Рубиновый рыцарь - Эддингс Дэвид - Страница 77

— Поедем вереницей, — сказал Спархок. — Держитесь как можно ближе ко мне.

Их ставший совсем малочисленным отряд тронулся по тропке рысью. Впереди Спархок с копьем Алдреаса в руке.

Долина, по которой им пришлось ехать, была узкая и мрачная. Со все сторон ее окружали высокие, покрытые хвойными лесами горы. Зелень деревьев была так темна, сто временами казалась просто черной, вдобавок еще и солнце редко заглядывало в эту щель между двумя мощными горными кряжами. По дну ущелья грохотала в каменном русле река.

— Дорога похуже, чем в Гэзек, — крикнул Кьюрик, стараясь перекрыть грохот воды.

— Скажи ему, чтобы он не шумел, — сказала Флют Спархоку. — У троллей очень острый слух.

Спархок обернулся к оруженосцу и приложил к губам палец. Кьюрик кивнул.

В лесу по сторонам тропы довольно часто попадались пни.

— Что случилось с этими деревьями? — спросил Спархок у Флют.

— Это огры выходят ночью и обгрызают кору, а иногда и сердцевину. Дерево умирает.

— Я думал огры питаются мясом.

— Огры едят все. Не мог бы ты ехать немного побыстрее?

— Нет. Здесь не могу, очень неровная тропка. Может впереди станет немного лучше?

— Вот выйдем из этой долины и будет ровное место в горах.

— Плато?

— Называй, как хочешь. Там несколько холмов, но мы сможем обойти их. Все то место покрыто травой.

— Ну вот там, я надеюсь, мы поедем побыстрее. А что, плато тянется до самой пещеры Гверига?

— Не совсем. Когда мы через него проедем, придется подняться в горы.

— А кто провел тебя сюда раньше? Ты же говорила, что уже бывала здесь.

— Я была здесь одна. Кое-кто, кто знал дорогу, рассказал мне, как пробраться в пещеру.

— А зачем тебе было туда нужно?

— У меня было здесь дело. А тебе зачем нужно так много болтать? Я пытаюсь слушать троллей.

— Прости.

— Тихо, Спархок! — лют приложила палец к губам.

Днем позже они добрались до плато. Как и говорила Флют, это был огромный зеленеющий сочной травой луг, окруженный синеющими вдали горами в белых снеговых шапках.

— Много времени понадобится, чтобы пересечь его? — спросил Спархок.

— Я не уверена… — отвечала Флют. — В прошлый раз я была пешком, а на лошадках, наверно, гораздо быстрее.

— Ты шла здесь одна и пешком? В стране троллей и огров? — недоверчиво переспросил Спархок.

— Да я никого из них и не видела. Увязался за мной один медвежонок, правда, но ведь он просто из любопытства. Потом мне надоело, что он все время топчется позади и я отослала его назад.

Спархок решил больше не задавать вопросов, потому что от ответов становилось еще непонятнее.

Травянистое плато, казалось, было бесконечным. Они ехали уже несколько часов, а далекие горы ни капли не стали ближе.

Когда солнце закатилось за горные вершины на западе, они разбили лагерь среди нескольких низкорослых сосен.

— Да, большая страна, — сказал Кьюрик, оглядываясь вокруг и поплотнее закутываясь в плащ. — Однако, здесь не жарко, когда спрячется солнце. Теперь я понимаю, почему талесианцы так любят меха.

Они стреножили лошадей, чтобы те не заблудились ночью и развели костер.

— Здесь, на лугу нет никакой опасности, — заверила Флют. — Тролли и огры не выходят из лесу, там им гораздо легче охотиться.

За ночь небо затянуло облаками, а к утру с гор задул холодный ветер, заставляя волноваться огромное травяное море. Они ехали весь день и к вечеру добрались до подножия гор, чьи далекие вершины были покрыты снегом.

— Этой ночью мы не будем разжигать огонь, — сказала Флют. — Гвериг может увидеть.

— А что, мы уже так близко? — спросил Спархок.

— Видишь там, впереди, ущелье?

— Да.

— На его верхнем конце находится пещера Гверига.

— Так почему же нам не направиться туда прямо сейчас?

— Вряд ли нам это подойдет. Невозможно прошмыгнуть мимо тролля ночью. Завтра мы дождемся пока взойдет солнце, а потом только поедем. Днем тролли обычно дремлют. По настоящему они никогда не спят, но когда в небе солнце они бывают менее бдительны.

