Путь шута - Бенедиктов Кирилл Станиславович - Страница 98

Когда доктор произносит имя палача Приштины, я вздрагиваю.

— Почему именно Хаддара?

— Не знаю. Мне подумалось просто, что если бы такое оружие попало в руки Хаддара, Европе сильно не поздоровилось бы.

Я не могу отделаться от впечатления, что сейчас Бразил говорит мне неправду. Похоже, он проговорился случайно и теперь чувствует себя крайне неловко. Делаю зарубку на память — непременно прокачать его по поводу Хаддара — и возвращаюсь к разговору о настоящих целях Скандербега.

— Может быть, Ибрагим Хачкай понадобился ему для того, чтобы устроить контролируемый геноцид? Скажем, уничтожить половину населения Тираны по собственному выбору? В этом случае он вполне может диктовать свои условия тем, кто выживет.

— Вот-вот! — оживленно подхватывает доктор Бразил. — Но ведь Скандербегу вовсе не обязательно открывать «ящик Пандоры», достаточно, чтобы те, кому он собирается диктовать условия, не сомневались в его способности это сделать.

Да, это звучит разумно. Я в очередной раз убеждаюсь, что, подсунув мне доктора Бразила, фортуна послала мне одну из самых своих ослепительных улыбок.

— Допустим, — говорю я. — Но почему вы так уверены, что Скандербег не останется на вилле? Там есть охрана, связь, запас продуктов — все, что нужно человеку, затевающему подобную авантюру.

Доктор морщится, кидает скомканную салфетку на пол, вытаскивает новую.

— Скандербег не глуп, капитан. Он прекрасно понимает, что полиция и сигурими идут по следу «ящика Пандоры» и вот-вот возьмут его в клещи. Когда вилла окажется в осаде, Скандербег потеряет преимущество внезапности. Кроме того, если власти навяжут ему бой, он будет вынужден использовать свой главный козырь — «ящик Пандоры», а это, как мы установили, не входит в его планы.

Да он настоящий стратег, наш добрый доктор! Я поневоле проникаюсь уважением к этому странному человеку.

— И еще одно обстоятельство. Скандербег не может не учитывать, что инструмент, с помощью которого он пытается управлять «ящиком Пандоры», очень хрупок. Я имею в виду Ибрагима Хачкая. Сейчас Хризопулос манипулирует им, играя на его отцовских чувствах, но представим себе, что с Ардианом что-то случилось. Да Ибрагим в ту же минуту откажется помогать Скандербегу!

— Значит, вы считаете, что на данный момент Ардиану ничего не грозит?

— Как сказать. Сам Хризопулос, разумеется, не станет причинять ему зла — разве что будет держать при себе как заложника. Но не стоит забывать, что под Скандербегом ходит немало бандитов, имеющих зуб на Ардиана… Во всяком случае, на месте Скандербега я бы с него пылинки сдувал. Ардиан — ключ к Хачкаю-старшему, а тот, в свою очередь, к «ящику Пандоры». — Он замолкает и некоторое время рассеянно стучит по столешнице костяшками пальцев. — Подождите, вы сбили меня с мысли… Ага, мы говорили про то, что Скандербег не может полностью полагаться на Ибрагима Хачкая. Это значит, что ему необходим резервный вариант. Вариант, при котором он смог бы использовать «ящик Пандоры» даже без помощи дипломированного физика.

— Постойте, постойте, — перебиваю я его, — но вы же сами говорили, что управлять «ящиком» может только специалист.

Вардо Бразил раздраженно сопит.

— Управлять — да. Но управлять и использовать — разные вещи. Террористы в Раджабаде не сумели или не успели запустить систему управления своей «шкатулкой Айши», но это не помешало им уничтожить пятьдесят миллионов человек. Поставьте себя на место Скандербега. Вы играете по-крупному, проигрыш означает смерть. Если вас припрут к стене, вы должны быть уверены, что сможете дать врагам достойный отпор. Предположим, что в решающий момент Ибрагим Хачкай откажется — или просто не сумеет — сделать то, что вы от него требуете. Вы оказываетесь в дурацкой ситуации человека, у которого есть пистолет, но нет патронов. «Ящик Пандоры» для вас так же бесполезен, как, например, вышедший из строя холодильник…

— Но ведь Скандербег может его просто взорвать, — возражаю я. — В Раджабаде…

— В Раджабаде террористы захватили АЭС, — обрывает меня Бразил. — Катастрофа началась после того, как взорвался реактор. Была даже версия, что вирусы, содержавшиеся в «шкатулке Айши», мутировали под воздействием жесткого излучения. Так или иначе, в Албании атомных электростанций, слава Аллаху, нет.

