Разоблачение - Берг Кэрол - Страница 78

Брошенный без присмотра огонь погас, оставив только оранжевые угли.

– Значит, демоны страстно желают вернуться в Кир-Наваррин. Они говорят, что пришли оттуда, возможно, что и мы тоже, а может быть, и нет. Этой части твоего рассказа я не понял. Они помешаны на идее возвращения, они думают, что когда окажутся дома, то смогут согреться, ощутить вкус пищи и узнать свою родню. Но кое-кто мешает им сделать это.

– Кто?

– Мы. Эззарийцы. – Он заговорил так тихо, что мне пришлось подвинуться к нему и сесть на его подушку, следя за движениями его губ. – Что станут делать королева и ее Смотрители и Ткачихи, когда в мир придет легион демонов и все они разом войдут в человеческие души?

– Легион… тысячи демонов… – Достаточно для того, чтобы в безумие впал целый город или целый народ. Невозможно. Недопустимо. Мой разум отказывался представлять столь отвратительную картину. Ее не описать словами.

– Вижу, ты понял. Она сделает все, что в ее силах, чтобы остановить их. К сожалению, Ворота в Кир-Наваррин находятся в нашем мире, в одном безлюдном месте, то есть оно было безлюдным, когда я его знал, на юге Манганара, прямо на границе. Развалины, Зубы Бога, скорее всего то, что называется Дворец Колонн. Но не имеет значения, где это произойдет. Только демоны знают, что такое Кир-Наваррин и в чем его магия, и демон должен открыть путь. А поскольку дверь находится в материальном мире, демонам нужны человеческие руки, чтобы открыть ее, – руки человека, обладающего мелиддой, могущественного волшебника, соединенного с одним из них. Они сотни лет убеждали меня сделать это, но я не стал. Тогда они решили найти другого эззарианского мага и схватить его за Воротами.

– Но почему… если они могли заставить тебя, почему они не сделали этого?

– Потому что… – он поднес к глазам свой изуродованный кулак, – потому что этого не позволила госпожа. Она убедила всех остальных, что я недостоин… потому что я видел ее настоящее лицо, когда они кормились. Она не простила мне этого, поэтому она… – Он глубоко вздохнул и натянуто улыбнулся, снова потирая обрубки пальцев. – Да, моя мелидда еще немного повинуется мне, но я больше не способен ни на какие магические штучки, и с этим ничего нельзя поделать. Но ты… у тебя много силы, как говорят. Исключительной силы. Похоже, кто-то решил использовать тебя и заманил сюда в своих целях. Но прежде чем они пойдут искать выход, они должны уничтожить эззарийцев.

Рассказ Меррита был не совсем логичен и отравлен его злостью и горечью. Ему не нравилось быть бесполезным и ненужным даже демонам, которые когда-то мечтали завладеть его душой. Но все, что он сказал, не противоречило тому, что я слышал от Денаса, который хотел возглавить «великое дело».

– Почему теперь? – спросил я. – Почему они не сделали этого раньше? Здесь бывали Смотрители, и наверняка не обделенные силой… – Но, возможно, ими было не так легко управлять, как тем, кто был рабом, тем, чья гордость поставила его выше законов и традиций, тем, кто едва не стал испорченным и нечистым.

– Долгое время рудеи противились. Они счастливы и здесь, и они не хотят рисковать. Но их кормят гастеи, и гастеи сходят с ума из-за войны. Скоро настанет миг, когда гастеи выйдут из-под контроля. Кто тогда будет всех кормить? Рудеи пойдут на охоту следующими. Им не нравится эта идея, и они в итоге согласились на поход. Единственное, что их смущает, – постоянная борьба среди невеев за право командовать легионом. Ты убил Нагидду, который предлагал начать поход уже сейчас. Все самые сильные невеи будут убивать друг друга, пока не останется никого, с кем можно сражаться.

– Мы должны прекратить это, Меррит. – Я знал это так же хорошо, как знал собственное имя. Я так ясно видел…

…Демоны на конях едут через ажурный светящийся мост в буран, бушующий за стенами замка. Их ждет страх… тот, черно-серебристый кошмар… готовый вести их на битву с Эззарией. А у кромки леса стоят Исанна и Катрин, юный Дрик и Тегир, а за ними возвышаются тени остальных эззарийцев…

…Но меня там нет. Меня не будет там, и никто из них не узнает правду.

