Ледяная птица - Мамаев Сайфулла А. - Страница 70

– Подожди, ты сказал, семеро? – Ваха сощурил маленькие глазки. – Семеро? А сколько у вас было беглецов?

– Беглецов?

– Да, пленников, сколько у вас их сидело?

– Четверо. Нет, пятеро, я москвича не посчитал.

– Какого москвича? Здорового такого, похожего на шкаф?

– Да нет, худого. – Хомяков поднял указательный палец, дабы обозначить степень худобы Рыкова. – Того, что месяц у нас сидел.

– Ладно, пятеро есть, а кто еще двое?

– А, здоровый с ними тоже был! – вдруг вспомнил Павел. Знай он о бронежилетах, которые были на беглецах, прибавляя им солидности, то, возможно, промолчал бы и уж во всяком случае не судил бы так категорично, но уж больно хотелось ему показать себя перед Бронзовым. Вдруг именно этот голем заметит его старание и удачливость? А что, чем черт не шутит?

– Кокакола. – Ваха кивнул головой. – А седьмой скорее всего Мохов. Все сходится.

– Что?! – оторопело воскликнул Хомяков. – Товарищ капитан?

– Да сука твой капитан! – прокричал Ваха, брызгая слюной. Он так ненавидел этого капитана, что одно только упоминание о нем приводило его в бешенство. – Тварь поганая! Он… Я его, когда поймаю, из живого всю кровь солью! Высосу из него все до капли!

– Не… – Испуганный Паша хотел возразить, но, вовремя догадавшись, что эдак и его самого запишут в предатели, быстро перестроился. – Не только он! Прапорщик Тараненко! Тоже предатель!

Махмудов и его приближенные переглянулись и разом придвинулись к сержанту.

– Говори, что знаешь, – тихо сказал Фаттах, наклоняясь к Хомякову. – Это серьезное обвинение, обосновать надо.

– Когда я выяснил, куда шли беглецы, хотел быстро доложить об этом товарищу Свенсону. А тут, как назло, прапорщик навстречу. Я ему говорю, мне к Чистильщику надо, а он не пускает, начинает в сторону уводить. Если бы товарищ Свенсон не вышел в коридор, он бы так и не пропустил меня. А вот товарищ Чистильщик молодец, сразу побежал туда, но было уже поздно, эти гады смылись, их как будто предупредил кто-то!

– Так-так… – проговорил Ваха. Вот так удача! Пусть теперь Мартин талдычит сколько угодно, что, мол, Хранитель глуп и ничего не понимает… Вот, пожалуйста, живой свидетель того, что Мохов переметнулся к врагу и прапорщика своего сманил. Осталось только найти доказательства повесомее, а то ведь и сержанту не поверит. – А кто, по-твоему, мог предупредить капитана? Кто еще был с вами?

– Товарищ Сартов.

– Нет, из ваших! Из сапог?

– Никого! – Хомяков проглотил унизительное прозвище «сапог». Чего только не вытерпишь ради того, чтобы стать големом. – Только мы четверо.

– Ну-ка вспомни, прапорщик ни с кем не связывался? – допытывался Махмудов. – Напряги мозги! Может, у вас сигналы какие-то условные есть? Или, может, ты слышал какие-то звуки странные?

– Да не мог я ничего слышать! – Паша дернул головой. – Тараненко забрал мою рацию, его собственная отказала… А вообще, они вместе давно служат, так что такое вполне возможно.

– Ага, вот, значит, как! – Глазки Бронзового хищно загорелись. – На связь он не выходил, якобы не выходил, а рацию все равно в руках держал? Я правильно понял, рация была у него в руках?

– Да.

Ваха победоносно посмотрел на своих големов. Те ухмыльнулись. Все понятно, предательство налицо.

– Так, где у вас рации? – Махмудов решительно повернулся к Хомякову. – Те, новые?

– На складе.

– Веди!

Мартин повернулся к Сартову:

– Ты что-нибудь понимаешь?

– А что тут понимать, бросили генератор, делов то! – Бронзовый пожал плечами. – На их месте я бы это сделал еще раньше. Жизнь дороже, мертвому никакая электроэнергия не поможет.

– Ты что, в самом деле не понимаешь, о чем я говорю? – Свенсон вышел из зала и потянул носом. – Они бросили генератор, лишь когда оказались в безвыходном положении, когда стало невозможно тащить его с собой. А это значит, что им очень нужно добраться до источника электроэнергии.

