надеюсь, ты не намереваешься долго заниматься продажей репы, иначе мне придётся отдать тебе ключи от кладовых прямо сейчас и избавиться от мук, которые я испытываю при виде твоего лица.

– Ну, ты достойный противник, дружище торговец, – засмеялся Силк.

– Я сначала и сам так думал, – признался торговец, покачивая головой, – но до тебя мне далеко. Доставь репу завтра утром, к моему складу на Бедикской пристани.

Он написал что-то на кусочке пергамента.

– Мой управляющий заплатит тебе. Силк с поклоном взял пергамент.

– Пойдём, мальчик, – кивнул он через плечо Гариону.

– Что случилось? – спросил тот, когда они оказались на продуваемой ветром улице.

– Получили цену, на которую я надеялся, – ответил Силк самодовольно.

– Но ведь ты ничего не говорил, – возразил Гарион.

– Наоборот, сказано было много. Разве ты сам не заметил?

– Видел, как вы вертели пальцами.

– Мы так беседуем, – пояснил Силк, – это особый язык, тайный, который изобрели мои земляки сотни лет назад, – на нём объясняешься гораздо быстрее, чем словами, и можно говорить в присутствии чужаков, не опасаясь быть подслушанным. Очень сведущие люди могут обсуждать дела и одновременно говорить о погоде.

– Научишь меня? – с надеждой спросил Гарион.

– Это займёт очень много времени.

– Но ведь до Мероса долго добираться, – нашёлся Гарион.

Силк пожал плечами:

– Как хочешь. Дело нелёгкое, но поможет скоротать время.

– Сейчас мы идём обратно на постоялый двор? – спросил мальчик.

– Не сразу. Нужно раздобыть товар, чтобы был предлог появиться в Меросе.

– Я думал, мы уедем с пустыми фургонами.

– Так и будет.

– Но ты сам только сейчас сказал…

– Сейчас пойдём к одному торговцу, – пояснил Силк. – Он покупает хлеб и овощи по всей Сендарии и хранит их на фермах, пока в Арендии и Толнедре не поднимутся цены, а потом нанимает людей для перевозки грузов в Мерос или Камаар.

– Всё это очень сложно, – с сомнением протянул Гарион.

– Да нет, не очень, – заверил Силк. – Пойдём со мной и увидишь.

Когда Силк и Гарион вошли в контору, торговец, высокий толнедриец в развевающемся голубом одеянии, довольно пренебрежительно беседовал о чём-то с мрачным мергом.

Как и у всех ранее виденных мальчиком представителей этого племени, лицо мерга было покрыто шрамами, чёрные глаза впивались в собеседника. При виде его Силк предостерегающе коснулся плеча Гариона и выступил вперёд.

– Прости меня, благородный купец, – униженно начал он. – Не знал, что ты занят. Мы со слугой подождём на улице, пока ты не найдёшь для меня времени.

– Мой друг и я будем заняты почти весь день, – покачал головой толнедриец.

– У тебя что-нибудь важное?

– Хотел только спросить, нет ли у тебя груза для перевозки.

– Нет, – коротко ответил торговец, – ничего. И вновь обернулся было к мергу, но остановился и, вскинувшись, уставился на Силка.

– Ты не Эмбар из Коту? Я думал, твоё занятие – торговля пряностями.

Гарион вспомнил, что именно так назвал себя Силк у ворот города. Очевидно, коротышка и раньше звал себя Эмбаром.

– Увы, – вздохнул Силк, – мой последний запас пряностей лежит на дне моря недалеко от берегов Арендии – два корабля, направлявшихся в Тол Хонет.

Внезапный шторм – и я нищий.

– Печальная история, дружище Эмбар, – заметил толнедриец с некоторым самодовольством.

– Теперь приходится заниматься извозом, – страдальчески продолжал Силк, – три ветхих фургона – вот всё, что осталось от богатства Эмбара из Коту.