Бабай - Левандовский Борис - Страница 19

2

– Угадай, кто? – Валерия протянула ему трубку, – Только не сильно напрягай горло и оставайся под одеялом. – Она вышла из детской, тактично, а может, и машинально прикрыв за собой дверь.

– Да? – Назар прижал трубку к уху, пытаясь догадаться, чей голос услышит, раньше чем ему ответят.

– Вражеская стрела зацепила горло, Соколиный Глаз… Я уже знаю, твоя мама сказала, но я все равно рад, что застал тебя в живых, – очень серьезно провещала трубка мальчишеским голосом.

Назар хохотнул и повеселел еще больше. Мишка – его лучший друг.

– Привет!

– И я приветствую тебя… засранец, – прежним тоном отозвалась трубка, – Наконечник стрелы все еще торчит у тебя с обратной стороны?

– Нет, только большая царапина. Но шрамы украшают великих воинов, Могучий Член.

– Тогда я надеюсь, она была отравлена ядом кураре.

– Слегка вымазана дерьмом твоей бабушки, Бычьи Яйца.

Они оба расхохотались. Если бы Валерия случайно услышала их вступительный диалог, то двум великим воинам не избежать бы трепки. Особенно «раненому».

– А я-то думал, мы сегодня встретимся, – сказал Мишка своим нормальным голосом. – Черт! Угораздило тебя… Сначала этот переезд, теперь вот сраная корь. Помнишь, я тоже болел в прошлом году. А с чего вы вдруг переехали? – Назар уловил в его интонации сожаление. Приятное для себя, честно сказать.

– Да хрен его знает, родители сказали, что удачный вариант. Я сам не ожидал… Ты давно вернулся из лагеря?

– Утром, только что. А мама сказала, что ты звонил несколько дней назад и оставил новый телефон.

– И как провел время?

Мишка неопределенно промычал, вероятно, пожимая плечами в тот момент.

– Так, ничего особенного. Хотя старшим пацанам, наверное, будет что вспомнить. Но года через три-четыре там и таким, как мы, станет ништяк. Может, когда-нибудь съездим вместе. Тебя отпустят?

– Конечно, – уверенно заявил Назар, хотя сам особенной уверенности не испытывал, тем более сейчас, напоминающий горячую сосиску в бутерброде между матрасом и одеялом.

– Отлично! А другие малолетки пусть вместо нас будут собирать деревяшки для костров, всякие там, бля, ягоды и отправляться на отбой в девять вечера! А мы целых две недели будем делать, что захотим! Круто, правда?

– Круто, – подтвердил Назар.

– Слушай, а может, я сам к тебе подъеду, прямо сейчас? Это… вообще-то далеко от нас… ну, от меня?

Назар с сомнением покачал головой. Мишкины родители, конечно, предоставляли тому больше самостоятельности, чем ему Валерия с Михаилом. Но не столько же!

– Не выйдет, это совсем другой район.

– Ну и что? – самодовольно возразил Мишка, – В июне я ездил к тетке в Ивано-Франковск – САМ! – Он, правда, не упомянул, что в автобус его посадили родители, а на месте встретила та самая тетка, что означало – он провел сам только четыре часа на сидении, гордо таращась в окно и на других пассажиров, надеясь, что все поймут, какой он уже взрослый. И Назар об этом подозревал.

– А деньги у тебя на дорогу есть? – спросил он.

– Сейчас дома только бабушка, старики куда-то смылись до самого вечера. Я могу ей даже ничего не говорить, а денег попрошу на мороженое, она добрая, даст.

– О, черт!.. – Назар вдруг вспомнил, что совершенно не представляет, как к ним добираться из старого района. – Черт!

– Не тошни, что-нибудь придумаем, – успокоил Мишка, узнав суть проблемы.

– А может… – у Назара вспыхнула надежда. Он глянул в сторону двери и решил, что Валерия сможет объяснить его лучшему другу, как до них добираться. Тем более, что…

Тем более что Мишка всегда нравился его маме. В присутствии взрослых неизменно учтивый, но никогда не лезущий за словом в карман, скромный, но в меру, вызывающий доверие. И еще было в нем нечто такое, когда он разговаривал с родителями своих друзей, что делало его немного похожим на маленького барона наркомафии. А такие мальчики, как с годами уяснил для себя Назар, всегда нравятся мамам.

