Врата зимы - Энтони Марк - Страница 121

Слава всем богам! Грейс облегченно вздохнула. Прежде чем она успела что-то сказать, Эйрин стремительно бросилась к эмбарцу.

— Дарж!

Девушка обняла рыцаря здоровой рукой и поцеловала в морщинистую щеку.

— Как я скучала по тебе, Дарж, если бы ты только знал!

Грейс ощутила смешанное чувство печали и радости. Ей неведомы чувства, которые теперь питала Эйрин к Даржу. Теперь она замужняя дама. Грейс помнит, каким взглядом она проводила Теравиана. Однако любовь Эйрин к эмбарцу не подвергалась сомнению. Вот только что это за любовь — любовь к мужчине или к старому другу?

Ответ на вопрос придется пока отложить. В данный момент самое важное — выяснить, что тут произошло.

— Я рада, что ты наконец отыскался, Дарж, — сказала Грейс. — В цитадель проник враг. Неизвестные напали на мастера Гредина и гроссмейстера Орагиена. Мы отправим их в казармы, чтобы ими занялись колдуньи, затем займемся поисками злоумышленников.

Дарж ничего не ответил. Он даже не поднял рук, чтобы обнять Эйрин. Взгляд его карих глаз — обычно таких добрых и понимающих — был устремлен в пустоту.

Грейс снова сделалось страшно. Она попыталась что-то сказать, однако во рту у нее пересохло, язык не слушался.

Эйрин слегка отодвинулась от рыцаря.

— Что с тобой, Дарж? Ты не рад видеть меня?

— Рад? — глухо произнес тот, как будто не понимая произнесенного им слова.

Его лицо было необычайно бледным, под глазами залегли темные круги.

Грейс не хотелось делать этого, однако иного выбора у нее не оставалось. Она закрыла глаза и, воспользовавшись Даром, прикоснулась к нити жизни эмбарца. Она была тусклой и серой, как пепел. С губ Грейс слетел еле слышный стон разочарования.

— Грейс! — услышала она голос Эйрин. — Что с тобой? Что случилось?

Ну что ж. Конечно, очень жаль, что она лишилась того единственного, что придавало смысл ее жизни во всех мирах, однако сейчас необходимо отбросить в сторону все чувства, подчиняя себя главной цели. Ради того, чтобы спасти жизни многих людей, нужно забыть о том, что она любила его.

— Отойди от него, Эйрин!

Юная королева удивленно посмотрела на нее.

— Что ты такое говоришь, Грейс?! Ведь это же Дарж!

— Нет, это не он.

Грейс сунула руку в карман и нащупала пузырек с настойкой корня курганника. Напоить его, конечно, не удастся, однако зелье обладает огромной силой. Если ранить его и на место пореза капнуть хотя бы немного этой жидкости, яд все равно окажет свое смертоносное воздействие.

Эйрин удивленно посмотрела на Грейс, затем на Даржа. Она помнила, что рыцарь улыбается крайне редко, и потому ее поразила появившаяся на его лице кривая усмешка. Зрелище оказалось не из приятных. То была ухмылка ненависти. Ненависти и смерти.

Эйрин не удержалась и испуганно вскрикнула.

Дарж оттолкнул ее в сторону, и девушка едва удержалась на ногах. Рыцарь в несколько шагов стремительно пересек зал и оказался возле Грейс. Она попыталась разглядеть на его лице знакомое выражение доброты и любви, но перед ней теперь стоял совершенно другой, чужой человек. От него пахло дымом.

— Хочешь убить меня? — еле слышно спросила Грейс.

— Это нужно моему Властелину, — спокойно ответил Дарж. — Тебя отведут к нему.

В ту же секунду снаружи раздался какой-то шум. Грейс бросила взгляд на входную дверь — она была слегка приоткрыта. Она прикинула расстояние и поняла, что можно успеть выскочить из зала. Однако оставить Эйрин с Даржем Грейс не могла.

Шум сделался громче, превратившись в жуткий хор рычащих животных голосов. Глаза Эйрин удивленно расширились, она пятилась к боковой двери, через которую в зал вошел Дарж. В дверном проеме мелькнули какие-то тени.

— Послушай меня, Дарж, — начала Грейс. — Я знаю, что ты пока никуда не исчез. Прошу тебя, одумайся, не делай этого!

— Замолчи, малакорская блудница! — вскрикнул эмбарец и сильно ударил ее по щеке тыльной стороной ладони.

