В поисках камня - Эддингс Дэвид - Страница 30

ЧАСТЬ 3

Глава 13

На следующее утро они повернули на северо-восток и двинулись к снежным вершинам Алголанда, блиставшим в солнечном свете над сочными травами Долины.

— Там снег, — заметил Бэйрек. — Ехать будет нелегко.

— Как всегда, — отозвался Хеттар.

— Ты и прежде бывал на Пролге? — спросил его Дерник.

— Несколько раз. Мы поддерживаем связь с алгосами. Наши поездки были по большей части визитами вежливости.

Принцесса Се'Недра ехала рядом с тетей Пол, на её личике было написано смущение. Наконец она не выдержала:

— Как вы его выносите, леди Полгара? Он такой безобразный.

— О ком ты, милая?

— Об этом ужасном карлике.

— О дяде Белдине? — удивилась тетя Пол. — Он всегда был такой. Надо просто поближе его узнать, и все.

— Но он говорил вам такие отвратительные вещи.

— Это его способ скрывать истинные чувства, — объяснила тетя Пол. — Он очень мягок и добр, но люди не ждут этого от него. Когда он был ребенком, его отовсюду гнали за его безобразие. Когда он пришел наконец в Долину, повелитель разглядел под его уродливой личиной красоту ума.

— А зачем он такой грязный? Тетя Пол пожала плечами.

— Он ненавидит свое уродливое тело, и потому не обращает на него внимания. — Она устремила на принцессу спокойный взгляд. — Проще простого судить обо всем по внешности, Се'Недра, — сказала она, — и суждение это обычно бывает неверным. Мы с дядей Белдином очень любим друг друга. Вот почему мы, не жалея сил, выдумываем столь изощренные оскорбления. Комплименты были бы лицемерием в конце концов, он действительно очень безобразен.

— Я все равно ничего не понимаю, — призналась сбитая с толку Се'Недра.

— Любовь может проявлять себя самым странным образом, — сказала тетя Пол. Тон у неё был небрежный, но глаза, казалось, проникали в самую душу маленькой принцессы.

Се'Недра метнула быстрый взгляд на Гариона и тут же отвернулась, слегка покраснев.

Гарион пытался обдумать разговор между принцессой и своей теткой. Тетя Пол явно сказала девочке что-то важное, но что именно, он не понял.

Несколько дней они ехали по Долине, затем оказались в холмах, теснившихся у подножия горных вершин, называющихся страной Алголанд. И вновь времена года начали сменять друг друга. Когда они перевалили первый невысокий хребет, стояла ранняя осень, и речная долина за ним пылала красной листвой. На вершине второго, более высокого хребта листья уже облетели, и дующий со скал ветер принес с собой первый морозец. Небо хмурилось, клочья облаков висели на скалистых пиках. Дождь вперемежку со снегом то и дело налетал на них, пока они поднимались все выше и выше по скалистым склонам.

— Я думаю, нам пора поглядывать по сторонам, не появится ли Брилл, как-то снежным вечером сказал Силк с надеждой. — Давненько мы его не видели.

— И вряд ли увидим, — отвечал Белгарат. — Мерги избегают появляться в стране Алголанд даже больше, чем избегают Долину. Алгосы терпеть не могут энгараков.

— Олорны тоже.

— Однако алгосы видят в темноте, — сказал ему старик. — Мерги, заехавшие в эти горы, как правило, не просыпаются после первой же ночевки. Я думаю, Брилл не должен нас тревожить.

— Жаль, — заметил Силк с некоторым разочарованием.

— Впрочем, внимательно смотреть по сторонам будет нелишним. В этих краях есть создания похуже мергов. Силк усмехнулся.

— Не преувеличены ли эти слухи?

— Ничуть.

— Область сия изобилует чудовищами, принц Келдар, — заверил Мендореллен маленького драснийца. — Несколько лет назад десяток неразумных молодых рыцарей из числа моих знакомцев, желая испытать доблесть свою и силу в схватке с диковинными зверями, заехали в эти горы. Не вернулся ни один.

Когда они перевалили через следующий хребет, то окунулись уже в настоящую зиму. Снег, падавший все гуще по мере их движения вверх, подхватывал ревущий ветер и кидал его прямо в лицо.

— Нам надо укрыться и переждать снегопад, — прокричал против ветра Бэйрек, удерживая хлопающую медвежью шубу.

— Давайте спустимся в следующую долину, — отвечал Белгарат, тоже сражаясь со своим плащом. — Там мы сможем спрятаться от ветра за деревьями.

