Последняя игра - Эддингс Дэвид - Страница 73

– Мой король! – прокричал один из его всадников, показывая в центр нескольких полков мергов, тесными рядами пробиравшихся по узкой долине в нескольких сотнях ярдов от них. – Там черное знамя!

Глаза короля Чо-Хэга вдруг блеснули – в них вспыхнула страстная надежда.

– Вынести мое знамя! – закричал он, и воин из его клана с красно-белым знаменем Вождя Вождей олгарских кланов выехал вперед. – Поехали, дети мои! – закричал Чо-Хэг и направил свою лошадь прямо на мергов, сосредоточенных в долине. С саблей наголо вел калека-король своих людей на врага. Его воины рубили саблями направо и налево, но Чо-Хэг упрямо пробивался вперед, в самый центр; глаза его не отрывались от черного знамени Тор Эргаса, короля мергов.

И вот Чо-Хэг увидел кроваво-красные доспехи самого Тор Эргаса. Вождь Вождей взмахнул своей окровавленной саблей и звонко прокричал:

– Стой и сражайся, ты, мергская собака!

Пораженный этим криком, Тор Эргас поднял на дыбы лошадь и недоверчиво уставился на атаковавшего его короля Олгарии. Глаза короля мергов вдруг зажглись безумным огнем, а покрытые пеной губы исказила гримаса ненависти.

– Дайте ему приблизиться! – приказал он, скрежеща зубами. – Очистить дорогу!

Его личные гвардейцы-телохранители изумленно уставились на него.

– Дайте дорогу королю Олгарии! – визжал Тор Эргас. – Он мой! – И мерги расчистили путь Чо-Хэгу. Олгарский король привстал в стременах.

– И вот наконец этот час настал, Тор Эргас, – холодно сказал он.

– Действительно, Чо-Хэг, – ответил Тор Эргас. – Я ждал этого момента много лет.

– Если бы я знал, что ты ждешь его, я прибыл бы раньше.

– Но сегодня – твой последний день, Чо-Хэг. – Теперь глаза короля мергов стали совсем уж безумными, из уголков рта сочилась пена.

– Ты думаешь сражаться угрозами и заклинаниями, Тор Эргас? Или забыл, как держать меч?

С бешеным визгом Тор Эргас выхватил из ножен широкий меч и направил свою черную лошадь на олгарского короля.

– Умри, Чо-Хэг! – взвыл он, рубя мечом воздух. – Умри!

Это не было дуэлью, поскольку дуэль подчиняется определенным правилам. А два короля бились друг с другом, одержимые тысячелетней ненавистью, кипевшей в их крови. Тор Эргас, теперь уже совершенно обезумевший, всхлипывал и издавал нечленораздельные звуки, когда замахивался тяжелым мечом. Чо-Хэг, холодный как лед, рукой, быстрой, как язык змеи, орудовал своей саблей, отбивая удары мерга и нанося свои, которые иногда задевали то плечо, то лицо врага.

Обе армии, пораженные яростью этого противоборства, отпрянули назад, освобождая место для смертельной схватки королей.

Извергая непристойные ругательства, Тор Эргас рубил изо всех сил, но Чо-Хэг хладнокровно ускользал от ударов и парировал их, полосуя при этом своей сверкающей саблей залитое кровью лицо мерга.

Наконец, лишившись остатков разума, Тор Эргас с диким, животным криком бросил свою лошадь прямо на Чо-Хэга. Встав в стременах, он схватил меч обеими руками и поднял его как топор, чтобы навсегда сокрушить врага. Но Чо-Хэг заставил лошадь отскочить в сторону и, собрав все силы, сделал выпад как раз в тот момент, когда Тор Эргас начал наносить свой ужасный удар. Со стальным скрежетом сабля Чо-Хэга пробила кроваво красные доспехи мерга, его напряженное, как струна, тело и вышла из спины.

В своем безумии не сознающий, что ему нанесена смертельная рана, Тор Эргас снова занес меч, но силы оставили его, и меч выпал из рук. С явным недоверием он уставился, разинув рот, на саблю, торчавшую у него из груди, на губах появилась кровавая пена. Он поднял руки, будто пытаясь разодрать лицо врага, но Чо-Хэг презрительно отвел их и вытащил с легким свистом свой тонкий кривой клинок из его тела.

– Вот и все, Тор Эргас, – сказал Чо-Хэг ледяным тоном.

– Нет! – закричал Тор Эргас, пытаясь выхватить из-за пояса тяжелый кинжал.

Чо-Хэг холодно наблюдал за его усилиями. Вдруг из открытого рта короля мергов хлынула темная кровь, и он выпал из седла. Но все еще продолжая бороться, кашляя кровью, Тор Эргас, шатаясь, поднялся на ноги. Сквозь бульканье в горле он посылал проклятия человеку, который только что убил его.

– Добрая была схватка, однако, – сказал ему с мрачной улыбкой Чо-Хэг и повернул свою лошадь.

Тор Эргас упал, царапая в бессильной ярости землю.

– Вернись и бейся! – рыдал он. – Вернись!

Чо-Хэг бросил взгляд через плечо.

– Извините, ваше величество, – ответил он, – но у меня срочные дела в другом месте. Я уверен, вы понимаете меня. – И с этими словами Чо-Хэг отъехал.

– Вернись! – стенал Тор Эргас, изрыгая кровь и проклятия и роя пальцами землю. – Вернись! – Затем уткнулся лицом в окровавленную траву. – Вернись и бейся, Чо-Хэг! – слабо прохрипел он.

Оглянувшись в последний раз на умирающего короля Ктол Мергоса, Чо-Хэг увидел, как тот кусает дерн и скребет по земле трясущимися пальцами.

Громкий стон прокатился по сплоченным полкам мергов, а из рядов олгаров раздались приветственные крики, когда одержавший победу Чо-Хэг прискакал обратно, чтобы присоединиться к своей армии.

– Они снова идут, – объявил генерал Вэрана, с холодным профессионализмом наблюдая за цепями надвигающихся маллорийцев.

– Но где же сигнал? – спросил Родар, внимательно осматривая горизонт на востоке. – Чем там занимается Энхег?

Передовые ряды маллорийцев уже вступили в сражение. Драснийские копейщики начали рубиться своими длинными мечами с широкими клинками, сея опустошение среди одетых в красное воинов, а толнедрийские легионеры поставили свои щиты так, что они образовали крепкую стену, неприступную для маллорийцев. После короткой, прозвучавшей как лай команды легионеры несколько сдвинули щиты, и в образовавшиеся между ними щели каждый из них выставил свою пику. Толнедрийские пики были не столь длинны, как драснийские копья, но они оказались не менее грозным оружием. Громкие вопли раздались из передовых рядов маллорийцев, и солдаты в красных туниках стали падать.

– Они прорвутся на этот раз? – спросил Родар, тяжело дыша. Даже не будучи непосредственным участником сражения, драснийский король начинал задыхаться при каждой атаке маллорийцев.