Неуязвимых не существует - Басов Николай Владленович - Страница 36

Так вот, убаюкивая себя разными посулами, я купил треть килограмма гипераммонала, взрывчатки, которая очень хорошо работала именно против легко колющихся материалов, например строительного бетона, два полиэтиленовых баллона с чрезвычайно вредным газом, противогаз и очень дорогой, охватывающий почти все тело, бронескафандр. Собственно, я и не хотел так много тут прихватывать, но скафандр отдавали задешево, жаль было упускать такую возможность, а взрывчатка всегда пригодится, если не для дела, то для фейерверка, чтобы отвести глаза возможным преследователям.

Платить за все эти штуковины пришлось из последних, и я остался настолько пуст, что даже стал побаиваться, хватит ли у меня горючего доехать до своего особнячка в Москве. Купить еще хотя бы пару литров топливной смеси мне было уже не на что. Зато вечером я собирался стать миллионером.

35

Едва стало темнеть, я взял свой летательный аппарат, боеприпасы, скафандр, и Джин отвез меня на взятой напрокат машине к стройке, отстоящей от интересующего меня здания всего-то метров на триста, не больше. Строительство уже насчитывало этажей двести и раза в полтора превосходило соседний «карандаш». По его пустым перекрытиям, не всегда даже перегороженным стенами, гуляли высотные ветры и гулкие, непонятные звуки.

Стройку стерегли два придурка, которые как раз не должны были пускать в этот дом таких, как я. Но стоило мне немного поторговаться, как они тотчас впустили меня внутрь, за ограду из натянутой сетки, подсоединенной к сигнальной системе, поверху которой еще была проброшена «путанка». Потом, убедившись, что, кроме этих двоих, никого поблизости нет, я пригрозил им оружием и сковал приготовленными наручниками. Они растерялись, на чем и строился расчет, а кроме того, я внушил им, что для них как раз все происшедшее не обернется неприятностями, если они не начнут рыпаться. Мне они не поверили, но внушение сделало свое дело, к тому же другой вариант не очень их самих устраивал.

Собственно, я связал их даже не из желания как можно грубее обмануть несчастных дурачков, сколько для того, чтобы у них было алиби, когда ограбленная банда начнет собственное расследование. Если бы я их не связал, а они рассказали кому-нибудь, что впустили меня, поверив моей легенде, что я, мол, один из безобидных психов бейсеров, которые стараются прыгнуть с дельтапланом со всех высотных новостроек Москвы, их бы пристрелили как возможных соучастников или просто от досады.

Удостоверившись, что у охранников нет запасных ключей от наручников, что они не сумеют их сделать из куска проволоки, валяющийся под ногами, или какой-нибудь булавки, я потопал наверх. Тащить на себе почти семьдесят килограммов амуниции было нелегко, но я справился, хотя и запыхался, пока поднялся чуть выше шестидесятого этажа.

Тут я выбрал свободную площадочку, открывающую прекрасный вид на интересующий меня угол «карандаша», который тут еще был прямоугольным. Потом привел в боевое положение кое-какое оборудование, из которого главным оказалась облегченная ракетная установка. Я выстрелил из нее в стекло усиленного окна на стене «карандаша» всего в полуметре от того места, где обнаружил разъем. Выстрел был не очень легким, главным образом потому, что стекло было действительно очень крепким, а кроме того, располагалось под углом к полету ракеты. Но ракета с проблемой справилась, она разогнала стрелу, устроенную у нее вместо носового обтекателя, так, что та впилась в прозрачную поверхность, пробив аккуратную дырочку специально подобранным для этого наконечником.

Разумеется, еще ракета протащила через темную пропасть между зданий облегченный тросик, который стоил бешеных денег, главным образом потому, что должен был выдержать пламя ускорителей в течение пяти секунд, пока они выгорали. И он в самом деле выдержал. Я потянул за него, и хитрый наконечник на стальной стреле раскрылся на три лепестка, образовав временное, но довольно надежное крепление. Свой конец тросика я привязал к несущей колонне строящегося здания, справедливо рассчитывая, что уж этот-то элемент моей дороги к нужной точке «карандаша» должен выдержать мой вес.

