Властелин мургов - Эддингс Дэвид - Страница 3

- Сенедра, посмотри! - сказал Гарион.

- Что? - Она подняла голову и произнесла безразличным тоном: - А, да, очень красиво. - И вновь погрузилась в молчание.

Гарион многозначительно взглянул на тетушку Польгару: вот видишь, мол, ничего не помогает.

- Отец, - сказала Польгара, - я думаю, пора обедать. Здесь, по-моему, хорошее место, где можно немного отдохнуть и перекусить.

- Пол, мы никогда не дойдем до места назначения, если через каждую милю или две станем останавливаться.

- Отец, почему ты все время споришь со мной? Словно из принципа.

Он смерил ее взглядом и отвернулся, что-то проворчав при этом.

Эрранд и Тоф свели лошадей вниз, к берегу открывшегося странникам кристально чистого пруда, чтобы напоить их. Эти двое мужчин были до странного несхожи друг с другом. Эрранд - хрупкий молодой человек со светлыми вьющимися волосами, в простой бурой крестьянской одежде. Тоф возвышался над ним, словно гигантское дерево над молодой порослью. Хотя в королевствах Запада наступала зима, этот немой гигант был обут в сандалии, одет в короткую юбку на ремне и накидку из неотбеленной шерсти, наброшенную на одно плечо. Мышцы его голых рук и ног выпирали и играли при каждом движении. Длинные волосы были стянуты сзади кожаным ремешком. Слепая прорицательница Цирадис сказала им, что немой гигант поможет им в поисках Зандрамас и похищенного сына Гариона. А пока что Тоф послушно следовал за всеми, похоже, даже не интересуясь, куда они идут.

- Сенедра, ты не поможешь мне? - ласково спросила Польгара, развязывая ремни на одном из мешков.

Сенедра безучастно обошла камень и молча остановилась возле лошади, навьюченной провиантом.

- Нужно достать хлеб, - сказала Польгара, шаря в мешке и как бы не обращая внимания на безучастность молодой женщины. Она достала несколько буханок крестьянского хлеба с поджаристой коркой и сложила их, точно поленья, на руки королеве. - И сыр, конечно, - добавила она, доставая головку покрытого воском сендарийского сыра. Потом подумала и, обращаясь к Сенедре, спросила: - И, пожалуй, кусок ветчины, как ты думаешь?

- Пожалуй, - вяло откликнулась Сенедра.

- Гарион, - продолжала суетиться Польгара, - ты не расстелешь вот эту скатерть вон на том камне. - Потом перевела взгляд на Сенедру. - Терпеть не могу есть на столе без скатерти. А ты?

- Да, я тоже, - согласилась Сенедра.

Польгара и Сенедра положили хлеб, сыр и ветчину на импровизированный стол.

Польгара щелкнула пальцами и покачала головой.

- Ой, забыла нож. Ты не принесешь?

Сенедра кивнула и пошла назад к лошади.

- Что с ней такое, тетушка Пол? - шепотом спросил озабоченный Гарион.

- Это от тоски, дорогой.

- А это опасно?

- Да, если длится слишком долго.

- А ты не можешь что-нибудь сделать? Нельзя ли дать ей какое-нибудь лекарство или что-то в этом роде?

- Я бы не стала делать этого без крайней необходимости, Гарион. Иногда лекарства лишь загоняют болезнь внутрь, прячут ее симптомы, вызывая тем самым новые неприятности. В большинстве случаев лучше дать событиям развиваться естественным путем.

- Тетушка Пол, мне тяжело видеть ее такой, я не могу.

- Потерпи немного, Гарион. Веди себя так, словно ты этого не замечаешь. Сейчас она еще не готова выздороветь. - Она обернулась с ласковой улыбкой к подошедшей Сенедре. - А вот и нож. Спасибо тебе, дорогая.

Все собрались вокруг "стола", чтобы отобедать этой простой пищей. Во время еды Дарник поглядывал на маленькое прозрачное озерцо.

- Интересно, есть ли в нем рыба, - наконец произнес он.

- Нет, дорогой, - ответила Польгара.

- А может и быть, Польгара. Если оно подпитывается водой сверху, то сюда могли попасть мальки.

- Нет, Дарник.

Он вздохнул.

После обеда они продолжили путь по нескончаемым извилистым переходам, снова следуя за мигающим факелом Бельгарата. Час за часом, милю за милей шли они в кромешной тьме.

