Повелитель демонов из Каранды - Эддингс Дэвид - Страница 25

– Понятно, – сказала Польгара, а когда все прочие вышли из комнаты, продолжила: – Кстати, Старый Волк, если в твоей комнате будут такие же удобства, тебе не помешает ими воспользоваться... От тебя пахнет, отец.

– Нет уж, Пол, от меня воняет. Это от тебя пахнет. Я же последние десять лет обходился без ванны и впредь...

– Да, отец, – перебила она его. – Я это знаю. А теперь, – тон ее стал деловым, – прошу меня извинить... – И она демонстративно стала расстегивать пуговицы на платье.

Покои, куда провели Гариона и Сенедру, были, разумеется, еще роскошнее. Пока Гарион осматривал обстановку нескольких центральных комнат, Сенедра направилась прямо в ванну, по пути сбрасывая с себя на пол одежду.

Эта привычка разгуливать обнаженной доставила ему в прошлом немало хлопот. Лично он не имел ничего против голой Сенедры. Но его беспокоило, что она порой забывала о своей наготе в совершенно неподходящей обстановке. Он с содроганием вспомнил, как однажды вошел в свои апартаменты в Риве вместе с сендарийским послом и застал Сенедру за примеркой нового нижнего белья, в то утро полученного от портнихи. Нисколько не смущаясь, она спросила посла, что он думает о новых предметах ее туалета, по очереди примеряя их. Посол, почтенный сендарийский господин лет семидесяти, пережил за эти десять минут большее потрясение, чем за предыдущие полвека своей жизни, и в очередном послании к королю Фулраху умолял освободить его от этой должности.

– Сенедра, может быть, ты, по крайней мере, закроешь дверь? – спросил Гарион жену, опустившую в воду пальчик, чтобы определить ее температуру.

– Тогда нам трудно будет разговаривать, Гарион, – резонно возразила она и уселась в ванну. – Терпеть не могу орать.

– Да? – сказал он. – Что-то я раньше этого не замечал.

– Ну, не ворчи, – сказала она, с возгласом удовольствия погружаясь в воду.

Женщина с упоением один за другим открывала хрустальные пузырьки, стоявшие на полочке ванной, где, как догадался Гарион, содержались различные благовония, которые добавляют в воду при купании. Одни она с неодобрением снова закрывала, а содержимое других выплескивала в ванну. Некоторые из благовоний втирала в кожу.

– А что, если кто-нибудь войдет? – резко спросил Гарион. – Официальный посланник, или слуга, или еще кто-нибудь?

– Гарион, дорогой, – продолжала она все тем же тоном рассудительного ребенка, приводившим его в бешенство, – ванна предназначена для того, чтобы ее использовали, иначе бы они ее не приготовили, правда?

Ну что на это ответить?

Она окунула голову в воду, и волосы ее веером расплылись по поверхности.

– Не потрешь ли мне спинку? – попросила женщина.

Час спустя, после того как расторопные слуги подали великолепный обед, к ним зашел Шелк. Он тоже успел принять ванну и переодеться. На нем был элегантный камзол жемчужно-серого цвета, богато украшенный драгоценностями. От его короткой жиденькой бороды, аккуратно подстриженной, исходил слабый аромат изысканных духов.

– Да, я очень забочусь о своей внешности, – сказал он, уловив вопросительный взгляд Гариона.

– Да, конечно, – сухо заметил Гарион.

– Бельгарат попросил меня заглянуть к вам, – продолжал маленький человечек. – Мы собираемся на военный совет. Это наверху, в зале.

– На военный?

– Фигурально выражаясь, разумеется.

Поднявшись на один этаж по мраморным ступенькам, они вошли в большой зал, у противоположной стены которого на возвышении стояло кресло, весьма похожее на трон.

– Это что, Тронный зал? – спросил Гарион, разглядывая роскошную мебель и тяжелые пурпурные драпировки на окнах.

– Нет, – отвечал Шелк. – Во всяком случае, не Тронный зал Закета. Эта комната предназначена для приезжающих с визитом королевских особ, чтобы они чувствовали себя как дома. Некоторые просто не могут без этих декораций.

Бельгарат сидел, положив ноги в сапогах на полированный стол. Его влажные волосы и подстриженная борода свидетельствовали о том, что, несмотря на равнодушие к гигиене, он все-таки последовал совету Польгары.

Польгара и Дарник мирно беседовали, стоя рядом, тут же находились Эрионд и Тоф. Бархотка и Сади стояли у окна, разглядывая парк, разбитый к востоку от дворца Закета.

