Принц теней - Бенджамин Курт - Страница 13

Юноша взял этот прием на заметку.

– Пика.

Мастер уложил клинки на стол и взял оружие с длинным древком и крючком на конце, сделал несколько выпадов и поворотов, крутанул его над головой и положил на место. Далее последовал трезубец, и Льешо подумал, как смешно он, должно быть, выглядел со своими друзьями, потешавшимися с граблями в заливе. Ловцы жемчуга неповоротливо ударяли ими, а мастер Якс словно исполнял танец смерти.

После показательного выступления мастер Якс по очереди осмотрел новых учеников оценивающим взглядом. Остановившись на Бикси, он объяснил:

– Частью владения оружием является знание, как убивать, задача еще сложней – уметь контролировать свои внутренние импульсы, использовать мастерство, не нанося вреда противнику.

Бикси хотел что-то сказать в свою защиту, но мастер Якс остановил его, положив руку на плечо. Учитель на некоторое время оставил их, чтобы пройтись среди рядов сражающихся гладиаторов: одному прошептал пару слов, другого похлопал по спине; он вернулся с четырьмя бывалыми бойцами, среди которых был Стайпс, и вновь встал перед группой.

– Покажи, на что ты способен, Бикси, – сказал мастер Якс и отошел в сторону, чтобы юноша мог выбрать оружие – парные мечи, – улыбаясь своей акульей гримасой, от которой не осталось и следа, когда учитель добавил, что его напарником на сегодняшний день будет Стайпс.

Улыбка сошла на нет. Стайпс посмотрел на Бикси и иронически поднял бровь, намекая, что пора открыто признать факт, известный всему лагерю. Златовласому юноше не представится шанса испробовать смертельное искусство на Льешо, пока он не научится основным навыкам контроля, о котором говорил мастер Якс. Стайпс занял боевую позицию с дубинкой в руках. Бикси бросил мечи и тоже схватил дубинку, но учитель остановил его кивком головы.

– Правило первого выбора, – сказал он.

Льешо заметил панический страх в глазах парня, который молча положил дубинку и взял смертоносные лезвия. Пей предпочел длинный меч, а Радий – пику. Оба быстро нашли напарников среди опытных гладиаторов.

Льешо в смятении уставился на единственного оставшегося борца. Незнакомец был на голову выше его, с хорошо развитой мускулатурой. Сейчас я умру , – подумал юноша и инстинктивно протянулся за ножом, но мастер Якс остановил его:

– Никогда не используй короткое оружие с противником, имеющим длинное древко, – посоветовал он и дал Льешо трезубец, но вместо того чтобы поставить юношу в паре с незнакомцем, Якс сказал, что он, как самый неопытный, будет заниматься с самим тренером, и поручил наблюдать за боем Медону. Кивнув гладиатору, мастер занял позицию с длинным мечом и сделал первый удар, который Льешо отразил трезубцем.

Мастер Якс кружил вокруг юноши, заставляя его подстраиваться под свои выпады с неимоверной скоростью. Льешо подумал, что если бы они сражались коротким оружием, он мог бы осуществить более действенную защиту, используя молитвенные фигуры. С длинным оружием оборона строилась на движении, на искусстве танца. Меч, постоянно врываясь в личное пространство юноши, не давал ему сконцентрироваться. У Льешо начиналась кружиться голова. Если он поскорей что-нибудь не придумает, то позорно проиграет, испачкав противника рвотой.

Одежда юноши вся вымокла, кожа на спине чесалась, пот мешал видеть. Даже опилки под ногами жгли ноги через сандалии. От вспышек света, будто умышленно издаваемых мечом мастера Якса, приходилось щуриться и вздрагивать при каждом шаге. Учитель устрашал своим оружием. Льешо должен был срочно что-нибудь предпринять, поэтому решил начать диктовать свои правила. Для этого нужно представить, что меч Якса… короткий. Тогда тому придется перейти в оборону.

За мыслью сразу же последовало действие; Льешо прислушался к велению своего трезубца и почувствовал, как его тело превратилось в танцора. Он прыгал и прыгал, перемещаясь с трезубцем, защищая и контролируя себя. С солнцем за спиной юноша воткнул древко в опилки и, используя его как точку опоры, поднялся высоко над напарником. Когда юноша приземлился, он крутанул свое оружие, ударив тупым концом правую руку мастера Якса со всей силы, и молниеносно повернул его, тыча острыми зубьями в горло.

