Застава - Крупеникова Ирина - Страница 87

– Их выслали на Урал. С тех пор нашу семью носило по всей России. А ты хорошо знаешь родовую историю?

Лис тяжело вздохнул.

– Нет. Вырос в Сибирской глуши. Родители никогда про дедов и бабушек не рассказывали. Соседи нас сторонились, а старшие братья и сёстры норовили по достижении совершеннолетия навсегда уехать из дома. Влад и Всеволод это сделали первыми. А я последним. И стараюсь не думать про детство.

Оля отвела взгляд.

– Это ведь грустно. В восемнадцать лет и сразу без папы и мамы.

– Но и ты живёшь у чужой бабули, – тихо напомнил Лис.

– Ну, я учусь в Твери. А мама у меня сложный человек. Но я её очень люблю, – решительно заявила Оля и вспомнила. – Ой. Я же должна бабуле лекарство принести. Она ждёт давно. Борис, поехали?

Обратный путь начался в молчании. Лис слушал ровный гул мотора и в тайне надеялся, что «шестёрка» опять задурит где-нибудь на пустой дороге и тем самым оттянет неминуемое расставание. Но машина бодро отсчитала километраж по широкому тракту московской окружной, легко поддаваясь рулю, свернула на шоссе и устремилась навстречу белым многоэтажкам жилого микрорайона.

– Борис, как ты будешь искать Ки теперь? – вдруг спросила Оля.

Он устало пожал плечами.

– Что-нибудь придумаю.

В рокот мотора вкрались фальшивые ноты. Лис навострил уши.

– Странно всё сегодня получилось, – продолжала девушка, не замечая затаённо восторженного взгляда спутника. – Я всего лишь вышла в аптеку, и вдруг встретила тебя, оказалась на кладбище и наблюдала общение с потусторонним миром. А потом оказалось, что у нас с тобой много общего.

– В народных преданиях встреча часто упоминается как символ судьбы, – обронил Борис Полозов.

Мотор громко рявкнул и издал серию резких, похожих на кашель, звуков. Лис взял на себя роль переводчика.

– Кажется, у нас проблемы.

– Ой, опять?

– Извини, – стушевался водитель.

«Шестёрка» дотащилась до поворота, сползла на обочину и встала. Борис Полозов опустил руки.

– Придётся голосовать попуткам и просить позвонить домой, – сказал он.

– Мы не одиноки, – Оля показала вперёд.

На противоположной обочине припарковался элегантный бордовый «Фиат».

– Пойду попрошу у шофёра телефон, – Лис нехотя вылез из машины.

– Я с тобой.

Стукнула дверца. Но за мгновение до этого лисий слух поймал другой звук: глухой одиночный хлопок, напоминающий…

Пахнуло смертью.

Лис мгновенно похолодел.

– Ты слышала?

– Что?

– Как будто выстрел.

Оля огляделась. За редкой полосой кустов начинались насыпные холмы, о назначении которых приходилось только гадать, и край низкой кирпичной стены разваленного овощехранилища.

– Я дверь громко закрыла, – дрогнувшим голосом возразила девушка.

– Нет. Выстрел прозвучал раньше. Я посмотрю.

Лис решительно направился к «Фиату». Оля догнала секундой позже.

– Кому-то может потребоваться медицинская помощь, – объяснила она своё присутствие.

Юноша сдержанно кивнул. Номер бордовой иномарки он разглядел издали и к машине приближаться не стал. Спустился в неглубокий кювет и направился туда, где, по его мнению, раздался выстрел. Подруга не отставала.

Треснули сучья. Впереди за кустарником мелькнула мужская фигура.

– Автобус пропустили, – громко объявила Оля.

По шоссе проехал тупорылый «ПАЗ».

Борис Полозов обернулся на ожившую дорогу. Следом за маршруткой промчались подряд четыре легковушки, и за поворотом послышалось напряжённое тарахтение трудяги-трактора. От обилия ближних звуков у Лиса заложило уши. Он потряс головой, поднял взгляд и вздрогнул. Прямо на него вышел молодой парень, а за его плечами…

…текла холодная сухая бездна. Отодвинув пасмурный летний вечер, отрезав живительный дух травы, бездна неподвижно мчалась из пустоты и оседала в нахальных глазах застывшими льдинками. Едкий колючий запах удовлетворения плавал вокруг крепкого тела, и ядовитый оскал – след выброшенных слов – перекосил человеческий лик.

Лис смотрел на убийцу. Убийца – на Лиса.

