Подарки Деда Маразма - Луганцева Татьяна Игоревна - Страница 47

Глава 23

– Марта Михайловна? – раздался вкрадчивый мужской голос, когда она, закрыв плотно дверь в гостиную, взяла трубку.

– Да, это я, только сейчас два часа ночи, – ответила она, недоумевая, кто бы это мог быть, и стараясь говорить тише, чтобы не разбудить своего гостя.

– Не пытайтесь понять, с кем вы говорите, вы меня не знаете, но я думаю, что в ваших интересах со мной познакомиться, – произнес вкрадчивый голос.

– Кто вы?

– Вы не проснулись? Я же говорю, что мое имя вам ничего не скажет.

– Имейте совесть, посмотрите, который час! Если вы действительно хотите мне сообщить что-то важное, то позвоните утром! – ответила Марта и хотела повесить трубку, но то, что она услышала дальше, остановило ее.

– И все-таки я думаю, что вас, Марта Михайловна, должна заинтересовать информация о Дмитрии Пескове, Владимире и Ксении Катковых, Надежде Пирожковой и Родионе Хомутове.

– Что вы знаете?

– Ну, вы же не глупая женщина, мы же не будем обсуждать такие серьезные вещи по телефону? – проговорил голос с непреклонной интонацией.

– Когда и где мы встретимся? – сдалась Марта.

– Вот это уже другой разговор! Прямо сейчас на вашем кладбище.

– Несколько странный выбор, – замялась Марта.

– Моя информация, мне и решать, где и когда я вам ее передам. Только не вздумайте приехать с милицией или со своим красавцем-телохранителем. Я тогда не появлюсь, и вы потом пожалеете об этом.

Холодок пробежал по спине Марты от осведомленности незнакомца и необычности места, что он выбрал для встречи. Связь прервалась. С минуту она сидела и собиралась с мыслями. Потом Марта бесшумно подошла к шкафу с одеждой, натянула джинсы, а поверх топика замшевую короткую куртку и крадущейся походкой прошла мимо мирно спящего Романа.

«Этот парень все делает от души, что ест, что спит», – мелькнула у нее мысль.

Она взяла туфли в руку, открыла дверь, босиком вышла на лестничную клетку, закрыла дверь и обулась.

«Что я делаю? Ведь только сегодня следователь предупреждал нас об осторожности. И вот ночью позвонил неизвестный мужчина, назначил встречу в самом неподходящем для этого месте, и я уже готова бежать туда сломя голову. Может быть, все-таки вернуться и сообщить об этой нелепости хотя бы Роману? Посоветоваться с ним? Не вестись на эту откровенную авантюру? Нет, пусть он отдохнет, ему и так досталось. Еще, чего доброго, запрет меня дома, а сам помчится к новым неприятностям», – думала Марта, а ноги несли ее дальше.

В душе теплилась надежда, что, возможно, она и вправду узнает то, ради чего, собственно, она и заменила покойного мужа, заняв его место на работе.

«Может, этот неизвестный просто сам боится дать показания, чтобы не стать следующей жертвой, а помочь хочет, вот и вызывает меня на встречу», – успокаивала она себя и сама же себе не верила.

Марта вышла на темную улицу, и хотя ночь была теплая, ее трясло от страха и нервного возбуждения.

«Интересное дело… кто же сейчас глубокой ночью посадит меня в машину и повезет на кладбище? – думала она. – Нет, слово «кладбище» произносить нельзя».

Она вышла на дорогу и подняла руку, судорожно пытаясь вспомнить название улицы, где находится ее офис. Водители проезжающих машин по-разному реагировали на ее одиноко стоящую изящную фигуру. Кто-то мигал ей фарами, кто-то призывно сигналил. Некоторые притормаживали, оттуда высовывались довольные, пьяные лица, включая и водителя, и отпускали скабрезные шутки:

– От сутенера сбежала? Не в том месте стоишь, красавица! Сколько берешь? Иди, согреем!

Наконец остановилась небольшая импортная машина, и миловидная девушка пригласила ее в салон.

– Вас куда отвезти? Вы такая бледная… вам нехорошо?

– Отвезите меня на улицу Бориславского, – проблеяла Марта.

– Это там, где кладбище? – весело рассмеялась девушка.

– Да, именно туда… – выдохнула она.

– Вы не удивляйтесь, я Москву очень хорошо знаю, когда в институте училась, два года подрабатывала таксистом, – пояснила девушка, лихо газанув.

