Солдат удачи - - Страница 22

– Сейчас я – твоя владычица! – Нерис стиснула его коленями. – И я приказываю: говори! Признайся, многим ли женщинам ты подарил жизнь?

Дарт снова вздохнул.

– Боюсь, что ни одной, моя прелесть. Чем я могу одарить их, кроме любви и наслаждения? А жизнь… ее дает Всевышний, а не смертный человек.

Брови Нерис нахмурились, лоб пересекла морщинка.

– Не понимаю… нет, не понимаю… Ведь все так просто, воин! В синее время мужчина ложится с женщиной и зачинает дитя; женщина носит ребенка двести тридцать циклов и, когда производит на свет, молодеет. На тысячу циклов или на две… Моя мать родила шесть дочерей и восемь сыновей, но выглядит так же, как я. Теперь наступил мой срок… Тебе понятно? Или ты не рами и не знаешь о таких простых вещах? – Она ударила кулачком в грудь Дарта. – Может быть, не рами… Сердце твое с другой стороны, и слишком мало ребер… Но все равно я хочу тебя.

– Я тоже. – Дарт одарил ее страстным взором, надеясь, что блеск его глаз заметен в наступившем сумраке. – Но подожди, ма шер петит, позволь спросить… Что случится, если женщина ляжет с мужчиной не в синее время, а в желтое?

– Ничего. – Нерис пожала плечами. – Ровным счетом ничего!

«Вот как, – подумал он, напрягая память. – Кажется, женщины Земли беременели не только ночью, и этот их дар являлся источником вечных хлопот и неприятностей для мужей…» Пожалуй, он был уверен в этом, хотя воспоминания о родине оставались смутными.

– У всех ли женщин столько детей, как у твоей матери?

Нерис фыркнула.

– Не смеши меня! Такое позволено лишь ширам, иначе мир переполнился бы людьми, и для них не хватило бы ни места, ни жилищ, ни плодов! Женщина – обычная женщина – рожает лишь двоих.

– Но женщины рами живут дольше мужчин?

– Так повелел Элейхо. Дитя прибавляет женщине жизнь, а у мужчины она убавляется… Ты этого не знал? Но ты ведь не боишься, воин? И не откажешь мне в подарке?

– Не откажу, – ответил Дарт и обнял ее.

Видно, различия меж ними были гораздо большими, чем обещала внешность; облик обманывал, скрадывал их, не изменяя внутренней сути. Суть же состояла в том, что рами – или скорее их отдаленные предки – явились сюда из мира, непохожего на Землю. Не исключалось, что их изменили Темные либо сама реальность Диска, приливы и отливы гравитации, свет голубой звезды, пища, вода и воздух… Десятки факторов, сотни нюансов, и в результате – иная, отличная от земной физиология, другой генетический аппарат…

С Констанцией дела обстояли иначе. Насколько Дарт понимал природу метаморфов, Констанция, преобразуясь в земную женщину, ничем не отличалась от нее, ни внутренне, ни внешне. Она могла бы подарить ему дитя, не требуя взамен частицу жизни… Ничего не требуя, кроме любви…

Нерис, утомившись, наконец заснула. Дарт, чувствуя, как тяжелеет тело, лег на спину и стал следить за пляской светящихся мотыльков – сейчас их рой напоминал Галактику с мириадами крохотных разноцветных звезд, кружившихся по прихотливым орбитам. Дождь уже не шелестел, а молотил ветви и листья, грохот волн сделался настойчивее и сильнее, и временами с реки доносился резкий чмокающий звук – левиафан выпускал якоря-псевдоподии, впивался ими в песчаное дно.

Ночь тянулась бесконечно. Синий период, время раздумий и снов… Сон не шел, но думы неслись, как табун лошадей под щелканье пастушьего бича.

Теперь, встретившись с Нерис, он знал гораздо больше об этом планетоиде, обители десятка рас. Обители, не колыбели, ибо жизнь на Диске была индуктированной, перенесенной с других планет, известных Темным, – с какими конкретными целями, оставалось лишь размышлять и гадать. Они, вероятно, привыкли к своей среде обитания и потому не мыслили искусственных конструкций без живой природы, степей и лесов, морей и рек – и, разумеется, без сонма тварей, населяющих воды и сушу. Диск, при всем его своеобразии, являлся не космической станцией, а планетой – местом, предназначенным для жизни, устроенным так, как было удобно Ушедшим Во Тьму; значит, уходили они без поспешности, и процедура их отбытия тянулась, очевидно, сотни лет. Быть может, тысячи – так почему не провести с комфортом оставшееся время? Среди диковин и чудес из дальних уголков Галактики…

