Застава - Крупеникова Ирина - Страница 71

71

– Я побегу. А то, кажется, опаздываю.

– Удачи вам, Оля.

Близнецы проводили девушку весёлыми взглядами.

– Шустрая девчоночка, – заметил Ворон.

– Ты бы её тогда, на поле, видел! – кивнул Тур. – Умелая и бесстрашная. Не каждая в её возрасте сохранила бы самообладание. Ну, ты готов?

Ворон спрятал очки в карман и усмехнулся.

– Каков план? Входим в кабинет и…

– Нет. Вхожу я. А вот чтобы я вошёл, тебе придётся мне помочь.

– А почему не вместе? – удивился Ворон.

– Он должен принять решение сам, без постороннего воздействия. Откажет, значит, будем искать другие пути, – Тур протянул брату белый халат. – И постарайся сделать так, чтобы на нас двоих внимания не обращали.

Ворон стряхнул со лба непослушную чёлку и хитро прикусил ус, заметив, как близнец тем же самым движением поправляет свою причёску.

– Тебе не кажется, что мы ещё не расцепились после карьера?

– Не вздумай от моего имени с медсестричками лясы точить, пока я буду у главврача, – Тур выразительно глянул на брата.

– Когда я последний раз так шутил? – Ворон разыграл обиду.

– В Рождественские праздники.

Планёрка закончилась в половине десятого утра. Заведующие отделениями стали выходить в коридор, а Ворон, улучив момент, проскользнул в приёмную. Главврач беседовал в дверях кабинета с кем-то из руководящего звена больницы, секретарша возилась с бумагами возле шкафа. Заняв позицию так, чтобы свет из окна не падал на лицо, Ворон дождался окончания разговора и обратился к начальнику клиники по имени-отчеству.

– В чём дело? – начал было тот, но под пронизывающим взглядом человека в белом халате онемел.

– Дело весьма серьёзное, – заговорил Ворон. Контролировать секретаршу затылком было нелегко, но пока удавалось. – Пожалуйста, уделите ему несколько минут вашего времени. Обсуждение состоится немедленно. В вашем кабинете.

Главврач качнул головой. То было не согласие, а попытка развеять мистические чары, опутавшие мозг.

– Немедленно. В вашем кабинете, – нажал Ворон. – Речь идёт о жизни и здоровье людей.

Сзади заскрипели дверцы шкафа.

– Проходите, – выговорил главврач.

Ворон дал знак близнецу. Тур появился в приёмной в тот момент, когда секретарша переносила папки из шкафа на стол.

– Доктор Полозов! – сердито воскликнула она.

Ворон стремительно обернулся.

– Здесь никого нет.

Несколько мгновений секретарша испуганно смотрела на двух «докторов Полозовых», затем на лицо её наплыла тень умиротворения, и она взялась спокойно перелистывать бумаги.

– Действуй, – шепнул Ворон брату. – Жду на улице.

Всеволод Полозов шагнул в кабинет.

– В чём дело? – повторил главврач и изумлённо огляделся, не понимая, когда оказался за своим рабочим столом и почему перед ним сидит рядовой доктор.

– Как я уже говорил вам, – Всеволод Полозов сделал вид, что продолжает прерванную речь, – в истории болезни пациента, поступившего в хирургическое отделение в субботу, упоминается свалка производственных отходов. Я провёл дополнительные исследования и пришёл к выводу, что недалеко от посёлка Медное без надлежащих мер безопасности сбрасывают высокотоксичные химические вещества. Вот копии анализов пострадавшего, взгляните. А это – фотографии свалки. Она находится в трёх-пяти километрах от деревень. Жители используют отходы в бытовых целях. У меня есть все основания утверждать, что химикаты содержат огромную концентрацию тетра-хлордибензол-n-диоксина.

– Минутку, – главврач озадачено разглядывал фотографии, – извините. Я не уловил смысла. Вы доктор Полозов, если не ошибаюсь?

Хирургу пришлось ещё раз подробно изложить обстоятельства, при которых пациент попал в его отделение.

– Этот вопрос вы могли бы решить с вашим заведующим.