Защитный браслет смягчил первый удар, но меч учителя был слишком короток, чтобы справиться с трезубцем, ему не увернуться от опасности, не рискуя при этом жизнью. Мастер с улыбкой бросил оружие.

– Хорошо, – сказал он. Льешо продолжал держать его на расстоянии, и Якс добавил: – Ты победил. Можешь опустить трезубец.

– Я победил?

Льешо осмотрелся вокруг в недоумении и осознал, что стоит посреди арены и тяжело дышит – остаточный эффект от адреналина и страха. На мгновение в разгаре боя он потерялся в ужасном прошлом: вспомнил, как пришли люди с мечами и забрали его в рабство, Напуганному мальчику было семь, когда он оказался один среди убитых близких. Руки напряженно сжимали древко трезубца: даже теперь ему хотелось убить человека перед ним, чтобы доказать, что он больше не такой беззащитный.

– Льешо, – произнес застывший мастер Якс и снял браслеты, соскользнувшие на землю рядом с мечом.

Секунды тикали в висках юноши, звон крови, бегущей по его венам, заглушил все звуки вокруг. Тишина. Гладиаторы замерли, словно завороженные заклинанием. Затем до него долетел голос, успокаивающий, словно рассчитанный на маленького ребенка:

– Отпусти его, малыш.

Это не враг. Это мастер Ден, стирщик. Вдруг трезубец опалил ему руки, и Льешо выронил его в ужасе оттого, что он чуть не сотворил. Но мастер Ден стоял рядом, готовый утешить; Льешо зарыдал в его широкое мясистое плечо, как никогда за все годы плена.

Когда слезы закончились, он изможденно вздохнул. Нельзя же всю жизнь держать лицо погруженным в плоть Дена. Нужно предстать перед лагерем: он этого не переживет. Когда Льешо оторвался от мастера, оказалось, что арена пуста.

Тренер Якс в оружейной комнате, – сказал он мягко, успокаивающе похлопав юношу по плечу. – Найди его и извинись, затем иди обедать.

Льешо опустил голову в повиновении. Когда он повернулся уходить, Ден добавил:

– Думаю, ты достаточно поработал со шваброй. Завтра перейдешь в прачечную. Я улажу это с Марко.

Онемевший юноша безрадостно кивнул, хотя до последней тренировки это сообщение привело бы его в восторг. Тогда он схватился бы за любой шанс, чтобы оставить обязанности по уборке. Все же Льешо был благодарен, покой необходим ему как воздух, а это неотъемлемая часть сути стирщика. В прачечной он спрячется от смеха товарищей и от их страха перед «спятившим» учеником.

– Иди же. Мастер Якс ждет тебя, – сказал Ден, отпуская юношу с тяжелым сердцем, но с надеждой и без боязни.

Нужно предстать перед учителем и объяснить ему каким-то образом, почему новичок, бывший искатель жемчуга, чуть не убил его во время тренировки после окончания боя. Как это сделать, не открыв секреты своего прошлого?

Набрав побольше воздуха, Льешо вошел в оружейную так тихо, что мастер Якс, занимавшийся полировкой меча, не заметил его.

– Мастер, – прошептал юноша, и учитель поднял голову со спокойным выражением на лице.

– Простите меня, мастер, – сказал Льешо и подумал, что бы добавить: «мне жаль, что я пытался вас убить», как и «сам не знаю, отчего чуть не пронзил вас на тренировке» только подтвердило бы, что он сумасшедший.

Мастер Якс отложил меч и аккуратно сложил тряпку, только затем он обратился к ученику:

– Иногда пыл битвы полностью завладевает нами, даже во время дружеского поединка. Именно поэтому учитель всегда берет новичка к себе в пару. Если кто-то и заслуживает смерти от страсти ученика, то это вдохновивший его учитель.

Лицо Якса тронула улыбка, и Льешо подумал, что он, возможно, не первый подопечный, неожиданно взявший верх над мастером.

Юноша, однако, усомнился, что хоть один из его предшественников так долго после схватки держал учителя на острие трезубца.

Льешо не мог никому доверить историю своей жизни, но чувствовал, что обязан человеку, которого чуть не убил, многим больше, чем смог выразить словами. Юноша глубоко удрученно поклонился, слезы вновь стали наворачиваться на глазах. Не сейчас. Он не мог позволить себе плакать перед мастером. Нет. Слишком ненормальный для жемчужных плантаций, абсолютно непригодный для арены, да его скормят свиньям.