Всю дорогу Марта молчала, так как челюсти ее просто свело от страха. Когда машина подъехала к кладбищу, с симпатичного лица девушки улыбка постепенно сползла.

– Может быть, вас подождать? – спросила она, испуганно оглядываясь.

Марта отрицательно покачала головой, хотя хотелось крикнуть: «Конечно, подождите! А еще лучше позвоните в милицию, службу спасения и пожарную часть на всякий случай. Пока я буду отсутствовать, пусть бойцы ОМОНа оцепят кладбище по периметру и сообщат об этом в громкоговоритель».

Вместо этого Марта выдавила из себя подобие улыбки, расплатилась и тоскливо посмотрела вслед габаритным огням красной машины. Она была благодарна этой девушке уже за то, что она не задавала лишних вопросов.

Оставшись одна на дороге перед своим обгоревшим офисом, который торчал в небо, словно гнилой зуб, и кладбищем, Марта поняла, что совершает самую большую ошибку в своей жизни, но отступать было некуда. Не было у нее с собой и телефона, по которому она могла связаться с Артемом Анатольевичем или Романом.

«Какая разница, когда меня убьют, сегодня или двадцатого июня?» – подумала она.

На негнущихся ногах она подошла к будке сторожа и постучала в окно, искренне надеясь, что тетя Шура не заработает инфаркт, так как должна быть привычной к работе в ночное время в таком месте. В окне появилось заспанное бледное лицо сторожихи. Она посмотрела на ночную гостью, ахнула и поспешила открыть хозяйке.

– Марта Михайловна, в такой час! Что-то забыли?

– Покой, – мрачно ответила Марта. – Вы мне откройте калитку, мне надо на кладбище… – жалобно попросила Марта.

– До утра не подождет? – спросила сторож.

– Нет, я пойду сейчас. Дмитрий Иванович тоже совершал обход кладбища.

– Так он это делал по утрам. Вы-то сейчас что увидите в темноте?! – зевнула сторож.

– Мне надо, – упрямо надула пухлые губы Марта.

– Ну хорошо, идите, – сдалась тетя Шура, – вы хозяйка, вам и решать. – Она звякнула связкой ключей и открыла металлическую калитку. – Слышали уже про Родиона Игоревича? Вот ведь мор пошел! Сглазили наше кладбище, это точно!

– Не только слышала, но и видела… – ответила Марта.

– Ой, бедная! – покачала головой тетя Шура, словно только теперь понимая, почему начальница пришла ночью на кладбище совершать променад, видимо, тронулась умом после перенесенного нервного потрясения.

– Мне пройтись с вами? – предложила свои услуги ночная сторожиха.

– Нет, я пойду одна! – резко ответила Марта.

– Хорошо, хорошо, только хоть фонарик возьмите.

Тетя Шура вынесла из своей сторожки маленький фонарик и сунула его в холодную, как лед, руку Марты.

Марта как сомнамбула пошла в глубь кладбища, стараясь не стучать каблуками по асфальтированной дорожке.

«Интересно, а где именно мы с этим инкогнито встретимся? Мы же так и не договорились. Мне что, по всему кладбищу блуждать?» – с ужасом подумала Марта.

Кроны темных деревьев шевелились у нее над головой, памятники с фотографиями поблескивали в лунном свете. Марта тихо брела, вздрагивая от каждого шороха и звука уже по второму, большому, кладбищенскому кругу, освещая себе дорогу фонариком. Вдруг позади Марты раздался мужской голос:

– Здравствуйте, Марта Михайловна. Спасибо, что пришли. Извините, что задержался, но пришлось проверить, одна вы пришли или с подмогой?

«Надо же… сама любезность, – подумала Марта, – прямо так и слышу, как он будет говорить: «Извините, но придется вас убить. Причина? Да нет особой причины, просто, извините, я – маньяк и убиваю без причины».

Она оглянулась на звук голоса. Марта сама не знала, кого она ожидала увидеть. Воображение ее рисовало страшные картины. Огромного роста мужчина в черном плаще и черной шляпе, надвинутой на глаза, поигрывал в руке большими портняжными ножницами, или вспотевший маньяк с жарко горящими глазами облизывал пересохшие губы в предвкушении расправы над доверчивой и глупой жертвой, которая сама пришла в пасть волка. Вместо этих кровожадных монстров перед Мартой стоял невысокого роста, среднего телосложения старичок с морщинистым лицом и хитрыми, но добрыми глазами. Одет он был в светлые брюки, светлую рубашку, сандалии и клетчатую панамку. В руке незнакомец сжимал трость.