Врата зимы - Энтони Марк - Страница 133

Часть VI

ПОСЛЕДНЯЯ РУНА

ГЛАВА 56

Тревиса разбудил какой-то ухающий звук непонятного происхождения. Звук был негромкий, похожий на голубиное воркование на закате дня, только более низкий, ощутимый даже телом. Несмотря на то что в нем совершенно отсутствовал ритм, было в звуке нечто музыкальное. Он согревал заледеневшее тело Тревиса, вдыхал воздух в его страждущие легкие.

Тревис ощутил нежное прикосновение к своей груди, ногам, рукам. Он открыл глаза и увидел перед собой незнакомые, оттенка светлой глины лица. Попытался пошевелиться, однако острая боль пронзила тело, заставив испытать ощущение полной беспомощности. Неужели он переломал все кости, когда ударился о землю? Тревису казалось, что он летел целую вечность.

Чужие пальцы скользнули по его лбу. Он увидел принявшее наконец четкие очертания лицо человека, склонившегося над ним. Тревиса охватило странное чувство. Это было сродни тому, когда смотришься в зеркало и видишь чужое лицо. Однако, несмотря на все различия, лицо не слишком отличалось от его собственного. Это было человеческое лицо. Незнакомец не сводил с Тревиса внимательного изучающего взгляда. Карие глаза смотрели из-под скошенного лба с сильно развитыми надбровными дугами. Густые волосы перехвачены на лбу кожаным ремешком. Нос у незнакомца был широкий и плоский. Скошенный подбородок зарос неряшливой щетиной. Скулы высокие, острые, лицо из-за этого делалось похожим на грубо высеченную из камня скульптуру. Мощные челюсти, способные перемолоть любую, даже самую жесткую пищу. Одежда была самой простой — накидка из шкуры какого-то животного, выкрашенная растительной краской в желто-коричневый цвет.

Его соплеменники — мужчины, женщины и несколько детей, собравшись вокруг Тревиса, внимательно его разглядывали. У них всех были одинаковые низкие лбы, скошенные подбородки и плоские носы. Однако в отличие от мужчины, который прикасался к Тревису, их меховые одеяния не были выкрашены.

— Кто вы? — спросил, вернее, прохрипел Тревис.

Человек в желто-бурой шкуре издал несколько неразборчивых звуков, которые Тревису показались монотонным уханьем, щелчками и рычанием.

Однако благодаря магии половинки серебряной монетки он понял, что ему ответили.

— Мы те, кто ждет.

— Чего ждут? — спросил Тревис, все еще не переставая хрипеть.

Последовала новая серия ухающих и рычащих звуков.

— Мы ждали, когда ты упадаешь с небес. Мы знали, что ты придешь. Конец всего сущего уже близок.

Тревис попытался вспомнить, что же именно произошло с ним. Он произнес руну разрушения и, пролетая через врата, почувствовал, что они рассыпаются в прах. Его последние мысли были о Бельтане и Вани. Затем он полетел в Пустоту. Однако после этого что-то все-таки случилось. В Пустоте, разделяющей миры, разверзлась глубокая трещина, которая и поглотила его, засосала, как океанский водоворот.

Тревис посмотрел вверх, на небо. По нему стремительно мчались серые тучи, прорезаемые вспышками красных молний. С небом явно что-то не так.

Он снова пошевелился, и на сей раз его попытка удалась. Тело оказалось цело, оно просто одеревенело от напряжения, как это бывает при сильном переохлаждении. Однако Тревису не было холодно. Окружавшие его люди излучали тепло. Оно буквально просачивалось в него, и он ощущал легкое покалывание, которое раньше частенько испытывал, когда затекала нога. Чьи-то сильные руки помогли ему встать на ноги.

Ран и ссадин на его теле не оказалось, а вот от одежды остались лишь жалкие лохмотья.

Со всех сторон возвышались черные горы, острые пики которых пронзали красное закатное небо.

— Что это за место? Где я? — поинтересовался Тревис.

— Это — место, где кончается надежда. — Человек в звериной шкуре указал на талисман, все еще висевший на шее Тревиса. — Это — место, где начинается надежда.