— Ты, кажется, немало знаешь об этом?

— А это не так уж сложно узнать, если знаешь у кого спросить. Сделай Сефрении чаю и горячего супа. Завтра ей придется трудно, нужно чтобы она восстановила силы.

— Но по-моему достаточно тяжело сделать суп горячим без огня.

— О, Спархок, я знаю это. Я может быть маленькая, но не глупая. Сложи перед палаткой горку камней. Об остальном я позабочусь.

Недоуменно ворча себе под нос, Спархок выполнил указания Флют.

— Теперь отойди немного, — сказала девочка. — Я не хочу обжечь тебя.

— Обжечь? Как?

Флют тихонько запела, потом коротко взмахнула рукой. Спархок почувствовал, как от камней заструились волны жара.

— Какое полезное заклинание, — восхитился он.

Принимайся за стряпню. Спархок. Я не могу держать эти камни горячими всю ночь.

Все это как-то странно, думал Спархок, готовя суп и чай для Сефрении на раскаленных камнях. За последние недели он почти перестал думать о Флют, как о малом ребенке. Ее тон и манеры были вполне взрослыми, несмотря на то, что слова произносил детский голос, и она распоряжалась им: как хотела. Еще более странным было то, что он беспрекословно подчинялся ей. Сефрения была права, решил он. Эта маленькая девочка была одним из самых могущественных магов во всем Стирикуме. И снова в голове у него зазвучал навязчивый вопрос: сколько же лет Флют? Могли ли стирикские маги изменять свой видимый возраст? Он знал, что не Сефрения, ни Флют не ответят на эти вопросы, поэтому занялся приготовлением пищи, стараясь не думать обо всем этом.

Они проснулись на рассвете, но Флют настояла, чтобы они не отправлялись в путь пока как следует не рассветет. Она так же сказала, чтобы лошади были оставлены здесь, чтобы звук из копыт не насторожил остроухого тролля.

Узкое, с отвесными краями ущелье, было залито темно-синими тенями. Четверо шли по каменистому дну, ступая осторожно, чтобы не задеть какой-нибудь камень. Переговаривались они редко, и только шепотом. Спархок держал наготове копье Алдреаса, и это было не лишено оснований.

Подъем становился круче. Теперь им приходилось карабкаться по огромным округлым валунам. Когда они приблизились к верхнему концу ущелья, Флют сделала знак остановиться, а сама продвинулась еще на несколько шагов выше.

— Он уже внутри, — прошептала она. — И он уже начал зачаровывать входы.

— А вход в пещеру закрыт? — шепотом спросил Спархок.

— Можно сказать и так. Когда мы подойдем к нему, ты вряд ли увидишь его. Он сделал так, что вход в пещеру не отличается от утеса, но это только иллюзия. Однако, иллюзия достаточно прочная, так что мы вряд ли сможем пройти через нее. Тут понадобится твое копье, — она прошептала что-то Сефрении и та кивнула ей в ответ. — Ну, хорошо, — сказала Флют с глубоким вздохом. — Пойдемте.

Они прокарабкались еще немного вверх и оказались перед небольшим озерцом, окруженным ежевичными кустами и побелевшими от времени пнями. На противоположной стороне высилась голая отвесная скала, в которой не было видно никаких отверстий.

— Вот она, — прошептала Флют.

— Ты уверена, что это то самое место? — спросил Кьюрик. — Довольно похоже на монолитную скалу.

— Да, это то самое место. Гвериг просто прячет вход в пещеру, — она подвела их к скале по едва заметной тропке.

— Это вот здесь, — сказала она мягко, положив руку на каменную стену скалы. — Теперь мы вот что будем делать: мы с Сефренией соткем заклинание, когда мы выпустим его, оно вольется в тебя, Спархок. Сначала ты почувствуешь себя очень странно, но потом внутри тебя возникнет огромная сила. В тот самый момент я скажу тебе, что делать дальше, — Флют тихо и мягко запела, ей вторила Сефрения, произнося на стирикском какие-то слова, потом они обе одновременно указали на Спархока.

Глаза его заволокло туманом, он чуть не упал. Спархок почувствовал себя слабым, как младенец и копье Алдреаса в руке налилось непомерной тяжестью. Но вдруг ощущения сменились — копье вдруг вообще перестало что-либо весить и по телу его разлилась волна удивительной силы.