Превращение - Берг Кэрол - Страница 87

— Посмотри на меня, трус! — закричал я. — Кто из нас забыл свое место? Ты не принц, ты просто ночной кошмар, слишком зажившийся при свете дня. Изыди! Его душа не принадлежит тебе. Я этого не допущу. — Я выдернул копье из грязи и взлетел.

— Вся твоя болтовня ничего не значит. Найди меня! — На этот раз смеха не было. — Если ты не сделаешь этого в ближайшее время, твой Айф никогда не очнется от своего заклятия, а ты будешь вечно блуждать здесь со мной. Твое порабощение будет для меня бальзамом для ран. Найди меня, раб. — Мир еще раз содрогнулся в беззвучном страдании.

Я кругами поднимался над городом, размышляя, куда направиться дальше. Демон во всем был прав. Победа в одной схватке ничего не значит. Ветер задувал в разрыв моего левого крыла, и все попытки подняться и выровнять движение приводили только к тому, что из раны в боку начинала идти кровь. От нанесенного мной демону удара рана стала только шире. Кровь в бедре пульсировала, мне пришлось оторвать еще один кусок материи, чтобы потуже завязать рану.

Где бы спрятался Александр? Где бы он чувствовал себя в безопасности? В море песка, где он был рожден… где он участвовал в скачках, пески до небес, на которых издалека видно приближение врага… где завораживающая красота солнечного диска и миллионов песчинок согревают его душу. Но в темном царстве, созданном Исанной, не было песка. Не было солнца. Голая, безжизненная земля, но ее пустынность не имеет ничего общего с родиной Александра. Многие часы я парил над землей, чувствуя, как вместе с кровью утекают силы и драгоценное время. Наконец я остановился на вершине утеса над морем, там, где я шагнул через Ворота.

Ах, глупец. Смотри прямо перед собой. Небо не было безжизненным. По крайней мере, не таким безжизненным, как раньше. Исчезая в низко нависших тучах, по небу летела птица, единственное белое пятнышко на черном фоне. Я улыбнулся и шагнул с утеса, не обращая внимания на жар в руке, не обращая внимания на горячую сырость под ребрами. Я последовал за птицей, уверенный, что она приведет меня к тому месту, что я искал над водной пустыней. «Благодарю тебя, любовь моя», — прошептал я и почувствовал, как легкий ветерок бережно обдувает мои щеки.

Это был остров с крепостью на нем. Он торчал из воды, как огромный кулак. Я сделал несколько кругов, ища уязвимое место этой крепости. В одной из башен я заметил деревянную дверь. Я приземлился на каменный парапет перед дверью и превратил нож в топор.

— Выходи, — сказал я. — Больше негде прятаться. — Я поднял топор. Передо мной появился призрак, закрывающийся от меня руками в комическом отчаянии. Я не обратил на него внимания. Я ударил топором в дверь. Раз, другой, третий. Дерево затрещало. Все мое нетерпение, злоба, все, что копилось во мне шестнадцать лет, выходили теперь наружу с ударами топора. Я мог бы разобрать по кирпичику крепость.

Но вот призрак принял более четкие очертания… очертания Александра. Он ничего не говорил, просто поднял меч, отгоняя меня от двери.

— Ах, так ты вышел! Спасибо, что не заставил меня и дальше разносить твое убежище. Может, покончим с этим?

Дух не заговорил, не стал нападать, просто не пускал меня. Я превратил топор в меч и пошел на него. У меня не было времени для игр. Только для боя. Обычно крылья придавали мне сил, подвижности, брали на себя часть моих проблем, но не сегодня. В раненом крыле почти не осталось силы, оно не выполняло своей задачи, когда приходил момент. Но все-таки оно помогало мне оставаться на ногах. Призрак не нападал. Но когда я отступал назад, он тоже делал шаг. Я ничего не понимал. Что он защищает, после того как я уже пришел?

— Так и не смог найти меня? — Это сказал не призрак. Голос раздался у меня за спиной. Надеется, что я не смогу сражаться с двумя, поэтому надо не дать ему опомниться. Я развернулся, сделал резкий выпад и уколол его в плечо. Он зарычал и двинулся на меня. Выпад. Контрудар. Вперед. Назад. Нескончаемая битва… странная… невероятная… нет разницы между клинком и держащей его рукой. Я превратился в настоящий ураган, вихрь из стали и злости… но каждый раз, когда я должен был вонзить в него меч, он растворялся и менял место. Я знал, как выследить его. Я замечал, куда он перемещается, корректировал свои удары. Когда-нибудь мы покончим с этим. Когда-нибудь он сделает ошибку. Я не могу проиграть. Я не проиграю.

