Стервятники звездных дорог - Афанасьев Роман Сергеевич - Страница 93

Лифтовую площадку затянула волна гари. В дыму ворочалось серое месиво, исходящее вспышками, но Арт без труда разглядел сверкающую фигуру оружейника, стоящего в самом центре кипящего безумия.

Десяток серых шаров осаждали человека, сплетая вокруг него серый кокон. Ирраны пытались навалиться на него, закрыть своими телами, но ослепительные вспышки плазмы, слетавшие с плеч оружейника, рвали серую завесу в клочья.

– Роберт! – крикнул Арт и вскинул руку, указывая на ближайшего иррана.

С плеча скатился сияющий шарик плазмы и, повинуясь жесту руки, рванулся к схватке. Он вонзился точно в центр кипящего кокона и прорвал поле иррана. Шар вздрогнул, покрылся черными разводами и лопнул мыльным пузырем, взметнув серые клочья к оплавленному потолку. Серые хлопья растаяли в воздухе, а на полу осталось только черное жирное пятно.

Сеть ирранов на мгновение распалась, открывая потускневший скафандр оружейника, и Арт с ужасом увидел, что Роберт стоит на коленях. Роб взмахнул руками, словно пытаясь оттолкнуть командира, готового очертя голову броситься в схватку, и в тот же момент десяток серых молний снова ударили в лифт.

Артур отшатнулся, нырнул в угол кабины и вжался в стену. Створки лифта задрожали, потекли горячим воском, лифт тряхнуло так, что старпом повалился на пол. За стеной полыхнуло багровое пламя, и весь этаж содрогнулся от взрыва. По коридору прошелестел вздох горячего воздуха, в распахнутую дверь лифта брызнули капли расплавленного металла и сверкающей росой осели на стене. И только тогда пришла тишина.

– Роб! – закричал Артур, поднимаясь на ноги. – Роберт!

В противоположном углу сдавленно закашлял Алекс, но старпом даже не глянул в его сторону. Спотыкаясь, он вывалился из лифта и замер.

Площадки у дверей больше не было. Коридор сильно раздался в стороны, превратившись в огромную пещеру с оплавленными стенами. Куски размякшей пластали сталактитами свисали с изуродованного потолка, а стены стекли на пол волнами застывшей магмы, открывая черные провалы соседних отсеков.

В центре, на полу, лежал Роберт. Вокруг него расстилалось огромное выжженное пятно – все, что осталось от воинства ирранов.

На негнущихся ногах Артур подошел к оружейнику и опустился на колени около неподвижной статуи. Скафандр Роберта сильно оплавился и почернел. Он потерял очертания человеческого тела и обвис бесформенным мешком. В тех местах, где он касался пола, броня сплавилась с пласталевым покрытием, сковав человеческое тело прочными оковами. Черное забрало треснуло, и сквозь него виднелись губы оружейника – обожженные дочерна.

Он походил на рыцаря в разбитых доспехах, лежащего на поле брани, – мертвого, но непобежденного.

– Роберт, – прошептал Артур, и его рука замерла над телом друга, не в силах прикоснуться к нему.

Исковерканное тело вздрогнуло, и черные губы шевельнулась, едва слышно выдохнув:

– Капитан?

Старпом вскрикнул и наклонился над треснувшим забралом.

– Это я, Артур, – зашептал он. – Ответь мне, Роберт.

– Капитан, – прошелестели сухие губы. – Остальные...

– Минус Хан и Питер, – отозвался Арт. – И я не капитан...

– Сейчас ты мой капитан, – выдохнул оружейник. – Алекс?

– Да плевать на него! Роб, боже, только держись, я сейчас что-нибудь...

– Моруа цел?

Артур коснулся рукой скафандра оружейника и почувствовал, как тело, закованное в металл, сотрясают судороги. Защипало глаза.

– Цел и невредим, – тихо произнес он.

– Я так... – Роберт вздохнул. – Задание. Справился?

– Задание выполнено, сержант, – медленно сказал Артур, положив ладонь на почерневшую грудь оружейника. – Ты исполнил свой долг.

– Хорошо, – просто сказал Роберт, и его губы застыли.

Судорога сотрясла даже железные доспехи. Они дрогнули в последний раз, едва не вырвавшись из ловушки расплавленного металла, и замерли. Навсегда.

– Покойся с миром, солдат, – хрипло произнес Артур, чувствуя, как искусственное сердце гулко колотится в груди. – Ты победил.

Он отнял руку от неподвижной груди оружейника, и из-за плеча раздался знакомый голос:

– Роберт...

– Дэн! – вскрикнул старпом и обернулся.

