Рубиновый рыцарь - Эддингс Дэвид - Страница 22

— Он несомненно прав в одном, — сказал Спархок. — Я никогда не знал ни одного стирика, гоняющегося за сокровищами, деньгами и изменяющего образу жизни предков. Надо бы нам разыскать стирикскую деревню и расспросить ее жителей. Что-то происходит на Рандере, чего мы не знаем, а я не люблю сюрпризов.

7

Они подъехали к мосту, узкому и давно нуждающемуся в починке. Полуразвалившаяся хибара соседствовала с ним, перед ней сидели немытые голодного вида дети. Сам смотритель моста был одет в какую-то невообразимую рвань, на небритом исхудалом лице его застыло безнадежно-тоскливое выражение. В глазах его отразилось разочарование, когда он увидел, что на подъехавших к мосту людях рыцарские доспехи.

— Не надо платы, господа, — вздохнул он.

— Ты этак никогда не сможешь заработать себе на жизнь, друг, — сказал ему Келтэн.

— Это местное правило, мой Лорд, — снова вздохнул смотритель. — Плата за переезд не берется с Рыцарей Храма.

— И много народу проезжает здесь? — спросил Тиниэн.

— Не больше трех-четырех человек за неделю. Едва хватает, чтобы платить подати, а уж для себя — то ничего и не остается. Мои дети бывают месяцами не пробуют нормальной еды.

— А нет ли здесь поблизости стирикской деревни? — спросил его Спархок.

— А вон в том кедровнике на другом берегу, сэр Рыцарь.

— Спасибо, приятель, — сказал Спархок, кладя несколько монет в руку удивленного смотрителя.

— Я не могу брать с вас плату, мой господин.

— Деньги не за переезд, приятель, это за то, что ты сообщил нам, где найти стирикскую деревню, — Спархок тронул Фарэна и поехал к мосту.

Проезжая мимо смотрителя, Телэн склонился в седле и тоже что-то дал ему.

— Купи своим детям что-нибудь поесть, — сказал он.

— Спасибо вам, мой молодой господин, — проговорил смотритель, слезы благодарности выступили у него на глазах.

— Что ты дал ему? — спросил у мальчика Спархок.

— Я дал ему деньги того парня, который взял с тебя деньги у брода.

— Очень благородно с твоей стороны.

— Я смогу еще стащить, — пожал плечами Телэн, — а он? Да и дети его нуждаются в деньгах больше, чем я. Я и сам, бывало, голодал, так что я знаю каково это.

Келтэн наклонился к Спархоку и тихо сказал:

— Ты знаешь, для этого мальчишки еще не все потеряно.

— Еще рано говорить об этом с уверенностью.

— Но по крайней мере это начало.

В старом кедровнике на другой стороне реки было сыро и сумеречно. Разлапистые ветви свисали над самой землей и тропинка, вьющаяся меж деревьев, была едва различима.

— Ну что? — сказал Спархок Сефрении.

— Они здесь. Они наблюдают за нами.

— Они ведь все спрячутся, когда мы войдем в деревню?

— Наверно. У стириков нет причин доверять вооруженным эленийцам. Но я постараюсь убедить выйти хоть кого-нибудь.

Как и во всех стирикских деревнях, дома здесь были построены грубовато. Крытые соломой, они были разбросаны на поляне безо всякого порядка. Как и предсказывала Сефрения людей не было видно. Маленькая женщина наклонилась к Флют и шепнула ей что-то на стирикском диалекте, которого Спархок не понимал. Девочка кивнула, подняла свирель и заиграла.

Сначала ничего не произошло.

— Кажется я видел одного, вон там, за деревьями, — сказал Келтэн через несколько минут.

— Они, наверно, очень робкие люди, — предположил Телэн.

— У них есть на то причина, — объяснил ему Спархок. — Эленийцы плохо обходятся со стириками.

Флют прекратила играть, и, через некоторое время из-за деревьев нерешительно вышел белобородый старец в рубище из домотканой материи. Он сложил руки перед грудью и почтительно склонился перед Сефренией, произнесши что-то по стирикски. Потом он посмотрел на Флют и глаза его пораженно расширились. Он еще ниже наклонился, а девочка одарила его проказливой улыбкой.

— Старейший, — обратилась к нему Сефрения, — ты не говоришь на языке эленийцев?

