Владычица магии - Эддингс Дэвид - Страница 17

Гарион уже хотел ответить что-то, но в эту минуту в круг света вступили Волк и Хеттар.

– Они все еще бегут! – объявил последний. Стальные диски на куртке из конской шкуры отливали красным; сабля была в крови.

– Да, это им прекрасно удается, – согласился Волк. – Все живы?

– Шишки и синяки, но в остальном ничего страшного. Могло быть и хуже, – кивнула тетя Пол.

– Не стоит беспокоиться о том, что могло быть.

– Не нужно ли избавиться от этих? – проворчал Бэйрек, показывая на распластанные тела.

– Давайте похороним трупы, – предложил Дерник слегка дрожащим голосом.

Лицо его было очень бледным.

– Слишком много чести, – резко ответил Бэйрек. – Пусть их приятели вернутся и позаботятся о церемониях, если пожелают.

– Но порядочные люди так не поступают, – настаивал кузнец.

– Обойдутся! – пожал плечами Бэйрек.

Господин Волк перевернул один из трупов и внимательно посмотрел в лицо мертвеца.

– Похож на обычного арендийского бандита, – хмыкнул он. – Хотя трудно сказать наверняка.

Леллдорин собирал стрелы, осторожно вытягивая их из тел.

– Давай уберем их подальше, – предложил Хеттару Бэйрек. – Надоело смотреть на все это.

Дерник отвернулся, но Гарион успел заметить слезы в его глазах.

– Больно, Дерник? – сочувственно спросил юноша, садясь на бревно рядом с другом.

– Я убил одного из этих людей, Гарион, – по-прежнему дрожащим голосом ответил кузнец. – Ударил топором в лицо. Он завопил, а его кровь залила меня всего. Потом он упал и бился в судорогах на земле, пока не умер.

– У тебя не было выбора, Дерник, – утешал Гарион, – ведь они пытались убить нас.

– Никогда раньше не мог ударить человека, – продолжал, как бы не слыша, Дерник, слезы ручьем лились по щекам. – Он так долго мучился – ужасно долго...

– Почему бы тебе не попытаться уснуть, Гарион? – вмешалась тетя Пол, не сводя глаз с залитого слезами лица Дерника.

Гарион, мгновенно все поняв, поднялся.

– Спокойной ночи, Дерник, – прошептал он и побрел к шатрам, но по дороге оглянулся.

Тетя Пол села рядом с кузнецом и что-то тихо говорила ему, нежно обняв рукой за плечи.

Глава 5

Огонь догорал, только крохотные оранжевые искорки мелькали в черном пепле; мокрый лес молчаливо сторожил шатры. Гарион изо всех сил старался уснуть, несмотря на пульсирующую боль в голове. Наконец, уже после полуночи, сдался, вылез из-под одеяла и направился на поиски тети Пол.

Круглая желтая луна поднялась над серебристым туманом, таинственно переливавшимся в ее холодном свете. Самый воздух, казалось, тоже мерцал, окутывая Гариона неземным сиянием. Осторожно пробравшись через молчаливый лагерь, он поскребся у занавески, прикрывающей вход в шатер, и прошептал:

– Тетя Пол... Тетя Пол, – повторил он чуть погромче, – это я, Гарион. Можно войти?

Так ничего не услышав, Гарион потихоньку приподнял занавеску и заглянул внутрь. Никого.

Озадаченный и немного встревоженный, он обернулся и оглядел поляну.

Недалеко от стреноженных лошадей стоял на страже Хеттар. Хищное лицо повернуто в сторону туманного леса, плащ плотно запахнут. Чуть поколебавшись, Гарион, неслышно ступая, зашел за шатры и начал пробираться через деревья и прозрачный светящийся туман к ручью, решив, что, если смочить больную голову ледяной водой, станет легче.

Отойдя примерно ярдов на пятьдесят от шатров, он уловил какое-то слабое движение впереди и остановился.

Огромный серый волк появился из мутной мглы и встал в центре маленькой полянки среди деревьев. Гарион, затаив дыхание, едва успел спрятаться за большим узловатым дубом. Волк уселся на влажные листья, будто ожидая чего-то. В призрачном лунном свете Гарион увидел, что холка и плечи зверя отливают серебром, а морда совсем седая, но возраст, казалось, только облагородил животное: волк выступал с невероятным достоинством, а в желтых глазах светились спокойствие и мудрость.

Гарион боялся шевельнуться, зная, что острый слух волка тут же уловит малейший шум, но не только поэтому. Голова после удара казалась странно легкой, а никогда не виданное ранее сверкание пронизанного лунным светом тумана делало все происходящее каким-то нереальным. Гарион неожиданно обнаружил, что старается даже не дышать.

Большая снежно-белая сова плавно вымахнула на открытое пространство среди деревьев, едва взмахивая призрачными крыльями, подлетела к низкой ветке и уселась на ней, глядя немигающими глазами на волка. Тот отвечал ей таким же спокойным взглядом. И тут, хотя погода была абсолютно безветренной, сверкающие нити тумана внезапно зашевелились, словно подхваченные вихрем, а фигуры волка и совы на миг стали неясными, неразличимыми. Когда вновь посветлело, Гарион увидел стоящего посередине поляны господина Волка, а чуть повыше на сучке невозмутимо восседала тетя Пол в неизменном сером платье.

– Давно уж, Полгара, мы с тобой не охотились, – заметил старик.

– Давно, отец, – согласилась она, поднимая руки и пропуская сквозь пальцы тяжелые темные пряди волос. – Я почти уже забыла, как это бывает.

И, вздрогнув от какого-то странного удовольствия, прошептала:

– Прекрасная ночь для охоты.

– Слишком сырая, – возразил он, тряхнув ногой.

– Но небо над деревьями совсем ясное, а звезды большие и ярко светят. Хорошо летать в такую ночь.

– Рад, что получила удовольствие. Случайно не помнишь, что тебе нужно было сделать?

– Не ехидничай, отец.

– Все же?

– Поблизости никого, кроме арендов, да и те, кажется, спят.

– Уверена?

– Конечно. На пять лиг в любом направлении ни одного гролима. А ты нашел, кого искал?

– Это было совсем не трудно, – ответил Волк. – Остановились в пещере, в трех лигах отсюда. Один умер по пути туда, а еще двое, возможно, не доживут до утра. Остальным, кажется, немного не понравилось, как обернулись дела сегодня утром.

– Представляю себе. Ты подобрался достаточно близко, чтобы услышать их беседу?

Волк кивнул:

– В одной из соседних деревень есть человек, который следит за дорогой и доносит им, если путешественник достаточно богат, чтобы попытаться ограбить его.