Путь шута - Бенедиктов Кирилл Станиславович - Страница 85

— Так, — не стал спорить Ардиан. — А разве я ошибаюсь?

Скандербег отхлебнул из кружки, с отвращением покосился на нее и поставил на стол. Хильда наблюдала за ним сквозь плывущий от ее папироски сизый дымок.

— Зачем мне было убивать твоего брата, парень? Самое большее, на что он мог рассчитывать при встрече с моими людьми, — еще пара сломанных ребер. Ты знаешь меня три года, скажи — я когда-нибудь убивал просто так?

— О-хо-хо, — насмешливо протянула Хильда.

— Кто же тогда это сделал? — спросил Ардиан. Страх перед Скандербегом куда-то ушел, всосался в подземные тайники души, как вода из ванны уходит в отверстие водослива. Отчасти причиной этого была странная девушка, издевавшаяся над Скандербегом, но было и еще что-то, чему Ардиан пока не мог отыскать названия. Грозный ночной король Тираны пытался оправдаться перед ним, безоружным мальчишкой! Это было смешно, и Хачкай с трудом сдерживал себя, чтобы не рассмеяться в лицо своему бывшему боссу.

— Не понимаешь? — недобро прищурился Скандербег. — Не прикидывайся дурачком! Кто велел тебе убить меня? Молчишь? Кровь Раши — на его руках. Он сделал это, чтобы натравить тебя на меня, как охотничью собаку!

— Он не назвал своего имени, — медленно проговорил Ардиан. — Сказал лишь, что работает на Мустафу из Скопье. Вы знаете, кто это?

— О-хо-хо, — повторила Хильда. На этот раз с притворным испугом.

— Замолчи, женщина! — рявкнул Скандербег. Он поднялся из кресла и навис над Ардианом, уперев руки в бока. — Знаю ли я Мустафу? Проклятье, конечно знаю! Но с чего ты взял, будто тот, с кем ты разговаривал, сказал тебе правду? Давно ли ты стал таким легковерным, парень?

— Я не легковерный. Наоборот, я не верю вам, когда вы говорите, что не имеете отношения к смерти Раши.

Скандербег ударил его. Совсем легко, открытой ладонью по лицу. Но ладонь была искусственная, из титана, и Ардиану показалось, что в голове у него взорвалась бомба.

— Не смей дерзить мне, сопляк! — прорычал Скандербег, и Хачкай физически почувствовал его страх — давящий и липкий. — Ты все еще жив только потому, что я хорошо отношусь к тебе и твоей семье!

— Защитник бедняков, — с иронией проговорила Хильда. — Настоящий Робин Гуд.

— И это неправда. — Ардиан сглотнул кровь. — Вы не убиваете меня только потому, что вам нужен заложник. Иначе отец откажется на вас работать…

— Ну-ка, ну-ка… — Скандербег взял его за подбородок и заглянул в глаза. — С чего это ты взял, что мне так понадобился твой отец?

Хильда бросила папироску и медленно приблизилась к Ардиану. Положила свою ручку на металлическую лапу Скандербега.

— Бо, не будь таким тупым. Мальчик все знает. Не правда ли, мальчик?

Она по-прежнему говорила по-итальянски — догадывалась, что Ардиан понимает. Хачкай пожал плечами — мало ли что эта странная девушка имеет в виду под словом «все». Скандербег недовольно шевельнул рукой, титановые пальцы крепче сжали подбородок Ардиана.

— Ну, отвечай! Что тебе известно?

«Если я скажу правду, он наверняка решит от меня избавиться, — подумал Ардиан. — И, может быть, даже сразу. Вон как боится, вспотел весь…»

От Скандербега и вправду разило потом — острым, вонючим потом загнанного в угол хищника. Хильда, видно, тоже учуяла этот запах, потому что состроила брезгливую гримаску и отступила на шаг.

— Все это из-за той штуки, которую привез Джеронимо. Из-за которой вы приказали мне его застрелить. Я знаю, что это оружие. Очень мощное и очень сложное. Без моего отца вы ни за что не разберетесь в том, как им управлять. Поэтому отец вам и нужен. А пока он вам нужен, вы не станете убивать меня.

Хильда наградила его одобрительным взглядом.

— Я говорила тебе, Бо. Парнишка раскусил всю твою конспирацию. Докажи ему, что его брата убили люди из Скопье, и решишь сразу две проблемы.

— Что за проблемы? — набычился Скандербег. Он отпустил Хачкая, но по-прежнему нависал над ним как гора, готовый в любую минуту размозжить ему череп ударом титанового кулака.