В голове у Грейс зазвенело, щеку пронзила боль. Она пошатнулась, но устояла на ногах и увидела, как через боковую дверь в зал лезут одна за другой жуткие фигуры фейдримов. Значит, фейдримы все-таки проникли в крепость.

Неприступная Цитадель пала.

ГЛАВА 51

Тревис собрался что-то сказать, но был не вполне уверен, что именно — то ли произнести руну, то ли признаться Джейс, что очень сожалеет по поводу гибели Макса. Впрочем, это было не самое главное, в любом случае он опоздал. Джейс схватилась за пистолет и выстрелила.

Раздался оглушительный грохот, и Тревису показалось, будто его голова раскололась на части. Стоящая перед ним Джейс опустила оружие. Тревис прикоснулся к собственной груди, но не обнаружил ни раны, ни крови на одежде.

Взгляд Джейс был устремлен не на него, а куда-то в сторону, ему за спину. Тревис оглянулся. Марти лежал на полу, устремив в пространство взгляд пустых, неживых глаз. Во лбу у него зияла дыра размером с кулак взрослого человека.

Тревис удивленно посмотрел на Джейс. Зачем она это сделала? Слова никак не давались ему, и Джейс опередила Тревиса, сама ответив на невысказанный вопрос.

— У него было железное сердце, — коротко пояснила она и быстрым точным движением отправила пистолет обратно в кобуру.

Тревис снова посмотрел на тело Марти. Затем опустился на колени и распахнул ворот его рубашки. Прямо посередине груди он увидел повязку, прилепленную пластырем. Отодрал ее, и взгляду предстал длинный шрам в левой части груди. Разрез был совсем свежий, еще даже не успел зарубцеваться.

Тревис закрыл глаза.

Я слишком опоздал, Джей. Мне следовало бы позаботиться о нем раньше, но я слишком опоздал.

В глазах Марти он увидел не обычную безмятежность, а равнодушие смерти. Марти — или то существо, в которое превратился Марти, — непременно убил бы его. Если бы не Джейс.

Он открыл глаза и оглянулся. Выражение лица Джейс было суровым, однако в ее глазах он уловил какой-то призрачный свет, который оставлял надежду на благоприятный исход дела.

— Я не понимаю, — сказал он.

Джейс сделала шаг в его сторону.

— На мониторе сторожевого поста я увидела Дейдру. Она мелькнула на один короткий миг, но этого оказалось достаточно. Я поняла, что если она здесь, то и ты должен быть где-нибудь рядом. Поэтому я оставила пост и отправилась искать тебя.

Значит, Джейс была той самой женщиной-охранником, которую Вани увидела на экране монитора.

— Ты следила за мной, — заключил Тревис.

— Хотела узнать, что ты здесь делаешь. Надеялась понять, что ты затеял.

— Почему же ты не задерживаешь меня?

Она явно не намеревалась снова доставать оружие из кобуры.

— Потому что их кто-то должен наконец остановить, а ты — единственный, кто на это способен.

Ну и ну! Тревису пришлось опереться о стену, чтобы не упасть. В последний раз, когда он находился в Денвере, Джейс выдала его и Грейс агентам «Дюратека», и это едва не стоило им жизни. Но то, что она только что сказала, было явной бессмыслицей.

Джейс заправила за ухо прядь волос, и этот жест сделал ее хрупкой и уязвимой, несмотря на форму и пистолет в кобуре.

— Я и не ожидала, что ты поймешь, Тревис. Я и сама почти ничего понимаю. После смерти Максимилиана жизнь потеряла для меня всякий смысл. Мне казалось, что мир вывернулся наизнанку, перевернулся с ног на голову. Что законы и правила, действующие в одну секунду, в другую ничего не значат. Я винила тебя за то, что ты заразил безумием весь Касл-Сити. Когда они пришли ко мне, то предложили вернуть мир в прежнее состояние, когда главенствовал порядок и везде царило спокойствие. Они предложили мне следовать новому кодексу, новым законам.

— «Дюратек»!

Тревис сжал пальцы в кулак. Джейс отвела взгляд.

— Какое-то время это меня вполне устраивало. Если следовать их правилам, если ни о чем не задумываться, то может возникнуть впечатление, что существование снова обрело смысл. — Джейс посмотрела Тревису в глаза. — Вот только все оказалось ложью. «Дюратеку» неинтересно действовать по закону, он хочет устанавливать собственные законы и правила. В глубине души я считала, что Максимилиан рассердился бы на меня, узнай он, чем я стала заниматься.