Кононов Варвар - - Страница 56

56

– Ну а я что говорил? – усмехнулся Эйрим. – Зачем тебе мои воины в Кро Ганборе, коль есть у тебя такой помощник?

Он отвернулся и начал распоряжаться: велел убрать трупы, вправить вывихнутые суставы, обмотать ремнями переломанные кости и напоить всех раненых и ушибленных крепким вином. Конан же думал о том, что все выходит так, как и задумано Дайомой: Идрайн перебьет воинов колдуна, а сам он разделается с Гор-Небсехтом… «Ну, чему быть, того не миновать, – решил киммериец, – хорошо еще, что Эйрим положит две трети дружины колдуна».

Тела были убраны, а раненые, опасливо поглядывая на Идрайна, пошли утешаться хмельным. Эйрим, Конан и троица седоусых отправились в хозяйские чертоги – допивать аквилонское и посовещаться насчет резни, что намечалась следующей ночью. Голема киммериец забрал с собой, подальше от греха. До рассвета было еще далеко, и за оставшееся время серокожий вполне мог снять головы со всех обитателей Длинного Дома.

На пороге Эйримовой горницы Конан огляделся и заметил, что в корабельном хранилище, где спали люди Торкола и Фингаста, мелькают огни. «Видно, их разбудил шум драки», – подумал он, прикрывая за собой дверь.

* * *

Вновь звякнул телефон, вернув Кима к реальности.

– Ким Николаевич, Дарья дома?

– Нет, Славик, – машинально ответил Кононов и посмотрел на часы. Матерь божья, почти девять! Сердце сжалось в тревоге, и он, стиснув трубку, выкрикнул: – Что случилось? Где она?

– Да, собственно, ничего. После обеда отлучилась, сказала, какие-то бумаги ей нужно подписать. Еще сказала, что к шести вернется. Я ждал, ждал… решил, что к вам поехала… вот, звоню на всякий случай…

«Бумаги подписать! – мелькнуло у Кима в голове. – Не иначе, в загс пошла, разводиться! Пошла, и нет ее…»

– Может, решила сестру навестить? – высказал предположение Славик. – Или задержалась в магазине… Или…

– Вот что, Слава, – произнес Ким, стараясь, чтоб голос не дрогнул, – я тут ее буду ждать и до утра с места не сдвинусь. Если придет, позвоню тебе. А если не позвоню, ты утром кое-что выясни. Знаешь, где Куйбышевский загс?

– Конечно. Пешего хода от нас – пятнадцать минут. Думаете, Ким Николаевич, что она…

– Ты слушай, Славик, слушай! Нужно выяснить, не видел ли кто ее в загсе… она девушка приметная, такую любой запомнит… Сделаешь?

– Утром поеду прямо туда и друга прихвачу, капитана милицейского, – с тревогой промолвил Славик. – Если что, где вас искать, Ким Николаевич?

– Не ищи. Сам в «Конан» приеду.

Положив трубку, Ким снова поглядел на часы. Начало десятого… Может, подписала заявление, сбросила камень с души и в самом деле поехала к Варваре? Пошептаться, пошушукаться… какое платье выбрать для свадьбы и как ее отпраздновать…

Он набрал номер «Цирка в Озерках». Голос ответившей девушки был уже знаком – та самая секретарша.

– Мне бы Варвару Тальрозе-Сидорову… Я Ким, ее сосед…

– Нет ее. Они с Олегом Облома выгуливают.

– А далеко?

– Не очень. На пустыре у озера.

– А если за ней сходить? Помните меня? Ким Николаевич, из двести тридцать второй квартиры… Я как-то вам звонил, милая девушка.

– Помню, помню! Что-то у вас случилось, потоп или пожар… А что сейчас?

– Цунами. В острой форме, – сказал Ким загробным голосом. – Так сбегаете за ней?

– Не могу. Телефон у нас один, и мне положено при нем сидеть.

– Может, кого пошлете?

– К сожалению, некого. Вечернее представление идет, все, как говорится, на арене… Да вы не волнуйтесь, не волнуйтесь! Цунами – это ведь, кажется, аллергическое? Глотните супрастинчику и…

– Вы ошибаетесь, девушка. Цунами не болезнь, это много хуже, – буркнул Кононов и отключился.

С минуту он сидел, уставившись на телефон, и скрипел зубами. Добежать до цирка и самому найти Варвару? А вдруг Даша где-то задержалась – может, туфли к свадебному платья выбирает и галстук жениху… то есть уже выбрала и сейчас придет… Заявится с галстуком и коробкой, а жених исчез! То ли в лесу гуляет, то ли вообще сбежал! К Альгамбре, снежной деве!

«Твой гормональный баланс нарушился, – сообщил Трикси. – Отрегулировать?»

– Не надо. Лучше скажи, что делать будем?

«Активные действия – на твое усмотрение. Я пришелец, ты автохтон и лучше разбираешься в ситуации. – Помолчав, Трикси добавил: – Я тоже обеспокоен. Твоя подруга очень милая… к тому же с нею мой инклин».