Лицо шевельнулось гримасой.

Юношу окатила дрожь. Догадался? – пронеслось в уме. Он поспешно спрятал взгляд.

Рука встречного приподнялась к поясу.

Лис оцепенел.

Тут задвинутые за край сознания звуки решительно напомнили о себе. Трактор добрался-таки до поворота и, завывая, принялся набирать обороты. Киллер быстро глянул на оживлённое шоссе, с некоторой натугой опустил руку, готовую вытащить оружие, и пошёл в направлении своей машины. Лис посторонился. На обочине хрустнул гравий. Загудел мотор.

– Борис, кто это? – шёпотом спросила Оля.

Юноша медленно повернулся лицом к отъезжавшему «Фиату».

– Убийца, – пробормотал он одними губами.

За лесополосой и травянистыми холмами ликовала смерть. Её ни с чем не сравнимый запах стелился над землёй, очерчивая точный маршрут к месту, где оборвалась чья-то жизнь.

– Он не будет заложным! – возбуждённо воскликнул Лис. – Скорее! Мы обязаны успеть!

Оля шумно сглотнула волнение и побежала за товарищем, ринувшимся сквозь кустарник.

– Не возьмёшь… Не возьмёшь, – на бегу шептал Лис, чувствуя, как где-то поблизости зреет мёрзлая дыра, и цепкие руки Пятницы разгребают плотный туман в поисках пути на этот свет. – Нет!

Он рванулся наперерез. Трава, кустарник, земля и небо сгинули во тьму. Откуда ни возьмись повалил дым, вспыхнул призрачный костёр, мелькнула и рассыпалась яркая плоская картина, изображавшая нечто пасторальное, и в тот же миг всё вернулось на свои места.

Лис замер, обнаружив, что уткнулся в кирпичную стену.

– Здесь он, здесь! – выкрикнула девушка, только что обогнувшая насыпь.

Борис Полозов повернулся на голос.

Человек лежал ничком в обширной луже и не подавал признаков жизни. Запыхавшаяся Оля наклонилась к притопленному телу и потянула за ноги.

– Помоги вытащить!

– Он мёртв, – сказал Лис, осторожно огибая лужу.

– А вдруг у меня получится? – возбуждённая, Оля не желала признавать очевидное.

– Получится что? Оживить убитого? – горько усмехнулся юноша, продемонстрировав мелкие, острые, как у лисицы, зубы.

Девушка отпрянула, медленно перевела взгляд на бездыханное тело и сникла. От её стараний труп изменил положение, и теперь была хорошо видна голова, вернее – оставшаяся её часть. Остальное превратилось в бесформенное месиво.

– Я слышал второй, контрольный выстрел, – удивительно спокойно объяснил Борис Полозов. – Первый был значительно раньше.

Он присел на мокрую траву и устало опустил плечи. Оля не пошевелилась.

– Борис, нужно звонить в милицию, – выдержав длинную паузу, сказала она.

– Да, пожалуй, – отозвался Лис. – Но давай подождём пару минут. Если за ним никто не придёт, значит, я всё-таки успел помешать Пятнице.

Девушка либо не расслышала, либо решила не уточнять, что такое «пятница» в понимании товарища. Она машинально поправила волосы, взлохмаченные порывом ветра, и пробормотала:

– Я… я не понимаю…

– Это потенциальный заложный, – вздохнул Лис.

Он отчётливо слышал, как кто-то незнакомый отчаянно скребётся на границе, цепляясь за обломанный мост. Оля пожала плечами, покосилась на покойника и, передёрнувшись, торопливо отошла к склону холма, откуда просматривалось занавешенное высоким кустарником шоссе. Будь Борис Полозов менее взволнован, он сполна бы оценил выдержку и хладнокровие подруги. Но сейчас для Лиса жизнь текла как будто за матовым стеклом, а он стоял на своей заставе, ожидая атаки из глубин небытия.

– Слушай ты, рыжий, убирайся отсюда. Не торчи у меня на пути! – грохнуло рядом, и мертвец резко сел в луже.

Челюсть Лиса плавно опустилась вниз.

– Чего уставился? Пусти, говорю!

– Я тебя не держу, – отозвался Лис и на всякий случай помотал головой, отгоняя наваждение.

Но наваждение в лице покойника исчезать не пожелало. Более того, труп раздвоился, и копия его бодро вскочила на ноги. Лицо и голова выглядели целёхонькими, но джинсовая куртка, надетая поверх чёрной футболки, была заляпана кровью.