Сияющая Цитадель - Эддингс Дэвид - Страница 23

– Я твой должник, Келтэн, – усмехнулся Спархок.

– Еще бы – все-таки целый флорин. Может быть, двинемся наконец? Что-то холодает.

Поднялся ветер – вначале редкими порывами, но затем все усиливаясь. Они спустились по тропинке с утеса и скоро уже ехали вдоль верхнего края длинного песчаного пляжа. Ветер хлестал их, пронзительно завывая, соленые брызги обжигали кожу.

– Это не простая непогода! – прокричал Улаф, с трудом перекрывая визг и завывания ветра. – Надвигается ураган!

– Не рановато ли для ураганов? – крикнул в ответ Келтэн.

– В Эозии – да! – откликнулся Улаф. Визг ветра все крепчал, и всадники теснее укутались в плащи.

– Нам надо поискать укрытие! – крикнул Вэнион. – Там, впереди, заброшенная ферма. – Он прищурился, пытаясь разглядеть хоть что-то сквозь завесу соленых брызг. – У нее каменные стены, по крайней мере укроемся от ветра!

Они пустили коней галопом и через несколько минут добрались до фермы. Развалины наполовину заросли сорняками, пустые окна в голых стенах слепо глазели на путников. Сам дом совершенно обрушился, а потому Спархок и его спутники спешились во дворе и завели встревоженных коней в строение, которое раньше явно служило амбаром. Пол здесь был завален гниющими остатками крыши, по углам лежали кучки птичьего помета.

– Сколько обыкновенно длится ураган? – спросил Вэнион.

– День-два, – пожал плечами Улаф, – самое большее три.

– Если говорить об этом урагане, я не стал бы биться об заклад, – заметил Бевьер. – Он налетел чересчур быстро и вынудил нас искать укрытие. Мы ведь не сможем носа высунуть из этих развалин.

– Он прав, – согласился Берит. – Кажется, нам остается только заключить, что некто устроил этот ураган, чтобы задержать нас?

Келтэн глянул на него с откровенной враждебностью – явный признак того, что он еще не избавился от своих подозрений относительно молодого рыцаря и камеристки королевы Эланы.

– Не думаю, что ураган нам помешает, – заметил Улаф. – Как только мы окажемся на борту корабля, мы обгоним все на свете ураганы.

Афраэль качала головой.

– В чем дело? – спросил он.

– Этот корабль не годится для того, чтобы выдерживать ураганы. Собственно говоря, я уже отослала его туда, откуда он прибыл.

– Даже не сказав нам ни слова? – возмутился Вэнион.

– Это уж мне решать, Вэнион. При такой погоде корабль для нас бесполезен, так что незачем было подвергать опасности его команду.

– А мне показалось, что он построен на редкость прочно, – возразил Улаф. – Наверняка его создатели принимали в расчет сильные ветры.

Она вновь покачала головой.

– Там, откуда прибыл этот корабль, вообще не дуют ветры.

– Ветры дуют повсюду, Флейта, – заметил он. – Во всем мире нет такого места, где хоть раз не подул бы… – Улаф осекся и уставился на нее. – Да откуда же явился этот корабль?!

– Это не твое дело, сэр рыцарь. Я могу вернуть его, когда буря утихнет.

– Если утихнет, – вставил Келтэн. – И я совсем не удивлюсь, если к тому времени этот полуразвалившийся амбар будет окружен несколькими тысячами фанатиков.

Все переглянулись.

– Думаю, нам лучше тронуться в путь, невзирая на ураган, – сказал Вэнион и взглянул на Флейту. – Ты сможешь?.. Я имею в виду – этот ветер не помешает?..

– Во всяком случае, дела не облегчит, – мрачно созналась она.

– Я не допущу, чтобы ты навредила себе, – сказала Сефрения.

Флейта отмахнулась от нее:

– Нечего обо мне беспокоиться.

– Не пытайся уворачиваться, юная леди, – сурово сказала Сефрения. – Я хорошо знаю, что сотворит с тобой этот ветер.

– А я хорошо знаю, чего будет стоить нашему загадочному приятелю таскать его за собой. Погоня за нами с ураганом на спине истощит его куда больше, чем истощит меня необходимость перенести куда-то десятерых всадников вместе с конями – при том, что я проворней его. Меня ведь не зря называют Шустрой Богиней. Я могу, если понадобится, бегать быстрее Телэна. Куда бы ты хотел отправиться, лорд Вэнион?