Он смолк, а Ким начал бродить по квартире и занимался этим делом до полуночи. Потом рухнул в койку, однако уснуть не удалось – лишь под утро забылся короткой и тревожной дремой. Снилась ему Дарья, плененная злым колдуном, а стерегла ее шайка ваниров, напоминавших покойного Гирю.

ДИАЛОГ ОДИННАДЦАТЫЙ

– Нехорошо получилось с кабаком, Анас Икрамович, нехорошо… Нашумели, постреляли, а толку – на рубль братской Белоруссии… Ну, я на вас не в обиде! Потому и звоню, чтоб вы на этот счет не волновались. Возьмем мы этот кабак, не сегодня, так завтра… возьмем, куда он денется! Хе-хе… Как говорил ваш Мухаммед, есть много способов, чтоб привести людей к Аллаху: поставки перекрыть, в аренде отказать или с горы столкнуть без парашюта… Так?

– Не поминай Аллаха и Пророка всуе, Паша, и про свое заведение забудь. Не очень надолго – так, на неделю… Это теперь моя проблема, дорогой, кровная, и я с ней разберусь. Может, и неделя не нужна, если шепнешь, где этот хакзад проживает… ну, главный крутильщик, который писатель-фокусник… Хочу с ним повидаться, понимаешь.

– Шепну, как не шепнуть… А хакзад – это кто, Анас Икрамович?

– Это, Паша, на персидском. Рожденный из праха, а проще – из дерьма… Говнюк, словом.

– Сочное словечко! Запомню, непременно запомню. Своих недоумков как называть? Чмо да притырок… хе-хе… Надоело!

– Ты, Паша, веселиться погоди, ты мне скажи про крутильщика. Где живет, куда ходит, с кем корешится… Зайцев мой говорит, дружки у него хайборийские, но к Зайцеву я нынче без доверия. Во-первых, дело провалил, а во-вторых, какие дружки, какая Хайбория? Хабаровск знаю, Харьков знаю, Хайфу знаю, Хайборию не знаю!

– И не надо, Анас Икрамович. Бред это все, глупости, чепуха… Да и разыскивать фокусника не стоит. Сам придет.

– Сам? Куда? В кабак твой на Фонтанке?

– Нет, на склад. На Зинку явится, откуда мои охламоны питье развозят. База там у меня винно-водочная, слышали?

– Это где Мурад сидит? Слышал, слышал… А что ему там делать, Паша? В нарды с Мурадом поиграть?

– Вы, Анас Икрамович, туда людей пошлите и не сомневайтесь – придет он, придет. Даже – хе-хе! – прибежит!

– Что-то ты, Павел, веселый нынче… С чего бы, а? Может, где подфартило, а я не знаю? Может, осетринку сторговал или коньяк французский из Молдавии?

– Веселый, Анас Икрамович, веселый… Радостный! Жена домой приехала, красавица моя. Из заграниц вернулась, с Акапулько.

ГЛАВА 12

МЕТАНИЯ И ПОИСКИ

Чем моложе человек, тем с большей отвагой он замахивается на глобальные проблемы, пытается решить неразрешимые задачи. Причина понятна: у юного льва больше страсти, у старого – опыта и осторожности… В молодые годы я размышлял о предвидении будущего, о том, что прекогнистика сделается точной наукой, способной предвидеть события на час, на сутки, на месяц или год, что избавило бы нас от многих ошибок и заблуждений. Но увы! Развитие нелинейной динамики и теории хаоса привело к парадоксальным результатам, к так называемой Первой Небулярной Теореме: чем дальше событие по временной шкале, тем больше вероятность его осуществления. То есть прогноз на сутки нереален, на век – сомнителен, а вот на десять тысяч лет вполне осуществим. Нелепость? Ничего подобного! Мы не ведаем, какие крушения и катастрофы произойдут через час, но знаем с очень высокой вероятностью, что через десять тысяч лет люди или погибнут, или доберутся до звезд, заняв подобающее место среди галактических цивилизаций.

Приведу один пример, доказывающий опасность и ошибочность краткосрочных прогнозов. На рубеже тысячелетий некое существо (для определенности будем считать его сторонним и очень эрудированным экспертом) утверждало: когда человечество достигнет планет Солнечной системы, на Земле не останется ни слонов, ни тигров, ни ослов. Иными словами, животные исчезнут, вытесненные человеком из всех пригодных для обитания экологических ниш. И что же мы видим в данный момент? Мы исследуем планеты, строим марсианский город и станции в венерианских облаках, однако фауна Земли не менее обильна, чем в конце двадцатого столетия. Есть слоны и тигры, а что касается ослов, четвероногих и двуногих, так их развелось еще больше. Как, впрочем, гиен и шакалов обеих пород.

Майкл Мэнсон «Мемуары.Суждения по разным поводам».Москва, изд-во «ЭКС-Академия», 2052 г.