Тревис не понял его. Или все-таки понял? Он дрожащей рукой сжал руну надежды, которую вручила ему Грисла. Казалось, это было очень давно; с тех пор прошла целая вечность. Сначала было рождение, затем жизнь, а после нее — смерть. За смертью последовало новое рождение и так продолжалось вечно, по кругу.

Люди в шкурах протянули к Тревису руки и осторожно сняли с него остатки одежды. Он вздрогнул, но сопротивляться не стал, потому что был слишком слаб, чтобы стыдиться собственной наготы. Его ловко нарядили в мягкую шкуру. Стало тепло, и Тревис скоро перестал дрожать. Ему сунули в руки чашу, сделанную из дубленой кожи. В ней оказалась вода с добавлением какого-то крепкого травяного отвара. Тревис выпил ее содержимое до дна и почувствовал, что голова тут же прояснилась, а к телу вернулась сила.

Ему помогли встать, и Тревис увидел, что окружающие гораздо ниже его ростом. Самый высокий мужчина не доставал ему и до подбородка. Однако все они — и мужчины, и женщины — имели крепкое телосложение, плечи у них были округлые и мощные.

Место, в котором они находились, являло собой узкую долину, зажатую между двумя горными цепями с остроконечными вершинами. Под ногами лежал толстый слой пепла. Какая-либо растительность отсутствовала. Холодный воздух оставлял во рту какой-то металлический привкус. Из земли торчало несколько жалких обломков того, что когда-то было деревьями. У Тревиса возникло тревожное ощущение, что он уже когда-то видел этот мир.

— Имбрифайль, — неожиданно произнес он. — Доминион Бледного Короля. Но только это невозможно. Единственный вход сюда — через Рунные Врата.

Мужчина в крашеной звериной шкуре взмахнул руками.

— Нам известны и другие пути, какими можно попасть в наши края через горы. Они неведомы слугам Того-Кому-Повинуется-Лед. Во всяком случае, большинство их об этих путях не знает. Мы знали, что должны быть здесь, когда ты появишься. Вот потому мы и пришли сюда.

— Кто же вы такие?

— Я думаю, это могримы, — раздался за спиной Тревиса знакомый голос.

Тревис обернулся, и волна радости захлестнула его.

— Бельтан!

Он бросился навстречу рыцарю, и они заключили друг друга в крепкие объятия.

— Клянусь всеми богами, я уж и не думал, что мы когда-нибудь увидимся!

— И я тоже, — ответил Тревис.

Наконец Бельтан отпустил его и слегка отодвинул в сторону.

— Так кто же они такие, Бельтан? — повторил свой вопрос Тревис, чувствуя на себе взгляды окружающих его людей. — Я раньше слышал о могримах, но ничего не знаю о них.

— Фолкен рассказывал о них. Они были первыми людьми, самыми первыми, которые появились в те времена, когда в лесах и на полях жили Старые Боги. Все считали, что могримы давным-давно исчезли, вымерли окончательно. Но король Кел всегда утверждал, что они еще существуют. Похоже, он оказался прав.

Теперь Тревис все понял. Ему стало ясно, почему этот мир кажется ему знакомым. Он уже видел его на страницах книг, видел изображения на диорамах в музеях, там же он видел и восковые фигуры этих людей. Они либо сидели у костра, либо охотились на диких животных. Если верить учебникам, на Земле неандертальцы исчезли примерно тридцать тысяч лет назад.

Но они могли и не исчезнуть, Тревис. Они могли просто перебраться в другие места.

Бельтан прикоснулся к звериной шкуре, надетой на Тревиса.

— Они нарядили тебя в крашеную шкуру, как шамана, — сказал он.

Шамана? Тревис оглянулся на мужчину в крашеной шкуре. Тот взирал на него с непроницаемым выражением лица.

— А как ты здесь очутился, Бельтан? — повернулся Тревис к рыцарю.

— Мы использовали артефакт ворот, — объяснил тот, слегка нахмурившись. — Когда мы проходили под вратами, то подумали о городе Омберфелле как о месте нашего назначения. Это было единственное известное нам место неподалеку от Неприступной Цитадели. Вани сказала, что в таком случае лучше всего выбирать то место, какое можешь мысленно представить себе. — Он встряхнул головой. — Только что-то вышло не так, как мы хотели. В Пустоте образовалась трещина, и мы упали в нее. Мне показалось, что мы падали очень долго, наверное, на глубину нескольких тысяч лиг.