Принц теней - Бенджамин Курт - Страница 53

– Ты и ушла вчера, – отметил Хмиши.

Однако его никто не услышал, потому что все уставились на Мару, которая вытерла руки о фартук и грустно посмотрела не на Каду, а на Льека, на медведя.

– Я обладаю некоторой силой, чтобы лечить людей или давать им возможность отдохнуть. Не я придумала загадки этой лощины. У меня всего лишь есть дар постигнуть их и использовать для защиты своих подопечных. Даже здесь день сменяет ночь, как бы ему ни хотелось задержаться. Льек проживет этот круг сансары медведем, как ему то предписано.

– Но не сегодня? – возразил Льешо, все еще крепко сжимая плечо Льека.

– И сегодня, Льешо. Он сам поймает и убьет кого-нибудь на ужин, и будет спать под ветвями деревьев. С тобой же не случится ничего страшного, пока он неподалеку.

Льек опустил голову, согласившись со словами Мары низким «Л-лье-е-ешо!» Затем лизнул на прощание лицо своего ученика и медленно поплелся к двери.

Когда он ушел, Льинг шмыгнула носом, вопросительно глядя то на целительницу, то на Каду:

– Льек, видимо, считает, что мы в безопасности, иначе он ни за что не оставил бы Льешо. Если не вам, то ему я-то уж точно доверяю. Сколько же времени отсутствовала Каду?

– Время не имеет большого значения в этом лесу, – вернулась к приготовлению еды Мара, дав шлепок Хмиши, который подобрался к столу и стащил кусочек еще не нарезанной морковки. – Один день в точности повторяет другой, как и деревья кажутся абсолютно одинаковыми, если не знаешь леса.

– Шесть дней, – села на треножный стул Каду, свесив руки меж колен. – Я отыскала своего отца.

– И Маленького Братца, – заметил Льешо.

– И Маленького Братца. Хабиба сказал, что мастер Якс в ярости от нашего поступка и готов с нас шкуру содрать за то, что мы удрали без него. Однако господин Ю нагнал их тем же вечером, поэтому мы оказались в большей безопасности одни, чем если бы остались там. Мастер Якс возглавил контратаку и спас ее светлость. Этого не произошло бы, если б он уехал с нами, поэтому отец не так зол, как Якс. Они сейчас в пути, но едут медленным темпом из-за лошадей. Отец наказал не ждать, а бежать, как только сможем.

Хмиши протянул кусочек морковки, пролетевший мимо горшка. Любимец Каду соскочил с рук Льинг, чтобы принять лакомство.

– Может, им стоит оставить лошадей. Ты, кажется, быстрей передвигалась пешком.

Льинг подкралась поближе к соломенному тюфяку Льешо, инстинктивно придерживая рукой пояс, где обычно висел меч:

– То, что ты предлагаешь, может сработать только у Хабибы. Мастер Якс не умеет путешествовать по колдовской дороге, не так ли?

– Мне начинает казаться, что вы дураки, вся компания – дураки, – взмахнула поваренной ложкой Мара, выражая свое негодование. – Вам не обязательно знать, какими способностями обладает Хабиба. Главное, насколько он может помочь вам. Вы никогда не думали, почему мастер Марко так ревностно хотел очистить Жемчужный остров от ведьм?

– Кровавый Прилив, – быстро отреагировал Льешо. – Ведьма могла бы спасти жемчужные плантации.

– Весьма вероятно, что так оно и было: она защищала их, пока это не стало опасным для жизни. Трудно вообразить более нелепую благодарность. Вернемся к проблеме, как не попасться в лапы мастера Марко. Тебе есть еще что-нибудь рассказать нам?

Льешо и не заметил, как Мара стала частью их команды. Каду выглядела взволнованной, но не из-за хозяйки.

– Господин Ю погнался за ее светлостью, а мастер Марко последовал за нами. Я видела его на перекрестке, он пытался поймать наш след. Я чуть не попалась ему, но вовремя спряталась в пустом лисьем логове и выждала, пока они обыскали все вокруг и отправились дальше. Затем я сообщила это Хабибе и вернулась обратно, но не смогла отыскать ни просеку, ни дом. Я долго шаталась по лесу, потом спряталась и стала наблюдать за дорогой. Когда Мара вышла из деревни, я последовала за ней.

– Тебе станет лучше, когда ты хорошенько поешь, – обратилась хозяйка к Льешо.