– Мы все погибнем, – выговорил я наконец. – И эззарийцы, и демоны. А вместе с нами и все надежды исправить эту ужасную несправедливость. Мы должны предупредить Эззарию, найти способ убедить их, и тех и других, что так не должно быть. Нужно найти другой способ.

– Свежая мысль. Гастеи совсем свернули тебе мозги. – Он вздохнул и налил вина в два серебряных кубка. – Предупредить эззарийцев невозможно, пока кто-нибудь из нас не выберется из этого места. Может быть, тебе повезет больше и ты найдешь выход. А что до уговоров… Ты слышал, что Денас и его товарищи говорят об иладдах. Ничего похожего на родственную любовь. И я представляю себе, что скажут эззарийцы, особенно старшие, когда я заявлю им, что наша война с демонами – самоубийство. Я предпочел бы убраться от них подальше, сказав эти слова.

«Неужели это и есть разгадка моего сна? Неужели Викс пытался предупредить меня о намерениях демонов? Понятно, почему он никогда не пытался показать, что знает меня, и никогда не разговаривал со мной. Если он хочет разрушить их планы, конечно, он не станет об этом рассказывать. Но это слишком простое объяснение. Сон был чересчур страшным, пожирающая тьма, ведомая кем-то могущественным».

– Меррит, что ты знаешь о месте по имени Тиррад-Нор?

– Последний Оплот? Тут нечего знать. Слухи из их темных времен. Больше ничего. – Меррит откинулся на подушку, поставив ноги на скамеечку. Его правая рука с зажатым в ней бокалом слегка подрагивала. – Ни один из этих дьяволов не знает, чего они боятся. Ты спроси, сам увидишь. Если это действительно такое важное место, хотя бы один из них должен помнить, если оно действительно существует. Подумай об этом, приятель. Если бы в Кир-Наваррине жила такая ужасная опасность, почему бы они так рвались туда?

Если верить Раддоману, у рей-киррахов не было выбора. Либо вернуться, либо стать такими, как гастеи. Неведомая опасность привлекает больше, чем известная. Но в чем эта опасность?

– Именно страх заставил нас отказаться от части себя тысячу лет назад. Нужно узнать…

Меррит поставил кубок на стол.

– Клянусь, то, что произошло тысячу лет назад, не имеет никакого значения. Важно только то, что должно произойти в настоящем мире, где есть Смотрители и Айфы, Ловцы и Утешители, которые не позволят этим тварям завладеть другими душами. Тогда будет битва, она будет выиграна или проиграна. Оставь в покое прошлое. Они хотят уничтожить нас, и, если мы падем, настанет хаос, какого ни один призрак из старой крепости не сотворит.

Он был прав. Реальной угрозой было вторжение. Ни Меррит, ни демоны не подозревали, как мало нас осталось после дерзийского завоевания. Любое вторжение уничтожит эззарийцев, оставив мир на милость рей-киррахов. Итак, что-то одно.

Меррит наклонился ко мне. Он снова заговорил едва слышным голосом:

– Ты крепко влип, приятель. Пока у тебя не появится сильного желания стать демоном, береги свою душу. – Он откинулся обратно на подушки, словно эта мудрая сентенция успокоила его сердце, и осушил бокал. – Самый большой сюрприз – это Викс. Дурак во главе заговора. Очевидно, он обманул всех, и не только на этот раз. Может, он тебя и предупреждал, но скорее всего он просто заманил тебя сюда, чтобы войти в тебя. Но я не думаю, что он мечтает сам командовать войском. А если не он сам, то на чьей он стороне? У Радита к тому же просто не хватило бы мозгов на такой план, и это точно не Денас. Денас презирает его. Не так давно он побил Викса на глазах у двух десятков гостей за какое-то мелкое оскорбление. Остается только два возможных претендента. Несфарро может состоять в союзе с Валлин и Виксом, но этот план слишком сложен. Криддон слишком слаб – легион за ним не пойдет. Сама Валлин? Она достаточно сильна, но ее заботят только собственные удовольствия. Так кто же тогда? Кто-то, кто убедил ее использовать тебя в качестве инструмента. – Хотя огонь давно потух, Меррит утирал широкий лоб синим платком. – Тогда понятно, почему ты так долго оставался у гастеев уже после того, как Денас рассказал ей о тебе.