Вот мы уже на зубчатой стене. Перепрыгиваем с зубца на зубец, стена упирается в гору, под ней море. Мое левое крыло совсем ослабело и тащится за мной, мои легкие горят, половина моего тела залита кровью, которая, как я опасаюсь, большей частью принадлежит мне. Демон захохотал и перевалился через стену. Я перепрыгнул на зубец, с которого он падал, но… он снова пропал.

В безумной ярости я снова превратил меч в топор и набросился на дверь. Она едва не слетела с петель.

— Выходи. Выходи и дерись. Хватит играть. Закончим дело.

Сломай эти стены, и ты получишь то сражение, о котором просишь, — зазвучал голос в моей голове.

Я снова кинулся к двери, и снова молчаливый призрак преградил мне путь. Почему их двое? Как такое возможно? Может быть, это не отсюда? Кровь струилась по моей ноге и боку. У меня кружилась голова, так что я мог увидеть и двоих, и троих… Я не могу доверять своим глазам. Отовсюду раздавались смех и голоса.

— …помоги мне, раб… иди и предупреди их… гнусный червь… — Я вертел головой, стараясь услышать единственным действующим ухом, откуда появится демон.

Слова Галадона, наставления Катрин звучали во мне в ритме биения моего измученного сердца.

— Твои ощущения — твоя последняя надежда. Доверяй им. Если проигрываешь, уходи. Умереть, вместо того чтобы сдаться, не выход. Гордость, честь, смерть из упрямства — роскошь, которую Смотритель не может себе позволить. — Мои колени подгибались. Моя правая рука безжизненно повисла, не способная даже поднять с земли упавший меч. Я не мог как следует вздохнуть, не рискуя тут же истечь кровью.

Все не так. Если даже я открою дверь и найду демона, я не смогу драться. Я шагнул назад, почти согнувшись пополам от боли в боку, с трудом переводя дыхание и надеясь, что смогу дотянуть до ворот. В другой раз. Если я дотяну… если Александр продержится… я попробую потом еще раз.

Безмолвный дух снова появился, защищая дверь. Его лицо было бледно и измучено. Но непреклонно.

— Я освобожу его, — произнес я, едва ворочая языком.

Призрак кивнул и приставил конец моего меча к своему сердцу. Я вздрогнул, все еще не понимая.

Сломай стены… этого я прошу… помоги мне завоевать… Мольбы демона фанфарами зазвучали в моей бестолковой голове. Я перевел взгляд со своего меча на стоящую передо мной фигуру принца. Александр. Не насмешка, не демоническое порождение, а настоящий, который пришел ко мне со своим отчаянием и просьбой. Он все еще старается сказать мне что-то, хотя демон лишил его речи.

А это место? Валдис милостивый! Что я наделал? Он так хотел, чтобы я понял. Он послал письмо Кирилу, чтобы я догадался, что он будет со мной. На моей стороне. Но я не понял его. Вместо этого я привел демона прямо к его убежищу, сделав за него половину работы.

— О мой принц, простите меня. Я так виноват.

Но уже поздно. Александр призывает меня выполнить мое обещание и убить его, не отдав демонам. А я не могу сделать даже этого. Меч выпал из моей руки. Мне уже не поднять его. Я попытался поймать ветер, но холодный порыв сбил меня с ног. Холодок смерти окутал мое тело и душу, музыка демонов зазвучала отовсюду, вызывая дрожь в ногах, создавая вокруг меня отвратительную, холодную пустоту, обещая нескончаемые страдания и вечное отчаяние. Пока моя жизнь не вытекла из меня совсем, я выдавил из себя слова защищающего от этих звуков заклятия и прижал руки к ране в боку.

Я не могу этого допустить. Я еще не кончился.

Призрак стоял, глядя на меня… ожидая… его руки протянуты ко мне, словно я еще что-то могу ему дать.

Ты не один. Слова зазвучали во мне и вокруг меня. Едва слышный шепот посреди демонической музыки.