Они двинулись к сосновой рощице у основания склона. Гарион плотнее закутался в плащ и наклонил голову, защищая лицо от дующего прямо в лоб ветра.

Густая поросль молодых сосенок заглушала ветер, но не защищала от снега, который продолжал виться вокруг.

— Сегодня мы далеко не уедем, Белгарат, — объявил Бэйрек, пытаясь стряхнуть с бороды снег. — Надо бы нам где-нибудь здесь окопаться и переждать до утра.

— Что это? — резко спросил Дерник, настороженно поднимая голову.

— Ветер, — пожал плечами Бэйрек.

— Нет. Прислушайтесь.

В свисте ветра до них донеслось пронзительное ржание.

— Смотрите, — указал Хеттар.

Сквозь пургу они увидели неясные, похожие на лошадиные очертания. Животных было около дюжины, и они шли по хребту, с которого путники только что съехали. За снежной завесой они казались почти призрачными. Прямо над отрядом стоял громадный жеребец, грива его и хвост развевались по ветру. Ржание его походило на пронзительный крик.

— Хрулги! — резко сказал Белгарат.

— Можем ли мы ускакать от них? — спросил Силк с надеждой.

— Сомневаюсь, — отвечал Белгарат. — Кроме того, они нас уже учуяли. Если мы попытаемся от них убежать, они выйдут по нашему следу на Пролгу.

— Тогда нам следует научить их бояться нашего следа и избегать его, объявил Мендореллен, подтягивая ремень щита. Глаза его сверкали.

— Ты впадаешь в прежнюю слабость, Мендореллен, — сварливо заметил Бэйрек.

Лицо Хеттара сделалось таким же отрешенным, как когда он общался со своими лошадьми. Вдруг его передернуло, глаза наполнились отвращением.

— Ну? — спросила его тетя Пол.

— Это не лошади, — начал он.

— Мы это знаем, Хеттар, — ответила она. — Можешь ли ты что-нибудь с ними сделать? Например, отпугнуть? Он покачал головой.

— Они голодны, Полгара, — сказал он, — и они нас учуяли. Вожак имеет гораздо большую власть над табуном, чем если б они были лошадьми. Я мог бы напугать одного-двух из тех, кто послабее, — если бы не он.

— Значит, придется сражаться со всеми сразу, — мрачно сказал Бэйрек, пристегивая щит.

— Не думаю, — сказал Хеттар. Глаза его сузились. — Все дело в вожаке. Табун подчиняется ему. Полагаю, если мы его убьем, остальные убегут.

— Хорошо, — сказал Бэйрек, — попробуем убить вожака.

— Нам стоило бы издать что-то вроде боевого клича, — сказал Хеттар. Что-то такое, что он бы воспринял как вызов. Тогда он выступит вперед. Иначе, чтобы добраться до него, нам придется прорываться через весь табун.

— Быть может, вот это послужит для него вызовом, — сказал Мендореллен. Он поднес к губам рог, и звонкий боевой клич, подхваченный ветром, прокатился по долине.

Вожак ответил пронзительным ржанием.

— Вроде подействовало, — заметил Бэйрек. — Давай-ка еще разок, Мендореллен.

Мендореллен еще раз протрубил в рог, и вновь вожак заржал. Потом громадный жеребец поскакал вниз со склона, яростно пронесся сквозь табун навстречу отряду и встал на дыбы. Когти на его передних ногах сверкнули в наполненном снежными хлопьями воздухе.

— Отлично! — рявкнул Бэйрек. — Вперед! — Он вонзил шпоры в конские бока, и его большой серый жеребец скакнул вперед, разбрасывая копытами снег. Хеттар и Мендореллен прикрывали его с боков. Все трое понеслись сквозь снегопад к ревущему вожаку хрулгов. Мендореллен выставил вперед копье, и ветер донес до оставшихся позади странный звук: Мендореллен смеялся.

Гарион вытащил меч и поехал вперед, прикрывая собой тетю Пол и Се'Недру. Он понимал, что это лишь демонстративный жест, но не сделать этого не мог.

Два хрулга, вероятно, повинуясь приказу вожака, выскочили вперед, навстречу Бэйреку и Мендореллену, в то время как сам вожак двинулся на Хеттара, распознав в олгаре наибольшую угрозу для табуна. Первый хрулга стал на дыбы, обнажив клыки в кошачьем оскале и подняв когтистые передние ноги. Мендореллен опустил копье и направил его в грудь оскалившегося чудовища. Кровь хлынула из пасти хрулги, и он опрокинулся навзничь, в падении увлекая за собой конец переломанного пополам копья.