Реки, делившие Диск на сектора-континенты, играли роль естественных границ меж этими диковинками и чудесами. Когда-то, в очень отдаленные эпохи, каждый сектор был устроен по-особому, обладал эндемичной природой и, надо думать, имитировал определенный мир с присущими ему флорой и фауной. Но миновали сотни тысячелетий, и одни виды смешались меж собой, другие проникли на сопредельную территорию, а третьи эволюционировали, так удалившись от своего первоначала, что даже Ушедшим Во Тьму было б непросто их опознать. Дарт полагал, что мыслящие обитатели Диска – продукт такой эволюции, тянувшейся пару миллионов лет и даровавшей переселенцам разум. Вполне возможна гипотеза: Темные, с их трепетным почтением к биологическому естеству, не стали бы переселять существ разумных и нарушать процесс развития чужой цивилизации. Другое дело – растения и животные, включая тех, кто по прошествии времен мог бы превратиться в нечто большее, нежели бессмысленная тварь.

Время изменяло и перемешивало, дробило и соединяло, но результат еще не вызрел: каждый сектор отличался от других рельефом или растительностью, наличием или отсутствием гор, особым животным миром, а главное – той расой, что обитала в пригодных для жизни местах. Сектор, уже известный Дарту, считался «диким»: его занимали криби, и лес их был небогат – много хищников и мало съедобных плодов и кореньев. Эти джунгли, переливавшиеся всеми оттенками зеленого, произрастали на плоской равнине, что простиралась до прибрежных гор – хребта-ожерелья, которым Дарт любовался с высоты, сидя в пилотском кресле. Хребет кольцом охватывал полярный океан, и место это было особое – там, среди скал и горных отрогов, таились хранилища Детей Элейхо. Подземные бункеры Темных, как понял Дарт со слов Нерис, склады Ушедших Во Тьму, но не забравших с собой свои сокровища. Впрочем, к нынешним временам все доступные тайники были отысканы и разграблены.

По другую сторону реки лежал сектор рами, обильный плодоносящими деревьями, с фиолетово-индиговым лесом, сменявшимся то степью, то скалами, то холмами, то долинами ручьев и мелких рек. Эта местность, так же как другие материки, была не очень населенной, и Дарт еще не разобрался в мотивах, по которым рами, тири или данниты выбирали места для своих городов. Если только их можно было назвать городами… Он подозревал, что речь идет о чем-то другом – ведь, как объясняла Нерис, в них не имелось ни стен, ни башен, ни домов, ни дворцов. Больше того, сама идея строительства жилищ была ей чуждой и непонятной.

Возможно, причиной непонимания являлся фунги? Все же торговый жаргон не слишком подходит для разговоров на отвлеченные темы… Дарт решил, что нужно овладеть наречием рами – этот язык, вероятнее всего, окажется более богатым и подходящим для их бесед. К тому же они плывут в Лиловые Долины, в место, населенное ее сородичами, а всякому племени нравится, когда чужеземец владеет их языком.

За сектором рами располагались земли даннитов, карликов-тири и других существ, ходивших на двух ногах либо перемещавшихся на четырех или шести конечностях. Морское Племя джолт обитало за полярным океаном, трехглазые тиан жили за двумя материками и тремя большими реками от континента волосатых дикарей, а ко, создания-амфибии, не любившие суши, плавали везде и всюду, кроме центрального эстуария. Пересекать океан считалось делом небезопасным – днем воды его бурлили и бушевали, когда сквозь шахты в фераловой толще избыток влаги стекал из алого круга в голубой.

Днем плавали по рекам и в кольцевом океане. Дарт теперь представлял дорогу, пройденную флотом даннитов: они спустились по соседней реке, отделявшей их землю от сектора рами, скользнули у самого края Диска вдоль океанских берегов и стали подниматься вверх к другому, полярному океану. Их путь повторили тиан, но попали они в этот поток со стороны континента диких, и странствие их оказалось длинней – правда, их корабли отличались большей маневренностью и скоростью, чем даннитские катамараны. Кораблей, по утверждению Нерис, было великое множество, и, узнав об этом, Дарт наконец сообразил, что плывет по реке между двумя огромными флотами. Впереди – данниты, позади – тиан, не считая всякой мелочи, тири и ко, а также неведомых ему клеймсов, рдандеров и керагитов…