– Мам! – крикнул он, рассчитывая, что это сработает.

– Что? – через полминуты открыла дверь Валерия, осторожно касаясь ее двумя пальцами, потому что руки были белыми от муки.

Назар сообщил ей о своем с Мишкой плане.

– Он собирается ехать один? К тому же, ты не слишком-то здоров, чтобы принимать друзей, – как бы взвешивая произнесла Валерия. Однако на миг Назару показалось, что она будет не против, и в груди уже начал распускаться бутон радостного предчувствия.

Потому что к нему наконец приедет его самый старый и самый лучший друг – столько накопилось всего, о чем хотелось поговорить, за время пока они не виделись – целых чертовских две недели! Особенно о том, что с ним случилось после переезда на новую квартиру. О том случае с фильмоскопом и мордой чудовища на стене, и как потом оно само хотело вылезти у него из-под кровати, об изоляторе с его жуткими посланиями внутри тумбочек, о целой ночи, которую он провел среди призраков дурного места, о странном меняющемся стихотворении про лохматого монстра, о разговоре с Дедулей-Из-Лифта, о столкновении с белобрысой… О многом.

Но Валерия категорически покачала головой, и его сердце разом упало.

– Ну мам!.. – собрался было канючить Назар, однако по ее взгляду сразу понял – номер не пройдет. Что ж, Мишка, конечно, нравился его маме, и не только потому, что был тезкой Левшица-старшего, но в этот раз одной симпатии оказалось недостаточно.

Валерия прикрыла дверь и вернулась на кухню. Отец смотрел телевизор у себя в комнате, но обращаться к нему сейчас не было смысла – они с мамой редко в отношении него расходились во мнениях. Что решено, то решено.

– Полный провал, – подавленно проговорил в трубку Назар. К нему уже успело целиком вернуться его полуденное настроение.

– Ну… тогда как-нибудь в другой раз, – было слышно, что Мишка тоже очень разочарован, – Просто поболтаем?

Рассказывать по телефону о том, что с ним произошло в последнее время, Назару не хотелось. Даже не потому, что Мишка в это ни за что бы не поверил, а просто… Просто о таких вещах по телефону не говорят. Это ясно и в восемь лет.

Их дальнейший разговор уже не клеился, переходил на общие и малоинтересные темы, и в конце концов они распрощались, договорившись созвониться в ближайшие дни. И, конечно, встретиться, когда Назар поправится.

Назар отключил трубку, вздохнул, глядя в залитое солнцем окно… и вдруг вспомнил, что забыл повесить колокольчик на «Сторожа» – тот так до сих пор и лежал у него под подушкой.

3

Мишка не появился в его новом доме, зато понаехали бабушки и дедушки – почти как всегда полный комплект. Назар готов был поспорить, что они бросились наперегонки, стараясь опередить другую пару конкурентов. Первыми приехали родители Валерии, они жили чуть ближе и не упустили своего шанса.

Они наперебой давали Валерии тысячи советов, как лучше лечить Назара. Та все время морщилась, но старалась это скрыть. Они пытались развеселить его самого, однако он, истосковавшийся по друзьям из старой компании, только впал в еще большее уныние. В конце концов они заметили это и оставили его в покое.

Впрочем, Назар был не так уж и не рад их приходу. Старики (хотя обеим парам было немногим за пятьдесят, они представлялись ему глубокими стариками) всегда приносили хорошие гостинцы, даже если и соревновались друг с другом наперегонки.

Но главное, в этот раз благодаря их массированному визиту Назару удалось выскользнуть из постели и наконец закрепить основной элемент своей сигнальной системы.

Ведь от этого зависела еще и жизнь его родителей – если верить таинственному шестистрочию, – а они ни о чем не подозревали и ни за что не поверили бы!

Что он мог еще сделать?

Когда старики ушли, Назар уже давно и крепко спал. Проводив родителей, Валерия с Михаилом тихо проскользнули в детскую. На письменном столе горела лампа с накинутым на абажур свитером Назара, слегка приглушавшим свет.