Автопортрет - Каралис Дмитрий Николаевич - Страница 91

- Ну, как хотите, как хотите.

Зазвонил телефон. За стеклом около телефона табличка: "Не нервничай. Начальство не имеет права нервничать. - В.И. Ленин".

- Да, я вас хорошо понимаю, - говорила она в трубку. - Нет, не можем. Не можем, говорю. Ваши рукописи издательство не заинтересовали. - И громко, раздражаясь: - Не нужны нам ваши рукописи. - И шмякнула трубку, нарушая призыв бывшего вождя.

...Да, не видать нам своих книг с маркой Издательства. Мне точно не видать. Придется брать оставшийся гонорар, пока дают, и делать тете ручкой.

С 17 по 21 декабря были в Швеции, в Стокгольме.

Напишу об этом потом.

27 декабря 1991 г.

Горбачев подал в отставку - Союза больше нет. Выступил по телевидению. Накануне долго торговался с Ельциным по поводу своего пенсионного благополучия: просил 200 (!) человек охраны - дали 20; дали две машины, дачу, мед. обслуживание и т.п. Хитрый мужик - развалил всю систему: соцлагерь, Союз, партию. Прямо-таки агент ЦРУ. Но и молодец - сделал многое.

Да, так вот - о Швеции.

В "Силья Лайн" (громный паром о 12-ти палубах) мы ехали на втором снизу этаже. Ниже нас - только команда. Президент "Балтийского Пути" Житинский, вице-президент - я, компьютерный эксперт Илья и переводчик Кирилл. У себя в стране мы были не последними людьми. А на пароме, среди западной публики мы занимали, если мерить деньгами - самое последнее место, 4-й класс. На нашей палубе, в соседних каютах (без окон, без белья, только наволочки на подушках) ехали русские и бродяжного вида американцы - они пили русскую водку, сидя на полу открытой каюты, и хлопали по спинам двух парней из Петрозаводска, которые отправлялись к финнам-родственникам на Рождество.

Пересекали Ботнический залив под тяжелые удары в днище. Перед этим мы с Житинским проиграли в рулетку. Сначала выиграли, и нам бы остановиться, но рулетка - дело азартное, однорукие бандиты тоже плеснули нам для затравки по горсти монет - и мы все проиграли и пошли спать. Молодежь подсмеивалась и обещала на обратном пути показать нам, как следует играть в рулетку. И показала: Илья проиграл 200 марок, Кирилл выиграл 50, но перед этим проиграл, и оба надулись, а Кирилл на мой сочувственный вопрос о сумме проигрыша нервно ответил: "Ну какая разница! Какая разница!"

В Стокгольме жили в гостинице Союза писателей Швеции. Гостевая квартира, правильнее сказать. Тихо, уютно. Кофе, чай, сахар, печенье. Телевизор. Напротив, через Дротнинггаттан - кинотеатр эротического фильма. Красный фонарь. Сдержанная афиша. Юнцы топчутся перед началом сеанса. Ева Кумлин - секретарь Союза писателей и активистка нашего Конгресса пригласила в гости домой. Огромный холл, огромный зал с камином, детская комната с компьютерами и тренажерами, кладовка с вином - бутылки лежали на полках пыльные; "Можно пить месяц, не выходя из дому", - похвалил кладовку Житинский. Комнат 7-8. Выяснилось, что ее муж - дипломат. Посол Швеции в какой-то латиноамериканской стране. Есть служанка-латиноамериканка.

На улицах тепло - мужчины без шапок и в расстегнутых курточках и плащах. Вот тебе и Север Европы. А я, как дурак, в брезентовом тулупе на меху и в зимних сапогах. Парадный тулуп монгольского чабана, как я его называю - купил в комиссионке в Сестрорецке. И в шапке из стриженого бобра. Это меня Ольга подбила - одевайся потеплее, там, наверное, сейчас холодно.

Когда раздевался в ресторане, куда нас пригласила Ассоциация книготорговцев Швеции (обед в кабинете в нашу честь), на костюме оставалась шерсть от монгольского барашка, и я пошел в туалет чиститься. С трудом выбрался из туалета - замок было не открыть. Вот деревня!.. А тепло - потому что Гольфстрим. Физическую географию надо помнить, дубина!

Принимали хорошо. Можно сказать, в рот смотрели - чего бы мы ни сморозили. Но мы не сморозили.

1992 год

16 февраля 1992.