– Увы, нет, – Всеволод Полозов пошёл ва-банк. – Я обращаюсь за поддержкой к вам. Лично. Мне нужна медицинская машина и ваше разрешение на исследование в лаборатории клиники биохимических анализов крови всех жителей окрестных деревень.

Главврач поднял ошарашенный взгляд на хирурга.

– Вы в своём уме?

– Я готов сам выехать на место и провести необходимые процедуры. Более того, оплатить все материалы и препараты. Эти анализы должны быть сделаны. Я уверен, большинство сельских жителей в той или иной степени подвержены действию диоксина. А это означает, что их нервная и иммунная системы, липидный обмен, кроветворные и половые органы постепенно разрушаются. Посмотрите на процент билирубина в крови моего пациента. Его печень просто разлагается. И так будет через год у каждого второго его соседа. Люди погибают.

– Нет. Минутку. Нет, – главврач протёр лоб. – Всё, что вы говорите, безусловно, настораживает, но это дело облздрава и санэпидназора, а не областной клинической больницы. Я не имею права самолично организовывать столь обширные проверки.

– Я думал обратиться в вышестоящие инстанции, – сказал Всеволод Полозов. – Однако первое, что потребуют там, это прямых доказательств наличия угрозы. А доказательства – анализы, которые необходимо собрать. Замкнутый круг, не правда ли? Поэтому я прошу вашей помощи.

– Я не могу взять на себя подобную ответственность, – собеседник поднялся из кресла и нетерпеливо прошёлся по кабинету.

Всеволод Полозов тоже встал, стараясь не упускать из виду выражение лица главврача. Тот продолжал:

– Доктор, поймите, то, что вы хотите предпринять, это не операция ребенку на дому, в которой вы победили. Не «пан или пропал»! Это акция, по крайней мере, районного масштаба. Всё, чем я могу помочь, это позвонить в облздрав и передать копию истории болезни. А решение будет принимать руководство области.

Тур понял, что пора разыгрывать козырную карту. Имя-отчество, произнесённое особо призывно, заставило главврача поднять глаза на собеседника.

– Я был на свалке, – заговорил Всеволод Полозов. – Я видел, как токсичные отходы растекаются по округе. Там всюду ручьи и болота. А в восьми километрах – водозаборные сооружения города. Это всё, – он указал на стол, где жизнерадостно блестели глянцем портреты рукотворной смерти, – идёт сюда, в наши квартиры, в наши семьи, в больницы, детские сады, в родильные дома. Люди будут болеть, не ведая о причинах. Диоксины разрушают ДНК. Значит, через несколько лет чаще и чаще будут рождаться младенцы-уроды.

– Вы сгущаете краски, – торопливо отсёк главврач. – Но я позвоню в облздрав. Вас это устроит?

– Нет. Я достаточно хорошо знаком с бюрократической машиной. Звонок не решит ровным счётом ничего. Дайте мне санкцию на проведение исследований, а потом уже звоните во все колокола.

– Я же сказал! У меня нет таких полномочий! – реплика прозвучала не столько сердито, сколько отчаянно.

– Вы и ваши дети будете пить эту воду! – Всеволод Полозов повысил голос. – Неужели вы этого не понимаете? Катастрофа не заставит себя ждать.

Кровь стучала в висках Тура, руки без перчаток горели, источая едва заметный огненный ореол, а за спиной виток за витком разворачивалась невидимая человеческому глазу холодная тень, подобная телу гигантской змеи. Тур застыл, когда влажный дух болота коснулся плеч. Замер Ворон где-то во дворе больницы, пристально глядя в пустоту. Оцепенел и человек в кабинете. Секундная стрелка на настенных часах замедлила свой бег и остановилась в наступившем безвременье.

Разорван круг, мосты наведены. Былое зрит остывшими очами На мир живых. На тех, кто за плечами Без страха слышит голос старины.

Духи прошлого и грядущего. Они поднимались из распахнувшихся врат запредельного царства и шли, шли, шли вперёд по незримому мосту сквозь живые тела, предметы и стены. Голоса их таяли в тишине, лица и образы стекались в единый абрис, а след растворялся в человеческой памяти. И казалось, нет этому потоку конца…

Мерно тикали часы. Главврач задумчиво смотрел на фотографии, разложенные на столе.