— Я понимаю ход ваших мыслей, — медленно говорю я. — Чтобы подстраховаться, Скандербег должен захватить какой-то объект, взрыв которого приведет к аналогичным последствиям. Верно?

— Не обязательно взрыв, капитан! Повторяю еще раз: если вы не умеете управлять «ящиком Пандоры», вам нужно поместить его в такие условия, чтобы вам достаточно было просто его открыть. Без сложной системы управления «ящик Пандоры» превращается в коробку, битком набитую вирусами. Можно, конечно, открыть ее и ждать, пока они разлетятся по ветру, но куда эффективнее использовать городскую инфраструктуру. Ну же, капитан, я дал вам уже все необходимые вводные…

Несколько секунд я смотрю на него, потом поднимаю руку, чтобы с размаху треснуть себя по лбу, но вовремя останавливаюсь.

— Ну, наконец-то, — с облегчением произносит доктор Бразил. — Я уже боялся, что вы никогда не догадаетесь. Теперь вы понимаете, почему я уверен, что сегодня вечером Скандербега на вилле не будет?..

Спустя полчаса я возвращаюсь в свой кабинет. Рэнкин, похоже, принял мои слова за чистую монету и ведет себя абсолютно по-хозяйски: сидит, развалившись в кресле, и инструктирует троих сотрудников спецкомитета — двух мрачных головорезов и одну бритую налысо девицу. Завидев меня, он почти дружелюбно улыбается и машет рукой. Я интерпретирую этот жест как «Заходи, Луис, старина, не стесняйся, тут все свои!».

— А вот и наш капитан. — Белый Червь почти мурлычет от радости. Видимо, я пропустил какие-то важные события. — Можете нас поздравить — мальчишка вышел на связь!

— Вы вели запись беседы? — резко спрашиваю я. Даже чересчур резко. Головорезы неприязненно косятся на меня. На мгновение я чувствую себя лишним в своем собственном кабинете.

— Разумеется, — поджимает губы Рэнкин. — Можете с ней ознакомиться, капитан. Самое главное — мне удалось убедить Скандербега в необходимости встречи с «майором Шараби». Я немедленно выезжаю в Тирану.

— А как же ваш шеф? — Взгляды головорезов становятся совсем уж враждебными, и я поправляюсь: — Майор Фаулер?

— Он уже на месте, — с гордостью отвечает Белый Червь. — К десяти вечера мы будем готовы начать операцию. Хотите принять участие, капитан?

К десяти вечера. Если доктор Бразил прав, Скандербег покинет виллу еще до наступления темноты. Но как угадать, будет это раньше десяти или позже?

— Благодарю за предложение, лейтенант. Мне потребуется некоторое время, чтобы подготовить своих людей, а задерживать вас я не хочу. Возможно, я присоединюсь к вам уже в Тиране.

Рэнкин презрительно усмехается — чего, мол, еще ждать от этих тормозов-полицейских.

— Как угодно. В общем-то мы справимся и без вас. И вот что… Переключите канал связи с Хачкаем на мой коммуникатор. Если Скандербег не убрал мальчишку сразу после нашего разговора, он вполне еще может нам пригодиться.

— Почему вы думаете, что он должен был его убрать? — Мне ужасно хочется схватить этого бледного мерзавца за воротник и вытрясти из него всю правду, но расклад сил в кабинете явно не в мою пользу. — Были какие-то намеки?

— С этими албанскими бандитами никогда ничего толком не ясно, — туманно отвечает Рэнкин. — Так или иначе, канал связи мне нужен. Какая у вас система защиты?

— «Аризона», — нехотя отвечаю я. К этому номеру принципиально невозможно подключиться — можно только перевести его с ресивера-базы на мобильный. Проще говоря, если я сейчас переключу номер на коммуникатор Бледного Червя, то потеряю единственную ниточку, связывающую меня с Ардианом. А не переключить вряд ли удастся — лейтенант не замедлит обвинить меня в саботаже и арестует, полномочий у него на это хватит. И тогда никто уже не спасет Хачкая, не остановит безумного Скандербега, не помешает вырвавшейся из «ящика Пандоры» силе превратить Албанию в пустыню смерти. — Хорошо, давайте мне ваш аппарат.