Жёлтые короли - Лобас Владимир - Страница 13

Глава вторая. АЗЫ НОВОЙ ПРОФЕССИИ

1.

В последний год жизни в России, ожидая разрешения на выезд, я решил, что мне необходимо получить водительские права. Конечно, права можно было купить, и стоили они не дороже, чем пара импортной обуви, но я и в самом деле хотел н-а-у-ч-и-т-ь-с-я управлять автомобилем. Как ни сложится моя судьба за границей, думал я, хорошо ли, плохо ли, а ездить на машине мне придется. И даже мой консервативный папа, который обычно не одобрял всякие мои затеи и у которого, как и у меня, никогда не было своей машины, на этот раз согласился со мной: «Там — все ездят. Там это необходимо».

Отмучившись шесть полагавшихся каждому учебных часов с инструктором, я получил советское «Удостоверение шофера-любителя». В Нью-Йорке экзотическое мое удостоверение обменяли на стандартный «лайсенс»*, но практики вождения у меня не было никакой. Самостоятельно, без инструктора, я ни разу не садился за руль.

Отступать, однако, было поздно, и, пообещав жене быть предельно осторожным, явился я на работу в тот самый бруклинский гараж, по ходатайству которого таксистские мои документы были оформлены в кратчайший срок.

Пришел я, как мне было велено, к пяти утра и увидел в диспетчерской безобразно заплывшего жиром «Ларри», который уверял кого-то по телефону: «Да, это я, Ларри!..» и жестом велел мне подождать. Разговор был важным: все, что говорила трубка, диспетчер старательно записывал на узеньких красных и зеленых бланках; по-видимому, он принимал ранние вызовы машин… Из угла в угол, хромая, словно перекошенный маятник, ходил насупленный алкоголик с крупнопористым, словно из пенобетона, носом… На скамье без спинки в неудобной позе сгорбилась женщина лет тридцати. Наверное, она сидела так уже давно; можно было только догадываться, что черты ее безбрового, серого сейчас лица, в иное время, в иной обстановке, милы и приятны.

Я понимал, что этих двоих лучше ни о чем не расспрашивать, и смутное предчувствие, что я вступаю в чужой, не известный мне мир, где живут какие-то совсем другие люди, по каким-то своим законам, — коснулось меня.

— «Ди»? Донна? — переспрашивал диспетчер. — Тоже десять?..

Дверь, в которую я вошел четверть часа назад, приоткрылась, и в образовавшуюся щель на высоте примерно дверной ручки в диспетчерскую просунулась всклокоченная голова и рявкнула:

— Ларри, машину для леди!

Правая рука Ларри продолжала писать, но левая — юркнула в ящик стола и швырнула на покрытую плексигласом поверхность ключи от машины. Женщина взяла их и вышла. Хромой продолжал ходить из угла в угол, а диспетчер все писал и писал:

— Фрэнк? Шоу? Двадцать?.. Гарри? Тоже шоу?..

— Ларри, машину для джентльмена! (* Лицензия — в данном случае водительские права таксиста.)

Ларри умоляюще взглянул на сердитого карлика: «Донна — Линда?» — рука шмыгнула в стол. — «Дубль?» — звякнули ключи. — «Четыре?» — хромой вышел…

Приблизившись к столу, чтобы напомнить о себе, я взглянул на разграфленные бланки и увидел, что диспетчер вписывает свои пометки в столбики, озаглавленные так: «Название ипподрома», «Сумма ставки», «Номер заезда». (Впервые — мне теперь часто придется употреблять это слово — я видел живого букмекера). А по плексигласу стола по направлению ко мне уже скользнула какая-то синяя карточка с фотографией. Я взял ее в руки. Фотография была моя. Рядом было напечатано мое имя. А над именем и фотографией нависал черный, не изменившийся и по сей день мой таксистский номер — 320718.

— Ключи не забудь! — прикрикнул на меня диспетчер. — Они тебе пригодятся…

В глубине захламленного двора стояли два желтых «форда»: один — новехонький, на который — ну его к бесу! — я поглядывал с опаской, и другой — битый, изъеденный ржавчиной, но зато очень даже для меня подходящий. Какие бы увечья ни нанес я этому калеке, потом можно сказать, что так и было. Не раздумывая, я направился к старой машине и — не промахнулся: ключ легко отпер дверцу — шелудивый кэб предназначался мне. Взревел мотор. Теперь нужно было выполнить фигуру высшего пилотажа: развернуть машину к воротам. Я тронул руль, он не двигался. Попробовал сильнее — никакого эффекта. Баранка не крутилась нн вправо, ни влево, на лбу у меня выступил пот.

— Эй, Ларри! — голова карлика торчала рядом с моей машиной, а через двор, колыхаясь и пыхтя, к нам уже спешил Ларри.

— Руль не крутится, — пожаловался я.

— Эй, парень, — с налета заорал на меня Ларри, — у меня все машины такие! Ты что, не понимаешь: если руль «заедает», нужно нажать на газ? Тогда руль повернется.

— Нет, не понимаю, — твердо сказал я. — Когда нужно повернуть руль, я нажимаю не на газ, а на тормоз.

— Но в гараже сейчас нет другой машины!

— Ларри! — пристыдил диспетчера карлик.

— Хорошо, очень хорошо! — взвизгнул диспетчер. — Я дам ему кэб, у которого на спидометре пять тысяч миль! Но, Робби, пусть он в твоем присутствии сам подтвердит: можно доверить ему эту «ляльку», эту красавицу?

Тут загадочный мой покровитель, почему-то защищавший мои интересы, но в то же время и как бы не замечавший меня, повернулся в мою сторону. Нужно было что-то ответить. Я покраснел и отрицательно покачал головой:

— Нет…