Властелин мургов - Эддингс Дэвид - Страница 77

Дарник перегнулся через борт, всматриваясь в кипящую пену.

- Мы крепко засели, Бельгарат, - мрачно сообщил он. - Скорость - вот наша единственная надежда. Как только мы снимем посудину с рифов, она начнет тонуть. Нам придется толкать ее к берегу как можно быстрее, а без руля будет очень трудно управлять судном.

- А у нас есть другой выход? - спросил Бельгарат.

- Мне на ум ничего не приходит.

- Тогда за дело. - Старик оглядел спутников. - Вы готовы?

Гарион и Дарник одновременно кивнули, потом выпрямились, сосредоточились и принялись собирать волю в кулак. По всему телу Гариона побежали знакомые мурашки, он напрягся, с трудом сдерживая рвущуюся наружу силу.

- Пора! - отрывисто скомандовал Бельгарат.

- Подъем! - хором сказали все трое.

Пробитое во многих местах днище корабля с громким скрипом и треском стало медленно подниматься из белых бурунов.

- Туда! - крикнул Бельгарат, указывая рукой в сторону берега.

Гарион всей силой своей воли толкал судно прочь от коварных рифов. Корабль вздрогнул, высвобождаясь, и тотчас же ушел в воду по самую корму, но затем, сперва медленно, а потом все быстрее и быстрее, заскользил вперед. Даже сквозь свист ветра Гарион слышал шум воды, омывающей борта, - да, они двигались к спасительному берегу!

Прибрежное течение подхватило неуправляемое судно и стало швырять из стороны в сторону, грозя выбросить на камни.

- Держите корабль прямо! - кричал Бельгарат. На лбу старика вздулись вены, челюсти его были плотно сжаты.

Гарион мужественно боролся. Покуда судно двигалось достаточно быстро, вода не заливалась в пробоины, но он прекрасно понимал: стоит чуть сбавить скорость - и последствия будут фатальными. Море тотчас же поглотит их всех. Гарион силился не дать судну сбиться с курса, одновременно толкая его к берегу.

Еще триста ярдов... Обливаясь потом, Гарион вглядывался в пенную полосу прибоя, бьющегося о каменистый берег.

Двести ярдов. Вот уже слышен шум прибоя.

Сто ярдов до берега. Уже чувствуется, как мощная волна подхватила корабль.

Едва киль коснулся песчаного дна, а волна прибоя отхлынула, раздался ужасный, раскатистый треск откуда-то из самого сердца корабля - они со всего размаху налетели на громадный валун, скрытый под тонким слоем песка. И снова Гариона швырнуло лицом вниз на палубу, да так, что у него помутилось сознание.

Вода вокруг корабля кипела, треск делался все громче, но они были уже в безопасности. Киль растерзанного судна прочно увяз в прибрежном песке. Морщась от боли, Гарион поднялся на ноги, чувствуя себя вконец вымотанным. Тут палуба под его ногами вздрогнула, и из трюма послышался еще более громкий треск.

- Полагаю, налетев на камень, мы сломали киль, - дрожащим голосом сказал Дарник. Лицо кузнеца посерело от усталости, его трясло. - Лучше поскорее всем сойти на берег.

Бельгарат тяжело поднялся - во время удара он тоже не устоял на ногах. На скуле у него темнел приличный синяк, а лицо было мокрым от морской воды и пота.

Глаза его пылали гневом. Он вполголоса бранился. И вдруг гнев его как рукой сняло.

- Лошади! - воскликнул он. - Надо поскорее вывести лошадей!

Но кузнец уже огромными прыжками несся к люку, ведущему в трюм.

- Пусть Тоф поспешит - я не справлюсь один! - на ходу кричал он. - Надо спасать коней!

- Гарион! - рявкнул Бельгарат. - Пусть все побыстрее выбираются из кают и сходят на берег! Не думаю, что у нас есть время - судно вот-вот расколется пополам!

Они стали пробираться, осторожно ступая по мокрой палубе, - соленые брызги слепили их, дождь хлестал им прямо в лица. Но вот они нырнули в кают-компанию.

Там все гудело и трещало - море неумолимо делало свое черное дело.

Внутри царило нечто невообразимое. От двух чудовищных ударов - вначале о риф, а затем о предательский валун - почти вся мебель, привинченная к полу и стенам, отлетела и теперь валялась повсюду, разбитая вдребезги. Треснувшие балки грозили вот-вот обрушиться, все оконные рамы выворотило, а в зияющие отверстия хлестала соленая вода.