– Прекрасно, – произнес старый волшебник. – Теперь вроде бы все в сборе. Можно начинать.

– Я бы не стал говорить о важных делах. – Шелк пошевелил пальцами, используя жесты тайного драснийского языка. – Кругом куча шпионов.

Бельгарат перевел взгляд дальше, к противоположной стене, и, прищурившись, стал внимательно, дюйм за дюймом, осматривать ее в поисках ниши. Усмехнувшись, он взглянул на Польгару.

– Я займусь этим, отец, – прошептала она.

Взгляд сделался отрешенным, и Гарион почувствовал знакомый ток энергии. Через минуту Польгара кивнула и подняла вверх три пальца. На мгновение она сосредоточилась, и поток энергии стал тяжелым. Затем она выпрямилась и расслабилась.

– Все в порядке, они заснули.

– Здорово сработано, Пол, – восхищенно произнес Дарник.

– Спасибо, милый, – улыбнулась она, взяв его руку в свою.

Бельгарат спустил ноги на пол и склонился над столом.

– Вот еще о чем мы не должны забывать, – сказал он, посерьезнев. – Пока мы здесь, в Мал-Зэте, за нами постоянно будут следить, приготовьтесь к этому. Закет – скептик, и нельзя быть уверенным, будто он поверил всему, что мы ему рассказали. Возможно, у него на нас совсем другие виды. Сейчас ему нужна наша помощь, чтобы справиться с Менхом, но он еще не выбросил из головы кампанию в Хтол-Мургосе и, возможно, захочет использовать нас, чтобы привлечь алорийцев и другие народы на свою сторону в этой войне. У него серьезные проблемы с Урвоном и Зандрамас. У нас нет времени, чтобы вмешиваться во внутреннюю политику Маллореи. Но сейчас мы, так или иначе, в его власти.

– Но ведь мы в любой момент можем уехать отсюда, Бельгарат, – уверенно произнес Дарник.

– Я бы не стал этого делать без крайней нужды, – ответил старик. – Закет относится к тем людям, которые раздражаются, если им противоречат, а я не хочу, чтобы нам пришлось ломать голову, как скрыться от его солдат. Мне гораздо больше по душе отъезд из Мал-Зэта с его благословения или, по крайней мере, с его согласия.

– А я хотел бы попасть в Ашабу, пока Зандрамас не ускользнула оттуда, – вставил Гарион.

– Я тоже, Гарион, – согласился его дед, – но ведь мы не знаем о ней ничего

– что она там делает, как долго собирается там пробыть.

– Зандрамас что-то ищет, отец, – вмешалась Польгара. – Я прочла это, когда мне удалось проникнуть в ее мозг в Рэк-Хагге.

– Как ты думаешь, что бы это могло быть, Пол?

– Точно не знаю. Думаю, какая-то информация. Она не может двигаться дальше, пока не найдет искомое.

– Знать бы, что она все еще там с моим ребенком! – взволнованно сказала Сенедра.

– Знать этого мы не можем, – ответила Польгара. – Ей удалось скрыть от меня свои мысли.

– Даже если она покинула Ашабу, мы сможем проследить за ней с помощью Шара, – сказал Бельгарат. – Но скорее всего она не нашла того, что ищет, и это удерживает ее в Ашабе.

– Значит, мы направляемся в Ашабу? – спросил Сади. – Получается, что наши опасения по поводу Менха – всего лишь предлог, чтобы попасть в Маллорею, не так ли?

– Я еще ничего не решил, мне нужна информация. Конечно, обстановка в северной Каранде очень серьезная, но не надо забывать, что наша главная цель – Зандрамас, а она сейчас в Ашабе. Но прежде чем я приму какое-либо решение, мне нужно выяснить, что происходит здесь, в Маллорее.

– Я возьмусь за это, – вызвался Шелк.

– И я, – добавила Бархотка.

– Может быть, и я смогу быть полезным, – заметил с улыбкой Сади. – Однако, Бельгарат, вы к ваша семья представляете здесь власть. Не думаю, что нам удастся убедить Каль Закета добровольно отпустить нас, каким бы сердечным он ни казался.

Старик угрюмо кивнул.

– Может случиться, что и так, – согласился он. Затем посмотрел на Шелка, Бархотку и Сади. – Будьте осторожны, – в который раз предупредил он. – Не поддавайтесь инстинктам. Мне нужна информация, но не вздумайте ворошить осиные гнезда, чтобы добыть ее для меня. – И он в упор посмотрел на Шелка. – Надеюсь, я достаточно ясно выразился, – сказал он. – Не надо усложнять ситуацию, чтобы просто позабавиться.