— Да, я могу говорить на языке эленийцев, сестра.

— Хорошо. Эти Рыцари хотят задать тебе несколько вопросов, а потом мы покинем вашу деревню и не будем вас больше беспокоить.

— Я отвечу, как смогу.

— Недавно мы встретили на дороге лудильщика, и он рассказал нам что-то очень странное, — начал Спархок. — Он сказал, что уже несколько веков стирики копаются в земле на поле битвы у Рандеры, разыскивая какое-то сокровище. Кажется, это совсем не похоже на стириков?

— Так оно и есть, господин, — спокойно ответил старик. — Нам ни к чему сокровища и мы не стали бы тревожить могилы тех, кто уже успокоился навеки.

— И я тоже так думал. Но кто же тогда могут быть эти так называемые стирики у Рандеры?

— Мы не в родстве с ним, сэр Рыцарь и они служат богу, которого мы не любим.

— Азешу? — предложил Спархок.

Старик побледнел.

— Я не хочу произносить вслух его имени, но вы сказали верно, сэр Рыцарь.

— Тогда, может быть, те люди на озере — земохи?

Древний стирик утвердительно кивнул.

— Мы очень давно знаем, что они здесь, но мы не подходим к ним близко, потому что они — нечистые.

— Я думаю в этом мы с вами все согласимся, — сказал Тиниэн. — А не знаете ли вы, что они там ищут?

— Какой-то древний талисман, который Отт жаждет найти для своего бога.

— Лудильщик сказал, что люди в здешней округе считают, что там зарыто огромное сокровище.

Старик улыбнулся.

— Эленийцы всегда стремятся преувеличить. Они никак не могут поверить, что земохи ищут одну единственную вещь, хотя эта вещь драгоценнее всех сокровищ на свете.

— Это разрешает наши сомнения, — ответил Келтэн.

— Эленийцы так жаждут золота и драгоценных камней, — продолжил стирик, — что никто толком и не знает, что он там ищет. Они жаждут огромных сокровищ, которых нет на этом поле. А может быть кто-нибудь уже и нашел этот талисман, и отбросил его в сторону, не догадываясь о его ценности.

— Нет, старейший, — не согласилась Сефрения. — Этот талисман еще не был найден. Если бы его нашли, это прогремело бы по всему миру.

— Может так оно и есть, сестра. Ты со своими друзьями тоже едешь к озеру за талисманом?

— Да, таково наше намерение. И наши поиски чрезвычайно важны. Мы должны не дать богу Отта завладеть этим талисманом.

— Я буду просить у моего бога успеха для вас, — сказал стирик и посмотрев на Спархока осторожно спросил его: — Как поживает глава вашей эленийской Церкви?

— Архипрелат очень стар, — честно ответил Спархок. — Его здоровье все хуже.

Старик вздохнул.

— Как я и опасался. Хотя я не думаю, что он примет хорошие пожелания, но я все же буду просить моего бога, чтобы архипрелату прибавилось еще много лет жизни.

— Аминь, — закончил Улэф.

Белобородый стирик казалось находился в каком-то замешательстве.

— Ходят слухи, что первосвященник места, называемого Симмур, станет главою вашей церкви, — неуверенно сказал он.

— Это несколько преувеличенно, — ответил Спархок. — Есть много патриархов церкви, которые против Энниаса. В наши цели тоже входит помешать его избранию.

— Тогда я вдвойне буду молиться за вас, сэр Рыцарь. Если этот человек станет главою церкви, это будет ужасом для Стирикума.

— Так же, как и для всех остальных, — проворчал Улэф.

— И все же, страшнее всего это будет для нас. Отношение Энниаса из Симмура к нашему народу хорошо известно. Эленийская церковь сдерживает ненависть к нам многих народов, но если Энниас придет к власти, то он благословит эту ненависть и Стирикум будет обречен.

— Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы предотвратить это, — пообещал Спархок.

Старец поклонился.

— Да хранят вас Младшие боги, друзья, — сказал он, и снова поклонился сначала Сефрении, а потом Флют.

— Ну а теперь давайте отправляться, а то мы не даем жителям деревни вернуться в свои дома.

Они выехали из деревни и углубились в лес.

— Так значит это земохи, — задумчиво проговорил Тиниэн. — Похоже они расползлись по всей Эозии.