- А сколько нам еще идти, дедушка? - поинтересовался Гарион, поравнявшись со стариком.

- Точно не скажу. Когда бродишь по пещерам, трудно оценить расстояние.

- А ты хоть представляешь, зачем мы пришли сюда? Я хочу сказать, говорится ли в Мринских или, быть может, в Даринских рукописях что-нибудь такое, что, как там предполагается, может произойти здесь, в Улголанде?

- Не припоминаю.

- А не могли мы чего-то недопонять, как ты полагаешь?

- Наш друг сказал нам вполне определенно: по дороге на юг мы должны остановиться в Пролгу, ибо то, что должно случиться, случится именно там.

- А без нас оно не может случиться? - спросил Гарион. - Мы тут петляем по пещерам, а тем временем Зандрамас все дальше и дальше удаляется от нас с моим сыном.

- Ой, что это? - внезапно спросил Эрранд, находившийся у них за спиной. - Мне кажется, я что-то слышал.

Все остановились и смолкли, прислушиваясь. Напряженно вслушивался в темноту и Гарион, однако ему мешал треск факела Бельгарата. Тихим эхом отдавалась где-то в темноте капель, печально вздыхал ветер, проникая сквозь расселины и полости в стенах и сводах. Но вот до Гариона донесся слабый звук - на удивление неслаженным хором, но с большим чувством где-то вдалеке исполняли гимн Улу. Эти темные своды слушали его уже более пяти тысяч лет.

- А, это улги, - с облегчением произнес Бельгарат. - Значит, мы почти в Пролгу. Вот теперь мы, может быть, узнаем, что тут должно произойти.

Они прошли еще с милю, дорога стала круче уходить вниз.

- Якк! - внезапно донесся откуда-то низкий резкий голос. - Тача велк?

- Бельгарат, Ийун хак, - спокойно ответил старый волшебник на вопрос.

- Бельгарат? - с удивлением спросил голос. - Заджек каллиг, Бельгарат?

- Марекег Горим, Ийун заджек.

- Веед мо. Мар ишум Ул.

Бельгарат погасил факел, когда к нему стал приближаться улгский часовой с фосфоресцирующей деревянной чашей.

- Йад хо, Бельгарат. Гроджа Ул.

- Йад хо, - ответил Бельгарат, как того требовал ритуал. - Гроджа Ул.

Низенький широкоплечий улг едва заметно поклонился, затем повернулся в другую сторону и повел компанию по темному переходу. Зеленоватое, немигающее сияние, исходившее от деревянной чаши, распространяло феерический свет, делая лица путников мертвенно-бледными. Они преодолели еще милю или около того, и тут галерея перешла в огромную пещеру, где изобретенный улгами огонь светил сотнями точек из многочисленных впадин и трещин в стенах и своде пещеры. Вся компания осторожно двигалась по выступу в направлении каменной лестницы, выбитой в скальной породе пещеры.

- Лошадей надо оставить здесь, - решил Бельгарион.

- Я побуду с ними, - предложил Дарник.

- Не надо, улги присмотрят за ними, пойдемте наверх, - сказал Бельгарат и первым двинулся по крутым ступенькам.

Поднимались молча, звуки шагов гулко отдавались от дальней стены пещеры.

- Пожалуйста, не высовывайся за край, Эр-ранд, - попросила Польгара, когда они миновали полпути.

- Просто хочется посмотреть, на какой мы высоте, - ответил Эрранд. - Ты знаешь, что там, внизу, вода?

- Вот поэтому и не высовывайся.

Эрранд улыбнулся ей и молча продолжил подъем.

Дойдя до верха, они обогнули провал глубиной в несколько сотен ярдов и оказались в одной из галерей, по сторонам которой в маленьких помещениях, выбитых в скале, жили и работали улги. За галереей находилась полуосвещенная пещера Горима со своим озером, на островке высился странный пирамидообразный дом, окруженный чопорными белыми колоннами. В дальнем конце мраморной дамбы, пересекавшей озеро, стоял и смотрел на пришедших Горим, как всегда облаченный в белое.

- Бельгарат, это ты? - спросил он дрожащим голосом.

- Да, я, о святой, - ответил Бельгарат. - Ты мог предполагать, что я снова окажусь тут.

- Добро пожаловать, мой старый друг.

Бельгарат только собрался вступить на дамбу, как его опередила Сенедра, - медноволосая и кудрявая, она бросилась к Гориму, распростерши руки.