Он по запаху определил все, что она положила в горшок: розмарин и тимьян, немного травы со вкусом лимона. Блюдо пахло, как деревенский сад. Однако юноша колебался: вдруг целительница подсыпала в еду снотворное, как и в зелье.

– Ну, давай же, – подбодрила его хозяйка. – Если бы я желала тебе зла, то отставила бы там, где нашла.

– Или же у вас есть свои причины, чтобы держать меня здесь, – предложил другой вариант Льешо.

– Даже если это и так, тебе нужно набраться сил, чтобы убежать из-под моей опеки, поэтому наши ближайшие задачи совпадают.

Мара смеялась над ним. Он мог бы отказаться от еды под предлогом самосохранения от чуждых колдовских сил, но аппетит взял верх. На вкус блюдо оказалось еще восхитительней, чем на запах – птица, тушенная в овощном бульоне с травами и щепоткой корений. Мара подала ломтик хлеба, чтобы ни одна капелька не упала на пол. Несмотря на то что в желудке появилась тяжесть от твердой пищи, Льешо почувствовал себя лучше. Набив живот, он погрузился в уже знакомые складки травяной кровати, встряхнувшись немного, когда Льинг плюхнулась рядом с ним и облокотилась о соломенный тюфяк.

Хмиши остался сидеть за столом, подпирая голову руками, а Каду располагалась на трехногом стуле, задумчиво глядя на огонь в камине. Юноше было слишком хорошо и удобно, чтобы испытывать надлежащий страх по поводу намерений Мары. Он закрыл глаза. Льешо почти заснул, но вдруг из леса раздался жалобный рев медведя.

Это Льек защищает наш домик , подумал он с улыбкой. Однако вопль становился все более свирепым и отчаянным.

Льешо встряхнул головой, понимая, что он действительно спал, и Мара наложила на него холодные компрессы.

– Ты в безопасности, Льешо, – вполголоса сказала она. – Никто не найдет тебя здесь.

Крик медвежонка перешел в мягкий ропот любопытства и окончательно исчез.

– Никто не причинит тебе вреда, пока ты под этой крышей; ты сейчас в мире грез.

Голос Мары отдавался эхом в манящем вдаль сне, и Льешо снова поддался ему. Когда юноша проснулся, его друзей в доме не было.

Мара склонилась над столом с руками, по локоть погруженными во взбитое тесто. Светло-желтый куб такой же консистенции лежал на тарелке рядом с доской.

– Твои друзья пошли на разведку вместе с Льеком. Они скоро вернутся завтракать.

Она вытащила одну руку, соскребла с пальцев тесто и потянулась к кувшину с изюмом. Щедро насыпав его в горшок, закрыла крышку.

– Ты сможешь встать на ноги? – внимательно посмотрела на него Мара, подпирая бока кулаками.

– Думаю, да.

Рана скорей зудела, чем болела под чистой белой повязкой, зато поднять голову оказалось нелегко. Конечности тоже заупрямились, будто решили после долгого сна не подчиняться хозяину. Мара кивнула головой.

– По крайней мере, можно попробовать. – Она вытерла руки мокрой тряпкой и энергично подошла к кровати. – Посмотрим, на что ты способен.

Льешо сел, резко повернувшись: спина упиралась в стену а ноги свисли вниз. Он остановился, почувствовав легкое головокружение, и закрыл глаза. Когда комната перестала вращаться, юноша открыл их снова. Мара спокойно наблюдала за ним, пытаясь установить, насколько он поправился. Льешо понимал, что она его никуда не торопит, однако решил ускорить события. Оттолкнувшись от кровати обеими руками, он встал. Подступила тошнота, юноша закачался.

– Хорошо. Давай попробуем пройтись до двери, ладно?

Льешо подумал, что целительница совсем разум потеряла. Все куда-то уплывало, тело не слушалось; он не знал, как оторвать ногу от пола, не опустив в следующий миг на то же место зад. Целительница уже подошла ближе и взяла его за локоть, не оставляя таким образом ни малейшего выбора. Шаг, другой, и Льешо добрался до открытой двери: солнечные лучи осветили его лицо, в легкие ворвался запах сосен. Через силу Льешо улыбнулся. Утро стояло прекрасное.

– Где отхожее место? – спросил он.

Целительница подняла бровь и указала на маленькую кабинку на расстоянии нескольких ярдов на краю просеки.