Врата Балдура - Этанс Филип - Страница 24

Его мысли, слаженно шедшие одна за другой вдруг резко разлетелись и он внезапно и сильно натянул поводья, заставив свою лошадь резко остановиться. Остальные последовали его примеру; правда, поглощенная своими мыслями Джахейра миновала Абделя прежде, чем успела остановить свою лошадь. Одно из животных – Абдель решил, что это лошадь Ксана – громко фыркнуло. Он знаком приказал своим спутникам сохранять тишину и, соскользнув с седла, стал взбираться на невысокий шаровидный холм.

У Ксана был такой вид, словно он хотел что-то спросить, но, вняв жесту Абделя сохранять тишину, он попридержал рвущийся с языка вопрос. Эльф и Джахейра слезли с лошадей и последовали за Абдель на вершину холма. Наверху они спрятались за небольшим, колючим кустом и наёмник указал на одинокую фигуру рядом с явно хорошо отдохнувшей лошадью, пасшейся около тропинки, по которой они его преследовали. Транзиг, видимо, занимался чисткой одного из ее копыт от застрявших в нем мелких камешков.

«Мы же чуть не наехали прямо на него», – прошептал Ксан. Абдель кивнул, а Джахейра негромко вздохнула. Она смотрела вниз на Транзига и на ее лице застыло выражение ненависти, под которой она пыталась спрятать боль, что, впрочем, получалось у нее не слишком хорошо.

Они наблюдали за Транзигом уже в течение нескольких минут, когда услышали, как одна из их собственных лошадей громко фыркает, видимо отмахиваясь от насекомых, по другую сторону холма.

Транзиг резко уставился в том направлении и Ксан тихо выругался по эльфийски.

Транзиг еще мгновение прислушивался, а затем легко вскочил на свою лошадь и спокойным галопом поскакал по тропинке. Абдель наблюдал за ним, пытаясь использовать выгодное положение на вершине холма, чтобы попробовать определить какое направление выбрал Транзиг. Тут он заметил три тонких завитка дыма, плывущих в воздухе со стороны гряды из четырех высоких, круглых холмов.

«Там лагерь», – прошептал он.

Следя за пристальными взглядами своих друзей, он снова перевел взгляд на полоски дыма и увидел, как в промежутке между непрерывно бегущими облаками сверкнула звезда. Быстро наступала ночь, так что Абдель предпочел как можно лучше запомнить место, где горели огни лагеря, и повел Джахейру и Ксана вниз с холма по направлению к лагерю.

Джахейра дрожала от холода и Абдель прижал ее к себе. Он подумал о том, что при этом почувствует и вздохнул, заметив в каком направлении идут его мысли. Ведь все равно он не сможет обнять ее от колен до подбородка и она все равно будет мерзнуть. К тому же не далее чем вчера он убил ее мужа и мысль о том, что или она или вечно настороженный и саркастичный Ксан подумают, что он пытается сблизиться с ней, вызывала у него отвращение. Ночь определенно становилась все холоднее с каждым порывом сильного сырого ветра. Звезды мерцали в разрывах облаков, которые в свою очередь стирались стремительно несущимся ветром. Они не стали разжигать огонь по предложению Ксана. Абдель боялся, что лагерь Железного Трона, к которому направился Транзиг, мог патрулироваться и отблески костра, разожженного так близко к их секретному логову, наверняка бы привлекли внимание.

«Значит, они зентаримы», – сказал Абдель.

Слова еле проскочили сквозь его сжатые зубы, так как он напрягал челюсти, дабы его зубы перестали изображать кастаньеты.

«Полагаю, что да», – ответил Ксан. «Но я хочу убедиться наверняка».

«Не в одиночку», – осевшим голосом сказала Джахейра.

«Мы пойдем втроем», – решил Абдель. «Нас трое плюс элемент неожиданности… «

«…будет бесполезен против возможно сотни или больше вооруженных до зубов зентаримов», – закончил за него Ксан. «Благодарю, но что-то не хочется».

«А откуда ты знаешь, сколько их там?» – возразил Абдель. «Может там только этот проклятый Транзиг и трое – четверо его вонючих головорезов – орков. Мы ведь уже перебили многих приверженцев Железного Трона, включая кобольдов».