Потом я привязался к небольшой лебедочке, входящей в комплект к дельтаплану, которую я заякорил к той же колоне. Повесил на трос роликовую подвеску, купленную в магазине альпинистского снаряжения, захватил необходимое оборудование и покатил через пропасть в шестьдесят этажей по тросику, протянутому к соседнему зданию.

В общем, это было малоприятное путешествие, но без него обойтись было невозможно, поэтому я терпел, надеясь, что позже как следует посижу на горшке и с моими штанами не случится неприятных неожиданностей.

В точке прибытия до желанного разъема оказалось всего-то сантиметров тридцать пространства и почти десять сантиметров легированной стали стойки. Сталь я разрезал лазерным резачком, причем это оказалось очень непросто, но я сделал все как надо, подбадривая себя тем, что впереди будет более трудная работа. Когда края разреза остыли, я выбил полукруглое окошко в стойке и, к моей несказанной радости, вытащил кабель с разъемом наружу, словно новорожденного ребенка. Сходство увеличилось от того, что оба кабелька выше и ниже разъема пришлось намертво завязать проволокой, словно пуповину, к крючкам, которые я наварил все тем же резачком, только теперь не пробиваясь через сталь, а рассчитывая на ее крепость.

Наступил довольно ответственный момент. Я раздернул соединение, вставил в нижний кабель разъем, идущий от электронного имитатора, который приволок с собой, и быстро воткнул в ответную часть имитатора штекер, идущий от камер наверху. Потом проверил, как все оборудование функционирует.

Пока имитатор не работал, он просто пропускал сигнал от камер, не создавая никаких помех и уж тем более не посылая на мониторы охранников свою «коррекцию» изображения. Вроде бы все выглядело нормально, и это было хорошо, это внушало надежду. Поэтому я убрал инструменты в сумку, вытащил радиопульт и включил лебедку, к тумблерку которой был присоединен липкой лентой дистанционный включатель. Лебедка врубилась сразу на полную мощь и лихо, со свистом, уволокла меня назад, да так, что я чуть было не размазался о бетонную колонну, к которой было привязано начало тросика. В общем, синяков я не избежал, но все равно приятно было не висеть в темном воздухе на слабой волосинке, а ощущать под каблуками железобетонные перекрытия.

Потом я собрал все оборудование, которое мог унести с собой, чтобы затруднить следователям работу, и поднялся на самый верх новостройки. Отсюда я увидел в усилитель зрения, который подобрал на своей вилле, что на крыше «карандаша» бродят два автоматчика Шабата. Один стоял у люка и озирался с угрюмым и злым видом, второй вообще бродил вокруг шпиля, поочередно наклоняясь к каждой камере. Он тряс их, долго осматривал весь конус крыши, который эта камера должна была прочесывать, и докладывал результат своих исследований в токи-токи. Лишь минут через двадцать оба гангстера, довольные своей смелостью, ушли.

Я перевел свой имитатор в режим записи и подождал, пока проверенные автоматчиками камеры совершат один полный оборот. Разумеется, обороты эти высчитывал не я, человек тут непременно бы ошибся, а сам прибор, который оценивал совпадение всех пикселей изображения, транслируемых на мониторы охраны Шабата. А потом нажал кнопку полного включения, и имитатор заработал, совершенно незаметно для человеческого глаза отключив камеры и подавая охране свое, заранее записанное в цифровом режиме изображение.

Это было здорово и абсолютно правдиво. Потому что ближайшие перед камерой изменения он игнорировал, но если бы начался дождь или гроза и где-нибудь над Юго-Западом заблестели молнии, их бы имитатор добродушно пропустил, и охрана не почувствовала обмана. Это был чуть более дорогой прибор, чем мне хотелось бы покупать, но я рассудил, что эта функция искусственного интеллекта просто необходима, на случай, если что-то пойдет не по плану и дело затянется. Зато теперь я останусь невидимым для охраны, расхаживая прямо перед объективами, и буду невидимым еще часа два, пока не сядут аккумуляторы имитатора, но я рассчитывал, что столько времени мне и не потребуется.