Магистр огляделся.

– Назад, в Джорсан?

– Не самое худшее прибежище во время урагана, – согласился Келтэн. – По крайней мере, постели там сухие.

– А пиво мокрое? – ухмыльнулся Улаф.

– Примерно о чем-то в этом роде я и подумал, – сознался Келтэн.

Ветер завывал за стенами трактира, но дом был выстроен из камня, а окна прикрывали прочные ставни. Вынужденная задержка приводила Спархока в бешенство, но поделать с этим он ничего не мог.

Едва они вернулись в трактир, Сефрения тотчас уложила Флейту в постель и теперь склонилась над девочкой, словно защищая ее.

– Она очень обеспокоена, – вполголоса сообщил Вэнион. – Похоже, предел божественной силы все-таки существует. Флейта пытается делать вид, что все в порядке, но я-то могу распознать подлинное истощение.

– Но ведь она не умрет? – спросил потрясенный Телэн.

– Она не может умереть, Телэн, – ответил Вэнион. – Ее можно уничтожить, но умереть она не может.

– А в чем разница?

– Не знаю, – сознался Вэнион, – зато я точно знаю, что она очень, очень устала. Нельзя было нам позволять ей делать это. – Он оглядел коридор за дверями комнаты, где Сефрения хлопотала над изможденной маленькой богиней. – А где Келтэн?

– Он и Улаф сидят внизу, в пивной, мой лорд, – ответил Бевьер.

– Мне и самому следовало бы догадаться. Пусть кто-нибудь из вас напомнит им, что если они будут не в состоянии ехать, когда закончится ураган, я им этого не спущу.

Они спустились по лестнице в общий зал и то и дело выглядывали за дверь – проверить, что творится снаружи. Судя по всему, ветер только крепчал.

Наконец Спархок опять поднялся наверх и тихонько постучал в дверь комнаты Сефрении.

– Можно мне поговорить с Флейтой? – шепотом спросил он, когда его наставница открыла дверь.

– Нет, Спархок, – прошептала она, – категорически нет. Она только что заснула. – Сефрения вышла в коридор, прикрыла за собой дверь и демонстративно прислонилась к ней спиной.

– Я не причиню ей вреда, Сефрения.

– Можешь биться об этом об заклад хоть со всей Дарезией, – ответила она со стальным блеском в глазах. – О чем ты хотел ее спросить?

– Могу я использовать Беллиом, чтобы прекратить эту бурю?

– Возможно.

– Почему бы тогда мне этого не сделать?

– Ты хочешь уничтожить Джорсан – и всех его жителей заодно?

Остолбеневший Спархок воззрился на нее.

– Ты не имеешь представления о том, какие силы заключены в природных явлениях, верно, Спархок?

– Отчего же, – сказал он, – имею… некоторое.

– Нет, дорогой, думаю, что нет. Кто бы ни вызвал этот ураган, он очень могуществен и точно знает что делает, однако ураган все же остается природным явлением. Конечно, ты можешь использовать Беллиом, чтобы прекратить его, но тогда вся сила, заключенная в урагане, освободится одновременно и в одном месте. Когда пыль осядет, ты не найдешь и следов Джорсана.

– Наверное, мне лучше отказаться от этой идеи.

– На твоем месте я бы так и сделала. А теперь уходи. Мне нужно присматривать за Афраэлью.

И Спархок пошел назад по коридору, чувствуя себя отчасти мальчиком, которого только что отослали в его комнату.

Навстречу ему поднимался по лестнице Улаф.

– Можно тебя на два слова, Спархок? – спросил он.

– Конечно.

– Думаю, тебе нужно смотреть за Келтэном в оба.

– Вот как?

– Он лелеет кое-какие нехорошие мысли насчет Берита.

– Стало быть, это продолжается?

– А ты, значит, знал об этом – я разумею чувства, которые Келтэн питает к камеристке твоей жены? Спархок кивнул.

– Знаешь, чем больше он пьет, тем хуже, – а в такую бурю больше и заняться нечем, кроме выпивки. У этих его подозрений есть какое-то основание?

– Ни малейшего. Он попросту высосал их из пальца. На самом деле девушка обожает его.

– Я так и думал. Бериту хватило хлопот с супругой императора, чтобы искать себе кого-то еще. И часто с Келтэном такое случается? Я имею в виду – часто он влюбляется так сильно?