– Хочешь сказать, что Рыков решил программироваться?

– А у тебя есть другое объяснение? Тогда давай, скажи мне, по какой такой причине люди, которые знают, что их преследуют и кто преследует, в панике удирают, а все равно продолжают таскать за собой эту груду металла? Для чего?

– Я не знаю, для чего он им нужен, может, просто чтобы мы голову поломали, – невозмутимым тоном произнес Сартов. – А что, вполне в стиле Рыкова! Знал бы ты этого парня, не удивлялся бы! Хотя, может, ты и прав. Я все допускаю. Но не это главное. Это все ерунда!

– Ерунда?!

– Самая настоящая. – Горик обернулся и посмотрел на молча следующего за ним прапорщика. – Вот пусть Виктор скажет. Если люди таскают за собой генератор, если бросают его, лишь когда их вконец приперло, следовательно, они еще не успели сделать то, для чего его брали. Так?

– Так, – буркнул Тараненко.

– Отсюда вывод: куда бы они ни шли, все равно будут пробиваться туда, где есть электрическая сеть. Так?

– Так! – произнес на сей раз Чистильщик. На его лице появилась улыбка. Он понял, что появился реальный шанс перехватить беглецов и вернуть программатор с дисками. – Виктор, где у вас можно подключиться к электроэнергии?

– Только наверху. Или в ауле.

– А есть еще генераторы?

– Нет, – сказал прапорщик. Он лгал, понимая, что рискует, но не мог же он предать своего командира. – Только этот.

– Тогда…

– «Первый», я «Бронзовый»! – захрипела рация на поясе Тараненко. – «Первый», я «Бронзовый», подскажите ваши координаты!

– Карим, слышишь? – Белобрысый, курносый, весь в рыжих конопушках голем повернулся к напарнику и глазами показал в сторону коридора.

– Слышу, – подтвердил Карим. Круглолицый, с большим бесформенным носом и узкими щелками глаз, он был старшим в группе, состоявшей из четырех Глиняных. Кроме него и курносого Матвея в нее входили смуглый почти до черноты Али и высокий худощавый Ян. Все они до того, как прийти в отряд Фаттаха, успели повоевать наемниками в армиях многих стран мира, но до Глиняных доросли только здесь, в горах Кавказа. – Шаги. Большой отряд.

– Отлично, мы их встретим! – Ян перекатился к заранее подготовленному месту для стрельбы и бережно поднял снайперскую винтовку ВСК-94. Легкая, компактная, предназначенная специально для развед-групп, а потому снабженная стволом-глушителем, она еще ни разу не подводила своего хозяина. – Только бы на этот раз опять свои не оказались!

– А это мы сейчас проверим!

Карим снял с ремня рацию и, нажав тангенту передатчика, коротко, почти неуловимо для обычного слуха, свистнул в микрофон. В ответ донеслось два ответных свиста.

– Свои! – разочарованно протянул Матвей. – Нет чтобы сидеть на одном месте, все шляются и шляются! Только дергают зря.

– Если все сидеть будут, то кто ж самовольщиков поднимет? – флегматично заметил Ян. Он отложил в сторону винтовку с необычно толстым стволом и рывком вскочил на ноги. – Они ведь тоже залечь могут. Чтобы дичь на охотников вывести, ее загнать надо. Вот загонщики и бродят.

– А правду говорят, что среди них есть трансформер, убивший сразу трех Глиняных? – поинтересовался белобрысый.

– Не трех, а…

– Тихо! – Карим вскинул руку вверх. – Еще шаги!

– Блин, хороводом они ходят, что ли? – Матвей сел на пол и привалился спиной к стене. – Кому от тоски помирай, а кому экскурсия. Кар, а может, и мы походим? А то сколько раз здесь был, а озера еще не видел.

– Тихо, кому сказал! – Круглолицый присел на корточки и пристально посмотрел в глубь коридора. – Если провороним и они пройдут здесь, знаешь, что Ваха с нами сделает?

Дальше развивать тему не пришлось, характер Бронзового всем был известен. Испытывать на себе его гнев никому не улыбалось.

Карим вновь свистнул в микрофон. Подчиненные напряглись. «То-то же! – подумал Карим. – А то скучно им, видите ли! Так недолго и бдительность потерять. Так, а почему молчит динамик?»

– Внимание! – тихо скомандовал Карим и повторно свистнул в микрофон. Ответа не было.