«Мы не знаем, сколько их в этом лагере», – встряла в спор Джахейра. «Ксан только это и пытается сказать. Может их там целые сотни – армия бандитов, собирающаяся контролировать шахты… А может и нет. Я не знаю».

«Они пытаются начать войну», – сказал Абдель. «Но, будь у них армия, то почему они тихо ползают туда-сюда и портят железную руду?»

«Я могу сходить туда», – предложил Ксан, – «сейчас темно, так что я спокойно схожу и разузнаю что к чему».

«Тебя там убьют», – спокойно сказала Джахейра, – «или еще хуже».

«Я уже был заключенным Железного Трона», – улыбнулся эльф.

«Ну уж нет», – категорически возразил Абдель. «Скажу без преувеличений, Ксан, ты – превосходный фехтовальщик и хороший человек, но…»

«Что но?»

«Ты нам нужен», – ответила Джахейра за Абделя. «Особенно теперь».

Поймав измученный, утомленный взгляд женщины, Ксан сочувственно улыбнулся.

«Я – эльф», – просто ответил он.

«Ты сумасшедший», – со вздохом поправил его Абдель, пожимая плечами.

Джахейра медленно сняла со своего левого запястья золотой браслет и протянула его Ксану.

«На удачу», – тихо произнесла она.

«А тебе он приносил удачу?» – с кривой улыбкой поинтересовался эльф.

«Иногда».

Ксан улыбнулся, принимая браслет, и стал рассматривать его с явным восхищением. Изящная гравюра, изображавшая переплетенные виноградные лозы, обвивавшие тонкий золотой ободок. Он посмотрел на Абделя, приветственно коснулся браслетом лба и исчез в темноте. Абдель расслышал только первые три шага и ничего больше.

«А он хорош», – сказал Абдель, – «и я увидел достаточно, чтобы точно знать, что с ним все будет в порядке».

Джахейра кивнула, не поверив ему, но она также не верила, что у них был выбор.

«Я замерзла», – произнесла она после долгого молчания.

«Мы плохо подготовились к путешествию», – сказал Абдель. Его голос прозвучал слишком громко и напряженно. Он прочистил горло и более спокойно добавил, – «Ксан был прав, когда не стал разводить огонь».

«Обними меня», – быстро, словно боясь собственных слов, прошептала она. «Сядь рядом, Абдель. Посиди со мной».

Она заплакала и Абдель пересел поближе к ней.

Когда он обнял ее, она показалась ему такой маленькой.

Джахейра долго плакала, а Абдель сидел рядом, обнимая ее, и удивлялся тому, что ощущения были настолько знакомыми, такими же, какими ранее он себе их и представлял.

«Мы лгали тебе», – прошептала она.

«Я знаю», – спокойно ответил он, хотя сейчас думал об этом меньше всего.

«Все мы».

«Я знаю», – прошептал он в ответ и она расплакалась еще сильнее.

Проснувшись, Абдель открыл глаза и увидел над собой безоблачное синее небо, впервые за последние несколько дней. Особенная теплота, исходящая от некого источника справа него немедленно подсказала ему местонахождение Джахейра. Ее голова покоилась на его правом плече и, хотя она не была тяжелой, плечо Абделю она изрядно отлежала. Ее слезы уже успели высохнуть у него на плече и грубом одеяле, которое они использовали вместо подстилки. Свободная блуза, которую она носила под кожаной броней, сбилась, открыв нежную, гладкую линию ее плеча. Джахейра дышала глубоко и ровно и столь же спокойно, насколько спокойной она выглядела в этот момент. Абдель снова закрыл глаза и продолжил лежать, наслаждаясь ее близостью и мягким шелестом ее дыхания около его небритой щеки.

Все еще не просыпаясь, она повернулась на другой бок и правое колено оказалось на ноге Абделя. Он вздрогнул и открыл глаза, затем прочистил горло и пошевелился, разбудив ее. Она казалась, была сильно удивлена такой близостью и Абдель мягко отодвинулся; она сделала тоже самое. Потом покраснела и от этого стала еще красивее.

«А где Ксан?» – голосом, столь же мягким, как и ее кожа спросила она.

«Я…» – начал было Абдель и тут же осознал, что ему нечего ответить. Его спина стремительно покрылась гусиной кожей и хотя утро было холодным и ясным, он мгновенно вспотел.