До Круиза - неделя. Последние две недели работаю на этот Круиз, как проклятый. Житинский тоже. Перезваниваемся с ним последний раз в 2-3 часа ночи. В нашем офисе висит табличка, где поутру наш секретарь Ирочка меняет цифры дней, оставшиеся до Конгресса. Завтра там окажется 7 дней.

Г. взрывается чуть ли не каждый день. Вчера он взбрыкнул:

- Почему все едут с женами?

Житинский недоуменно посмотрел на него: "Ты хочешь взять еще и жену?"

Нет, он не хочет брать еще и жену.

- Так чего же ты хочешь?

- Ну, понимаешь, это неудобно, что вы едете с женами. Пойдут разговоры...

- Нам надо взять вместо жен любовниц?

М.Г. напрягся:

- Вообще-то... этот человек числится сотрудником "Балтийского Пути"... Тут все чисто. А вот про вас будут судачить.

Тут взорвался Житинский. Он сказал, что и хрен с ним, пусть судачат, на каждый роток не накинешь платок, всем не угодишь, а жены наши будут помогать, как помогают сейчас без всякой зарплаты.

- Ведь ни одна сука (он сказал "с-с-сука") не поможет! Все будут кайфовать на халяву и считать, что так и надо. И еще скажут, что плохо кормили или устроители Круиза обогатились за их счет! Вот увидите!

Я согласился с Житинским. Сказал, что командировочные, которые выкроены из бюджета круиза - по сто долларов на каждого писателя, только усилят подозрение и зависть. Ага! - скажут. Если нам по сто долларов отвалили при всем готовом, то сколько же они себе взяли?

12 марта.

Прочитал книгу С. Довлатова "Чемодан". Хорошо написано. Емко.

Тишка наш потерялся. Отправили его в Зеленогорск под присмотр Татьяны и Вовки - вернулись из круиза, а его нет. Остается надежда, что загулял. Н-да...

Сейчас, после Круиза-Конгресса, ощущение, сходное с остановкой после затяжного бега. Отдышаться надо. Ева Кумлин прислала вчера факс: "We made it!"

31 марта 1992 г.

Прочитал за три ночи "Раковый корпус" Солженицына. К концу скучновато. Но хорошо.

Объявление в газете "Реклама-шанс": "Бьем баклуши в большой квартире, приглашаем двух симпатичных без ящура мозга". И номер телефона дан.

Надо и мне подать объявление: "Меняю спортивную форму на творческую". Или: "Розовые очки на обыкновенные".

22 апреля 1992г.

Прочитал Василия Аксенова "В поисках грустного бэбби" - книга об Америке, выпущенная нашим "Текстом". Интеллектуальная мастурбация какая-то. Выдрючиванье. Болтовня литературного пижона. Ищет он по всей Америке грустного ребенка и не может найти. Кинофильм "Цирк" вспоминается, "Кубанские казаки" и прочая агитка. А ведь любил раннего Аксенова, его книгу "На полпути к Луне" перечитывал с удовольствием пару лет назад. И вот, на тебе!.. Грустно.

Написал и поймал себя на ощущении, что мои протесты незаконны. Раньше я лишь усмехался слабым книгам - подождите, дескать, вот я напишу - ахнете. А что теперь? Круиз-конгресс...

25 апреля 1992г., суббота.

Завтра - Пасха. Проснулся отягощенный невеселыми мыслями о смерти. Старый я, боюсь болезней, похудел, ничего не написал, ничего в жизни не сделал. А вчера на ночь читал Д. Толкина - "Лист работы Мелкина" (наш "Текст" выпустил) - там о художнике, который не успел. Симпатичная книга, задела меня.

И дел мелких много, и они заслоняют в жизни главное. Хоть плачь от жалости к бестолково проведенным годам.

27 апреля 1992г.

Виталик Бабенко приезжал с бухгалтером Татьяной. Она делала проверку в представительстве. Все в порядке.

Ездили с Виталиком к Б. Стругацкому - возили гонорар. "Текст" затеял грандиозный проект - полное собрание сочинений братьев Стругацких, 10 томов. Первый том вышел недавно. Выйдет ли второй и последующие?

Б. Н. деликатно намекнул, что денег платят мало, не хватает, нельзя ли увеличить гонорар за собрание сочинений. Виталий стал читать целую лекцию, как во всем мире платят гонорары, и почему невозможно заплатить больше. Я вышел на кухню - курить. Чем закончился разговор - не знаю.

Вспомнилось, как Саня Молодцов негодовал по поводу моих рассуждений о нашем слиянии с мировой экономикой и приватизации.