Голос - Левандовский Борис - Страница 13

Где и когда голос раздобыл эту информацию, Влад особенно не задумывался: не так уж важно знать, на какие шиши старший брат купил тебе этот «харлей». Он начал подниматься по лестнице. В кармане брюк у него был несколько укороченный сварочный электрод, который он как-то приволок с работы, предварительно очистив стержень и заточив один конец на наждачном станке – штука вышла чертовски острой. Торчавшая из кармана верхняя часть пряталась под курткой, нижнюю Влад обернул носовым платком. Но она все равно колола ногу, когда он поднимался по ступеням.

Между вторым и третьим этажами у него вдруг потемнело в глазах. Влад успел схватиться за перила и согнулся, прижимаясь к ним животом. Пока в ушах стол звон, он подумал, что это похоже на ощущение, словно находишься в салоне взлетающего самолета. И еще… что если бы он полетел вниз по ступеням, заточенная хреновина в кармане наверняка проткнула бы ему ногу, а потом, может быть, пропорола бы и живот другим концом. Очень даже вероятно.

– Какого черта… – пробормотал Влад, переводя дыхание. Внезапный приступ слабости, едва не закончившийся обмороком, постепенно проходил.

«Ночью ты слегка перенапрягся, и твой организм еще не успел восстановить затраты энергии», – сказал голос.

Спустя пол минуты последние признаки головокружения исчезли, унеся с собой заодно и большую часть осиной возни в мозгах, донимавшей Влада с утра. Наверное, не такое это безобидное занятие летать , – подумал он и продолжил подниматься на третий этаж.

Почти все жильцы должны были находиться дома: во-первых, сегодня воскресение; во-вторых, ноябрь во Львове – один из самых мерзких месяцев в году и, хотя дождь закончился еще ночью, на улице было полно слякоти, густо замешанной на палой листве, липнущей к ногам – этакий вязкий раствор, которым осень цеплялась за время и за людей, чтобы остаться в их жизни навсегда. Поэтому Влад несколько забеспокоился, что кто-нибудь его увидит и запомнит.

Однако ни одна дверь за минуту его пребывания в подъезде ни на одном из четырех этажей не открылась, никто не вошел за ним следом, что, если вдуматься, было логично. Но он все равно беспокоился.

«Все нормально», – произнес голос, видно, уловив его неуверенность.

Влад остановился перед дверью, обитой коричневым дерматином, и позвонил.

– Кто? – спросили с другой стороны.

– Я, – ответил Влад.

Дверь открыл парень из зала игровых автоматов, дружок Стаса, устроивший вчера вечером безвизовую экскурсию по его карманам на улице Коперника. Он жевал что-то вроде бутерброда из хлеба, перемазанного субстанцией, похожей на дерьмо. Из недр квартиры звучал альбом группы «Кинг Даймонд», записанный в 91-ом году. «Эй, уходи!» – тянул фальцетом испуганного мальчишки солист, обращаясь к кому-то зловещему у порога.

– Привет, – улыбнулся Влад. И всадил прыщавому электрод в левый глаз. Тот вошел почти без всякого сопротивления до половины, пока не наткнулся на что-то твердое.

Парень секунды три удивленно таращился правым глазом на торчащий электрод, затем перевел взгляд на Влада и стал падать назад, не издавая ни звука; только из полураскрытого рта начал вываливаться частично пережеванный хлеб с печеночным паштетом. Выглядело это так, будто у него не тем местом лезет дерьмо.

Влад подхватил падающее тело, чтобы оно не грохнулось и не наделало лишнего шума, и затащил в коридор, где уложил под стеной. Влад замер, глядя на труп в оцепенении. Крови вышло совсем немного, заметно меньше, чем желеобразного вещества из пробитого глазного яблока. Его зачаровал торчащий электрод.

«Мама говорила, нужно смотреть в глазок», – сказал голос. И заметил, что не мешало бы прикрыть входные двери.

Исправив оплошность, Влад осмотрелся: по обеим сторонам коридора находилось по одной двери (по дороге голос сообщил, что дружок Стаса живет у своего старшего брата-холостяка; видно, у каждого была отдельная комната), далее коридор буквой Г сворачивал вправо – на кухню. Квартира очень напоминала ту, в которой жил Влад, только выглядела гораздо опрятнее и несравненно лучше обставленной. Голос не сказал ему, чем занимался старший брат, но было ясно, что не бедствовал. Влад между прочим поинтересовался, когда тот может вернуться. Голос заверил, что время терпит. Поэтому…

– Ворует у него? – изумился Влад.

«Да, – подтвердил голос. – И прячет в старом носке за батареей».

– В носке?!

«Ну да».

Хихикая, Влад вошел в комнату, дверь в которую была открыта. Музыка исторгалась из колонок дорогой стереосистемы: «Кинг Даймонд» разразились быстрым гитарным соло.

– Мне нравится, – Влад изобразил игру на воображаемой гитаре и добавил громкости,

«Неплохо, – сказал голос. – Хотя я лично предпочитаю Металлику».

Самый богатый носок в мире оказался именно там, где и указал голос – втиснутый между стеной и предпоследним коленом батареи. В нем хранилось около семисот долларов. Когда Влад, сидя прямо на полу, заканчивал подсчет, сзади что-то грохнулось на паркет, и он невольно подскочил. Под окном лежал какой-то предмет, завернутый в бархатистую зеленую тряпку. Похоже, доставая носок, Влад потревожил чего-то еще, спрятанное за радиатором, и теперь оно выпало.

«Сюрприз», – прокомментировал голос.

Вещь в суконке казалась достаточно тяжелой, чтобы размозжить чью-то башку. Но, развернув сверток, Влад обнаружил нечто, чего совсем не ожидал – немецкий «парабеллум».

– Он заряжен? – Влад разглядывал лежащую на середине сукна находку, как грибник, споткнувшийся о странный нарост в лесу и не знающий, что же ему теперь с этим делать.

«Полная обойма, – сообщил голос. И добавил: – Тебе хватит».

«Хватит?» – удивился про себя Влад, однако через секунду его внимание вновь целиком переключилось на «парабеллум».

«Добротная немецкая машинка», – как бы между прочим заметил его невидимый друг.

Влад собирался было опять завернуть пистолет в суконку, но передумал и сунул его в карман так. Потом с мимолетным беспокойством посмотрел на грязные следы от своих ботинок и вернулся в коридор.

«А деньги?» – напомнил голос.