За спиной стояли Алекс и Амир. Моруа держал второго пилота за руку, а глаза Амира обшаривали коридор, не в силах остановиться на чем-нибудь одном.

– Дэн? – спросил Моруа. – Кто это?

Старпом медленно поднялся, чувствуя в железных ногах слабость, какую он еще не испытывал в своей второй жизни.

– Никто, – выдавил он, прислушиваясь к голосам за спиной. – Это не важно.

Молодой пилот бросил взгляд на закопченные доспехи, вплавленные в пол.

– Мне очень жаль, – сказал он. – Но нам нужно идти. У нас остается мало времени.

– Конечно, – выдохнул Арт. – Да, нужно идти.

Он вслушивался в голоса призраков. Дэниэл. Он отчетливо слышал его голос. Вот, значит, как. Кажется, он и сейчас его слышит – тихий шепот где-то на краю сознания. Роза? Нет. Ее голоса нет среди этого хора. Арт был в этом уверен. Это очень хорошо, значит, есть надежда, что «Стальной Шип» уцелел. Но все изменится, если проклятый «Эдем» доберется до Виктории. Тогда в этом хоре станет больше голосов. Намного больше.

– Артур?

– Да, – отозвался старпом, поднимая глаза. – Ты знаешь, куда идти?

– Первый коридор направо, пятьсот метров. Там будет шлюз, ведущий в ходовую рубку. Оттуда можно управлять двигателями напрямую, через заводские ремонтные системы...

– Идем. – Арт лязгнул забралом, открывая бледное лицо с рваной дырой во лбу. – Я первым, вы – за мной. Присматривай за своим другом.

– Конечно, – отозвался пилот, – я...

Артур Корн резко обернулся, и пилот отшатнулся, увидев в застывших глазах киборга пылающий огонь.

– Мы убьем их всех, – сказал он и перевел взгляд на тело, лежавшее у его ног. – Всех до одного, Роберт. За тебя и за всех остальных.

Он развернулся и зашагал по жирным черным пятнам к ходовой рубке корабля. Старпом больше не думал о том, что идет на эшафот, как приговоренный к казни. Нет, Артур Корн шел к оружию, что было способно унести в небытие остатки расы ирранов. И ничто в мире сейчас не могло его остановить.

Сектор: неизвестно.

Координаты: неизвестно.

Корабль «Стальной Шип»,

порт приписки отсутствует.

Корабль оказался маленьким грузовичком, разгонявшимся для прыжка в систему Виктория. Как он очутится здесь, в пустых секторах, Роза не знала. Скорее всего это мелкий торговец, которому контрабандисты назначили встречу здесь, подальше от чужих глаз. Приняв на борт сомнительный товар, грузовичок начал свой путь к самым большим рынкам человеческих миров – на Викторию, систему, что давно стала одним большим торговым центром. А может, все было совсем по-другому, и это законопослушный служака, заплутавший на окраинах обжитых миров... Сейчас это не интересовало Розу. Ей нужен был доступ к передатчику торговца, что мог вывести ее к ближайшему бую межгалактической линии передачи. У грузовичка не хватит сил, чтобы поймать сигнал, но передатчик «Шипа» плюс передатчик торговца... Роза знала, что нужно делать.

Она даже не стала подходить к нему вплотную – она не собиралась терять из виду «Эдем». Ни за что. Когда ее сенсоры почти потеряли колонизатор, она выровняла курс, стараясь удержаться на этой дистанции, и постаралась достучаться до торговца.

Это оказалось не так легко – до него было далеко, шел он быстро, и Розе понадобилось десяток попыток, прежде чем она смогла зацепить плохо защищенный канал связи.

Она вломилась в системы грузовика, как штурмовая группа в пиратское логово. С шумом и треском, не маскируясь. Система безопасности торговца, что могла защитить его разве что от сетевых хулиганов, разлетелась под ударами боевых систем «Стального Шипа», как хрупкое стекло, и Роза в один миг получила полный доступ к системам чужого корабля.

Первым делом она отключила экипаж от управления и выровняла курс торговца, носившего скромное имя «Эндрю». Теперь он шел с ускорением, равным ускорению «Эдема» и «Шипа». Расстояние между кораблями перестало увеличиваться, и Роза зависла в центре хрупкой системы. С одной стороны «Эдем», в центре – «Стальной Шип», на другом краю – «Эндрю». Сохранение баланса требовало сложных вычислений – колонизатор ускорялся, и Розе нужно было поддерживать необходимую скорость и «Шипа», и торговца – чтобы корабли не разошлись в пространстве. Для этого достаточно крохотного просчета в доли секунды... Но искусственный интеллект не мог допустить такой просчет. Роза не имела права ошибаться.