Сенедра и Прала прижимались друг к дружке и выглядели насмерть перепуганными. Ургит мертвой хваткой вцепился в переборку, словно ожидал нового удара, а Сади полулежал в углу, прижимая к груди свой красный кожаный короб.

Польгара же, казалось, была вне себя от злости. Она насквозь промокла, да и сейчас соленые струи заливали ее платье и волосы, и выглядела смертельно оскорбленной. Как только Бельгарат и Гарион вошли, она воскликнула, обращаясь к старому волшебнику:

- Что ты на сей раз натворил, старик?

- Мы налетели на риф, Польгара, - ответил он. - В трюм хлынула вода, и мы вынуждены были править к берегу.

Польгара некоторое время осмысливала услышанное, словно пытаясь отыскать во всем этом некий подвох.

- Но об этом можно поговорить позже. - Бельгарат, огляделся. - Никто не ранен? Нам надо немедленно сойти на берег.

- Мы в порядке - насколько, разумеется, это возможно после такой переделки, отец, - раздраженно ответила Польгара. - А к чему спешка? Насколько я поняла, мы уже на берегу.

- Мы врезались в прибрежный валун и сломали киль. Днище корабля все еще в воде, и единственное, что держит эту развалину на плаву, - это смола, еще сохранившаяся в швах. Но это ненадолго. Нам надо пошевеливаться.

Польгара кивнула.

- Понимаю, отец. - И, поворачиваясь к остальным, властно приказала: - Возьмите все, что сможете унести. Сходим на берег.

- Пойду и помогу Дарнику управиться с лошадьми, - сказал Бельгарату Гарион. - Тоф, Эрионд, пойдете со мной. - И уже от самых дверей спросил Сенедру: - С тобой все в порядке?

- Думаю, да, - ответила она испуганным голоском, потирая ушибленное колено.

- Оставайся с тетушкой Пол, - кратко бросил он, выходя.

В трюме все оказалось куда хуже, чем он предполагал. Воды набралось по колено, она и плескалась, и сверкала в свете, проникающем сквозь широкие щели.

Тюки, короба - все плавало вперемешку с обломками дерева. Дарник тащил под уздцы насмерть перепуганную лошадь.

- Мы потеряли трех животных, - сообщил он. - Две лошади сломали себе шеи, а еще одна утонула.

- А мой конь? - быстро спросил Эрионд.

- С ним все в порядке, мальчик, - успокоил его Дарник. Потом обратился к Гариону: - Я пытался собрать наши пожитки. Все порядком подмокло. А вот наши съестные припасы были в самой глубине трюма - до них никак не добраться.

- Этим можно заняться и позднее, - ответил Гарион. - Главное сейчас - вызволить лошадей.

Дарник поглядел на острые обломки двухфутового киля, угрожающе колышащиеся на воде.

- Слишком опасно. Придется выходить прямо через днище. Я прихватил топор.

Гарион покачал головой.

- Тогда трюм быстро заполнит вода, и мы можем потерять еще как минимум пять лошадей. Но похоже, это единственный выход.

Дарник глубоко вздохнул и сгорбился. Лицо его было печальным.

- Я все понимаю. - Гарион положил руку на плечо друга. - Я тоже устал. Давай поторапливаться. Только держись подальше от кормы - там вполне можно угодить на глубину, что тоже никуда не годится.

Правда, все прошло куда более гладко, чем они предполагали. К тому же помощь Тофа оказалась просто бесценной. Друзья выбрали пространство между двумя шпангоутами и принялись за дело. Но если Гарион и Дарник трудились, объединив и сконцентрировав волю, то великан Тоф атаковал то же самое место при помощи огромного железного прута, орудуя им, как рычагом. И вот колдовство в сочетании с незаурядной физической силой принесло свои плоды: в днище быстро образовалось изрядное отверстие.

Шелк стоял на берегу поодаль - там, куда не долетали щепки. Плащ его хлопал на ветру, а волны прибоя заливали ноги почти до коленей..

- Ну как, ребята, порядок? - крикнул он.

- Все отлично, - ответил Гарион. - Помоги-ка нам с лошадьми!

Пришлось завязать животным глаза. Невзирая на все усилия Дарника и Эрионда, пытавшихся успокоить лошадей, двигаться они смогли, лишь перестав видеть царящий вокруг хаос. Одну за другой, оглаживая, их осторожно вели между качающимся на волнах хламом прямиком к проделанному в днище отверстию, а оттуда на берег. Когда последнее животное стояло на песке, дрожа под ледяным дождем, который все не унимался, Гарион повернулся к кораблю, потрескивающему и угрожающе покачивающемуся.