— Перестанешь дрожать от ужаса и избавишься от Мустафы, — усмехнулась Хильда.

«Во наглая! — восхитился Ардиан. — Надо же, как с ним разговаривает. И Петра не стесняется…»

Черногорец изо всех сил старался делать вид, что происходящее в комнате его не касается, но получалось неважно. Он слишком демонстративно отворачивался, разглядывая потухший плазменный экран, и Ардиан чувствовал, как напрягаются его мышцы при каждой новой издевательской реплике девушки. Скандербег в конце концов тоже ощутил эту неловкость и решил сгладить ситуацию.

— Петр, уведи Хильду, — распорядился он. — Я должен поговорить с парнем наедине.

— Бо, ты уже не боишься этого мальчика? — воскликнула девушка. — О, мой герой!

Ардиан ожидал, что Скандербег рявкнет на нее, но хозяин, судя по всему, уже привык к выходкам своей подружки. Он лишь устало махнул рукой — мол, уходите скорее.

— Откуда ты узнал об оружии? — спросил Скандербег, когда они остались одни. — Отвечай честно, и ты, может быть, получишь шанс отомстить за Раши и остаться в живых.

— Вы хотите, чтобы я убил Мустафу из Скопье?

— Всему свое время, — хмыкнул Скандербег. — Я скажу, кого нужно убить, но сначала ответь, откуда ты знаешь об оружии?

«Ну, — подумал Ардиан, — или сейчас, или никогда!»

— Мне рассказал о нем эфенди Шараби. Майор Шараби из сигурими.

Усмешка сошла с лица Скандербега. Он наклонил голову, словно намереваясь боднуть Ардиана в лицо, ноздри его угрожающе раздулись.

— Ты сдал меня легавым, поганец?

Хачкай спокойно выдержал его взгляд.

— Вы спросили, откуда я знаю про оружие. Люди из сигурими следили за итальянцем. В Дурресе я попал в полицию, а полицейские передали меня майору Шараби, который вел это дело. Ему известно о том, что штука, которую привез в Албанию Джеронимо, находится у вас.

Ардиан замолчал. Когда блефуешь, объяснял ему как-то Раши, важно делать это уверенно и ни в коем случае не торопясь, иначе тебя сразу же заподозрят. «Этот разговор — та же игра в покер, — подумал он, — только ставкой в нем моя жизнь».

— И он послал ко мне тебя? — Скандербег по-прежнему буравил его взглядом. — Ты хочешь, чтобы я поверил в эту чушь?

Хачкай пожал плечами.

— А что ему оставалось делать? Вы теперь самый опасный человек в стране.

— В стране! — передразнил его Скандербег. — В мире, парень! Да, сигурими этот кусок не по зубам, тут ты прав. Но почему он не явился ко мне сам?

«А может, они были знакомы?» — подумал Ардиан. Монтойя вроде бы говорил, что нет, но информация, хранящаяся в его базах данных, могла быть неполной. Во всяком случае, о том, что майора Шараби уже нет в живых, босс явно не догадывался.

— Мне он этого не объяснил. Просто велел передать, что готов начать переговоры.

Скандербег вроде бы успокоился. Выпрямился, вернулся к столу, подцепил металлической рукой кружку и утопил ее в своей бороде.

— Переговоры? — невнятно переспросил он. — Какие переговоры могут быть у меня с госбезопасностью?

— Насчет этой штуковины, — сказал Ардиан. — Я так понимаю, она им страсть как нужна. И еще они вроде как боятся, что вы ее кому-то продадите.

«Например, Мустафе из Скопье», — едва не добавил он, но вовремя остановился. Майор Шараби вряд ли стал бы посвящать его в такие подробности.

— И что же он собирался мне предложить? — хмыкнул Скандербег, утирая рот ладонью живой руки. — Или ты об этом ничего не знаешь?

— Нет, конечно! Я просто должен передать вам, что сигурими знает, кто владеет этой штукой, и пойдет на все, чтобы не дать ей исчезнуть. Если вы согласны на переговоры, я сообщу это майору Шараби, и тогда он, наверное, захочет встретиться с вами лично.

— А как же месть? — спросил Скандербег насмешливо. — Ты же вроде собирался отомстить за своего брата?

— Не беспокойтесь, — хмуро сказал Хачкай. — Я отомщу.

— Если останешься жив. Не забывай об этом! Твоя жизнь висит на очень тонком волоске, парень. Ты осмелился прийти ко мне в дом как агент сигурими. Неужели ты думаешь, что я могу простить тебе такую наглость?