Последняя игра - Эддингс Дэвид - Страница 16

Все дома в столице Гар-Ог-Недрака были очень высокими, с крутыми крышами. Окна первых этажей были снабжены ставнями, в основном закрытыми. Выступающие деревянные части строений для сохранности покрывались дегтем, и грязные пятна этого черного вещества придавали всем зданиям какой-то нездоровый вид.

Над узкими кривыми улицами Яр Недрака витал дух уныния и страха, и все его обитатели, спешившие по своим делам, шли опустив головы. В одежде столичных жителей кожа, кажется, использовалась меньше, чем в провинции, но и здесь большинство людей были в черном, и только иногда мелькал голубой или желтый цвет. Единственным исключением являлись красные туники маллорийских солдат. Казалось, что они повсюду: слоняются то туда, то сюда по булыжным мостовым, грубо обращаясь с горожанами и громко переговариваясь между собой с сильно выраженным акцентом.

Если солдаты в большинстве своем казались просто самодовольными людьми, которые маскировали свое волнение от пребывания в чужой стране показным хвастовством и бравадой, то совершенно иными были маллорийские гролимы. В отличие от западных гролимов, которых Гарион видел в Ктол Мергосе, они редко носили отполированные стальные маски, но зато отличались жестоким выражением лица, поджатыми губами и прищуренными глазами. Когда они в своих черных плащах с капюшонами проходили по улицам, все – и маллорийцы, и недраки – уступали им дорогу.

Под неусыпной охраной Гарион и Силк верхом на мулах въехали в город вслед за стройным, мускулистым Ярблеком. Во время всей поездки вниз по реке Силк и Ярблек добродушно подтрунивали друг над другом, время от времени обмениваясь колкостями по поводу прошлых неблагоразумных поступков. Хотя Ярблек и казался вполне дружелюбным, он тем не менее все время оставался начеку, а его люди тщательно следили за каждым шагом Силка и Гариона. В течение всего трехдневного пути Гарион исподтишка наблюдал за лесом, но ни разу не увидел Белгарата и потому въезжал в город с мрачным предчувствием. Силк, однако, выглядел, как всегда, бодрым и уверенным в себе, и его поведение и отношение к происходящему действовали Гариону на нервы.

Они с шумом проскакали по кривой улице, и Ярблек свернул на узкую грязную аллею, ведущую к реке.

– А я думал, что дворец находится там, – сказал ему Силк, указывая на центр города.

– Да, – ответил Ярблек, – но мы едем не во дворец. Там Дросту окружает такое количество людей, что он предпочитает заниматься делами в более уединенном месте.

Аллея скоро перешла в кривую мрачную улочку, где высокие узкие дома явно требовали ремонта. Долговязый недрак стиснул зубы, увидев, как впереди из-за угла появились два маллорийских гролима и пошли в их направлении. Когда они подходили, на лице Ярблека появилось явно враждебное выражение.

Один из гролимов остановился и ответил ему пристальным взглядом.

– У вас, кажется, трудности, дружище, – высказал предположение гролим.

– А это уж мое дело, не так ли? – парировал Ярблек.

– Разумеется, – холодно заметил гролим. – Однако держите свою грубость при себе. Открытое неуважение к духовенству может навлечь на вас серьезные неприятности. – Взгляд облаченного в черное человека стал угрожающим.

Повинуясь внезапному побуждению, Гарион попытался исследовать разум гролима, прощупывая его очень осторожно, но мысли, которые обнаружил, не свидетельствовали ни об особых знаниях гролима, ни о некоей ауре, которая всегда исходит от разума колдуна.

– Не делай этого, – предупредил внутренний голос. – Это все равно что позвонить в колокольчик или носить на шее отличительный знак.

Гарион сразу прекратил.

– Я думал, что все гролимы – колдуны, – мысленно ответил он. – А эти двое просто обыкновенные люди.

И больше Гарион о них ничего не узнал.

Двое гролимов прошли мимо, и Ярблек презрительно сплюнул.

– Свиньи, – пробормотал он. – Маллорийцы начинают не нравиться мне почти так же, как мерги.

– Они, как видно, прибирают к рукам вашу страну, Ярблек, – заметил Силк.

Ярблек зарычал.

– Впустите в страну только одного маллорийца, и скоро некуда будет плюнуть, чтобы не попасть в них.

– Ну и зачем вы вообще их впустили? – мягко спросил Силк.

– Я знаю, что ты шпион, Силк, – отрезал Ярблек, – а потому не собираюсь обсуждать с тобой политические вопросы. И вообще, кончай выуживать сведения.

– Да это так, просто времяпрепровождение, – невинно ответил Силк.

– Почему бы тебе не подумать о собственных делах?

– Именно это и есть мое дело, дружище.

Ярблек уставился на него, а затем расхохотался.

– Куда же мы направляемся? – спросил его Силк, оглядывая убогую улицу. – Как мне помнится, это не лучшая часть города.

– Увидишь, – бросил ему Ярблек.

Они поехали вниз по реке, где преобладал запах гниющего мусора и открытых сточных каналов. Гарион увидел крыс, кормящихся на свалках, а мужчины, встретившиеся им на этой улице, были оборванными и имели подозрительный вид людей, имеющих основания избегать встреч с властями.

Ярблек круто повернул лошадей и направил их в другую аллею.

– Отсюда мы пойдем пешком, – сказал он, слезая с седла. – Я хочу войти через потайной ход.

Оставив лошадей с одним из людей Ярблека, они пошли вниз по аллее, осторожно переступая через кучи мусора.

– Сюда, вниз, – сказал Ярблек, указывая на короткий пролет деревянных ступенек, ведших к узкой двери. – Когда войдем, держите головы опущенными. Мы не хотим, чтобы слишком много людей заметили, что вы – не недраки.

Они спустились по скрипевшим ступеням и протиснулись в сумрачную, задымленную таверну, провонявшую потом, кислым пивом и блевотиной. В очаге посреди комнаты было полно золы, а несколько тлевших в нем поленьев давали очень много дыма и очень мало света. Два узких грязных окна, казалось, были лишь немногим светлее, чем стены; единственная масляная лампа свисала на цепи с одной из балок.

– Посидите здесь, – велел им Ярблек, кивнув на скамью, стоявшую у задней стены, – я сейчас вернусь, – и направился в общий зал таверны. Гарион быстро огляделся вокруг и увидел, что пара людей Ярблека незаметно расположилась около двери.